ЛитМир - Электронная Библиотека

"А зачем еще я потрудился сюда прийти?” — спросил кот бархатистым, низким голосом.

Слова эти не были сказаны вслух. Но Банни все равно услышала их очень отчетливо, они прозвучали в ее сознании, точно так же, как и то, что говорила ей Дина. Но только Нанук говорил гораздо яснее и понятней, чем собака Лавиллы.

Клодах задумчиво посмотрела на Банни.

— Он заговорил со мной! — сказала девочка и от удивления моргнула.

— Нанук — не просто животное, и он заговорил с тобой потому, что ты можешь его понять. Мардук тоже не простой кот. Вообще-то на нашей планете совсем нет простых, неразумных животных. Некоторые из них не такие умные, как эти коты, но у каждого животного есть свое имя. И с нашей стороны обычная вежливость — выучить их имена.

Банни пожала плечами.

— Знаешь, кажется, я и так это знала, — она часто играла с охотничьими котами Шона, еще когда они были совсем маленькими котятами, каждый раз, когда приезжала в гости к дяде Шону. Банни снова погладила Нанука. — Прости, Нанук, я не хотела тебя обидеть.

Облизав лапы после еды, Нанук принялся вылизывать пушистый белый мех на груди. Внезапно дом вздрогнул, и откуда-то из шкафа послышался звон разбившегося стекла. Мардук спрыгнул с кровати, а Нанук весь напрягся под рукой Баники.

«Шон уплыл, — сказал Нанук. — Яна приходила с солдатами, но потом их стрекотливая птица запищала, и солдаты увезли Яну обратно. Они не очень дружелюбно к ней относятся. Они не любят и тех из нас, кто жил у Шона. Они искали нас и хотели тоже увезти с собой. Но мы не нашлись. Потом земля стала трястись, и я почуял дым-который-не-от-печки-где-жарится-еда. И потеплело слишком рано. Что эти люди делают с нашим домом?»

Последние слова сопровождались жалобным рыком, и Банни в лицо дохнуло крепким запахом свежей рыбы.

***

Диего нашел крепкую палку, и хотя в глубине души он не верил, что это оружие будет надежной защитой от диких зверей, зато, сжимая палку в руке, парень чувствовал себя хоть немного увереннее, не таким уязвимым. Он слышал рокот речных волн, треск и скрежет ломающегося льда. Диего молил небеса, чтобы Стив поскорее спас этих людей на реке и вспомнил, что должен спасти еще и свою собственную семью. Тем временем совсем стемнело.

Снова послышался далекий вой. Но на этот раз это был не просто вой — в нем звучали и поскуливание, и визг, и завывание, и нечеловеческие вопли. Все вместе эти жуткие звуки вызвали в памяти у Диего призрак чего-то до боли знакомого.. Мальчик посмотрел на отца.

На какое-то мгновение Диего показалось, что в глазах отца появился осмысленный блеск, но постаревший мужчина висел в кресле, пристегнутый ремнем безопасности, так же безвольно, как и раньше.

Снова раздался вой, уже совсем близко. Ему ответил другой, многоголосый вой, более отдаленный. Диего ухватил свою палку, как бейсбольную биту, и стал между вездеходом и жуткой, темной чащей леса. Потом он вспомнил еще кое-что и пошел, включил фары тягача, радуясь, что хоть батареи аккумулятора еще не сели. И в свете фар парень увидел в лесу пару горящих зеленых глаз, которые быстро приближались к нему.

Зверь снова взвыл, на этот раз радостно и победно, и вот темная тень выскочила из зарослей и метнулась к Диего.

Парень занес палку высоко над головой, примериваясь ударить как можно точнее и сильнее, но его рука дрогнула и ослабела, когда зверь выбежал на свет и в свете фар ярко полыхнул рыжий собачий мех. Дина навалилась на мальчика всем своим немалым весом и прижала его к бамперу вездехода. Собака радостно скулила и облизывала лицо мальчика и руки, которыми он пытался заслониться от ее ласк.

Диего не знал, почему он решил, что эта собака — именно Дина, а не какая-нибудь другая из точно таких же рыжих собак. Разве что Дина уже проделывала с ним такое раньше. Пока Дина выражала свою радость и ласкалась к мальчику, послышались визги и подвывания других собак, и мужской голос крикнул:

— Вэу! Стой, собачки!

Диего высвободился из объятий Дины и увидел, что упряжка с четырьмя собаками проломилась сквозь заросли и выехала на освещенное фарами вездехода место.

Мужчина, который правил упряжкой, был без куртки. Он нахмурился, увидев Диего, но Дина стала неистово носиться от вездехода к саням и обратно, и мужчина в конце концов успокоился.

— Ты — тот паренек, что был с моей матерью? — спросил он.

— Твоя мама — Лавилла? — догадаться было не трудно, ведь здесь была Дина.

— Да, это так.

— Тогда... Прошу тебя, помоги нам! Я должен отвезти отца к Клодах. Он умер бы на космобазе, как умерла Лавилла, когда ее увезли с планеты.

***

Дул ветер, и содрогалась земля, то ли от страха, то ли от гнева, или от того и другого сразу — Банни не знала. Но сейчас в доме у Клодах происходило то, что Банни еще вчера не смогла бы до конца понять.

Сразу после того, как стемнело, молчаливый Лайэм Малони и визгливые, пронзительно завывающие собаки его упряжки во главе с Диной привезли к Клодах Диего Метаксоса и его отца. А сейчас Диего уже пил из чашки ароматный чай, а его отец сидел, привязанный, в кресле-качалке Клодах.

Лайэм вернулся домой, покормить собак. Дина подняла кошмарный визг, она скулила и протяжно завывала, не желая расставаться с Диего. Банни было интересно, будет ли слышно, что собака говорит, если сейчас ее погладить? И услышит ли Дину Диего? Она решила, что, наверное, не услышит. В конце концов, сама она прожила на Сурсе целых четырнадцать лет и всегда знала, что планета разными способами общается со своими обитателями. И Банни общалась с планетой вместе со всеми остальными, во время ночных бдений в пещерах под горячими источниками, после каждого лэтчки.

Все знали, что некоторые люди, такие, как, например, Клодах или Шон, умеют разговаривать практически со всеми животными. Другие же, как Лавилла, очень хорошо понимают своих собак, особенно вожаков упряжки. Сама Банни всегда разговаривала с животными, только раньше она считала, что это просто долг вежливости, а не настоящее общение. А сегодня животные впервые в жизни заговорили с ней по-настоящему. Может быть, это потому, что она больше времени проводила со своим снегоходом, а не с собаками, кошками или кудряшами, а может, потому, что Дина оказалась необычайно одаренной собакой в том, что касалось мысленного общения. Как бы то ни было, сегодня Банни впервые познала мысленное общение с животными, и, несмотря на все беды и тревоги, девочка была чрезвычайно этому рада.

Большой кот, Нанук, выскользнул на улицу, когда Банни открыла дверь перед Лайэмом и Диего, которые несли в дом Франсиско Метаксоса. Когда кот проходил мимо, Банни уловила обрывок его мыслей: “Интересно, что там сейчас творится?.."

За окнами сгустился ночной мрак, ветер яростно свистел, разнося повсюду запахи пепла и гари, свежей воды и оттаявшей, весенней земли. Ветер носился вокруг домика Клодах, воя, как свора голодных собак, бился в окна и чуть ли не срывал крышу. Внутри, в комнате, было тепло, даже жарко, потому что в печке горел огонь — Клодах готовила лосиное жаркое в самом большом из своих котлов.

Диего с жадностью выпил уже две большие чашки чаю, Банни неторопливо прихлебывала свой чай, а Клодах засыпала нужные ингредиенты в котел с лосятиной.

— Приготовлю побольше, а то скоро люди приедут с реки, захотят есть, — сказала Клодах. — Кое-кому, наверное, придется остаться здесь.

У Клодах было по-домашнему уютно, чему немало способствовало присутствие ее кошек. Кошки, все, сколько их тут было, к вечеру вернулись домой, видимо закончив дела, которыми они были заняты, когда Банни только пришла сюда.

Одна из кошек сидела на коленях у Диего, другой кот, по имени Медвежонок, забрался на колени к Банике. И, конечно же, наиболее предприимчивый представитель этого рыжего племени увивался вокруг Клодах, которая готовила еду. А Мардук и еще пятеро его собратьев явно заинтересовались Франсиско Метаксосом, который неподвижно сидел в кресле-качалке.

67
{"b":"18769","o":1}