ЛитМир - Электронная Библиотека

— Им следовало бы информировать нас о положении дел в Вейрах, — с тяжелым вздохом сказал Толокамп. — Я так волнуюсь…

— Что касается Вейров, — сдерживая злость, ответил Тирон, — они с честью выполняют все свои традиционные обязанности.

— Если бы эти наездники не мотались по всему континенту, эпидемии могло бы и не быть!

— А если бы лорды холдов не стремились забить каждый свободный угол своих холдов…

— Сейчас не время для взаимных упреков! — прервал Капайма Тирон. — А винить в эпидемии Вейры — по меньшей мере смешно, — добавил он, с раздражением глядя на Толокампа. — Но возвращаясь к теме нашей дискуссии, прерванной добрыми новостями из Форт Вейра, в палаточном лагере есть больные. У нас пока не хватает вакцины, чтобы сделать им прививки, но обычными-то лекарствами мы должны их обеспечить!

— У них есть лекари, — с кислым видом ответил Толокамп. — Так вы мне говорили…

— Лекари тоже могут заболеть, да и они не в состоянии работать без лекарств. У вас, лорд Толокамп, полная кладовая медикаментов. — Собранных и приготовленных руками моей покойной жены…

— Лорд Толокамп, нам нужны эти лекарства, — Капайм сдерживался из последних сил.

— Для Руата, не так ли? — хищно осклабился Толокамп.

— И не только.

— Иметь необходимые запасы, в том числе и запасы лекарств, — личное дело каждого. А не мое. Я не собираюсь разбазаривать лекарства, которые могут потребоваться моим собственным людям.

— Если уж Вейры, пострадавшие не чета Форт холду, считают возможным делиться тем, что у них есть, то как вы можете отказаться помочь нуждающимся?

— Очень просто. Ответив вам «нет». Никто не имеет права входить в мой холд. Мало ли что случится. И меня не волнует судьба вашего палаточного лагеря — они сами во всем виноваты. Я не собираюсь рисковать своими людьми. Так же, как не собираюсь делиться с кем-либо своими запасами.

— В таком случае я отзываю лекарей из вашего холда, — сухо сказал Капайм, вставая.

— Но… но… но вы не можете этого сделать!

— Может! Еще как можем! — заверил Толокампа Тирон, вставая вслед за лекарем. — Мастера подчиняются своим мастерским, а не холдам. Надеюсь, вы об этом еще не совсем забыли?

Повернувшись, мастера вышли из комнаты.

— Меня просто тошнит от этого лорда, — признался Капайм.

— Я сейчас отзову мастеров. Встретимся в лагере.

— Не думал я, что дело дойдет до этого…

— Толокамп зарвался, — в обычно веселом, мелодичном голосе арфиста звучали холодные, суровые нотки. — Он принимает услуги мастерских как должное. Давно следовало поставить его на место…

— Собери мастеров, — сказал Капайм, — но в лагерь со мной не ходи. Не забывай, обратно нас не пустят. Тебе надо остаться в холде со своими арфистами и руководить моими людьми.

— Мои арфисты, — засмеялся Тирон, — да они почти все уже в том злосчастном лагере. Это тебе следует остаться.

— Мастер Капайм…

Из тени возле двери к ним обращалась одна из трех не поехавших в Руат и потому оставшихся в живых дочерей лорда Толокампа. Она не блистала красотой, но в ее широко расставленных глазах читался незаурядный ум.

— У меня есть ключи от кладовой.

— Откуда? — Тирон даже растерялся.

— Лорд Толокамп сразу дал понять свою позицию относительно вашей просьбы поделиться лекарствами. А что до ключей, то я же помогала собирать сырье, а потом и готовить сами лекарства. Вот они у меня и остались.

— Леди?.. — Капайм никак не мог припомнить, как же зовут эту девушку.

— Нерилка, — быстро подсказала она и улыбнулась, словно и не думала, что мастер лекарь сумеет вспомнить ее имя. — Я имею полное право предложить вам плоды своего труда. У меня есть только одно условие…

— Если это в моих силах… — Капайм был готов дорого заплатить за столь необходимые ему лекарства.

— Я хочу покинуть вместе с вами холд и работать в лагере, ухаживая за больными. Мне сделали прививку, так что опасность заразиться мне не грозит. — Она криво усмехнулась. — Лорд Толокамп проявил тогда необычайную щедрость. Но как бы там ни было, я не останусь в холде терпеть унижения от мачехи, которая младше меня. Ей и ее семье Толокамп позволил войти в холд, и однако, он оставляет лекарей и арфистов умирать за воротами.

«И оставил мою мать и сестер умирать в Руате» — она не сказала этого, но и Тирон, и Капайм услышали ее невысказанную мысль.

— Идите за мной, быстрее, — сказала Нерилка, беря инициативу в свои руки.

— А по пути я соберу мастеров, — сказал Тирон, направляясь к главному залу холда.

— Девушка, вы понимаете, что покинув холд без разрешения, особенно когда ваш отец занимает такую позицию по отношению…

— Мастер Капайм, — прервала его Нерилка, — я вообще сомневаюсь, что он заметит мое отсутствие. Тут очень крутые ступеньки, — добавила она, выходя к полутемной лестнице.

Невесть почему, Древние обожали крутые и узкие винтовые лестницы, и во всех первых холдах использовали их для связи разных этажей пещер. Капайм же откровенно ненавидел подобные лестницы и всегда чувствовал себя на них весьма неуютно. Спустившись к площадке, Нерилка повела мастера лекаря направо, затем снова вниз и налево. Капайм уже не имел ни малейшего понятия, где он находится. Еще один поворот налево, и они увидели трех служанок стоявших возле тяжелой деревянной двери.

— Вы вовремя, — кивнула им Нерилка. — Отец любит точность, — пояснила она Капайму, перебирая ключи.

Чтобы отпереть дверь, потребовалось целых три ключа — самых больших в связке. Щелкнули замки, и мастер Капайм оказался в небольшой комнатке с длинными столами, на которых громоздились весы, ступки с пестиками и разнообразные ингредиенты, блестящие емкости и стеклянные бутылки. Здесь Капайм уже бывал в сопровождении леди Пендры — но входил он сюда всегда с другой стороны. Нерилка открыла еще одну дверь и пригласила лекаря пройти в кладовые.

Капайм знал, что запасы Форд холда весьма обширны, но никогда не думал, что они так огромны. Со всех сторон к высокому сводчатому потолку поднимались забитые полки — тюки и ящики, связки трав и пузатые бочонки. Капайм мог только заново проклинать преступную скупость Толокампа.

— Смотрите, мастер Капайм, на плоды моих трудов с того дня, как я смогла оторвать лист от стебля и выкопать корень из земли. — Слова Нерилки предназначались лишь для ушей Капайма. — Я не стану утверждать, что это именно я заполнила каждую банку и полку, но мои погибшие сестры наверняка не откажут мне в своей доле. Было бы хорошо, если бы все эти столь тщательно припрятанные медикаменты еще сохранили свою силу, но увы. И коренья, и травы со временем выдыхаются. Так что большая часть того, что вы видите, к употреблению уже не пригодна… Сим, — обратилась она к одной из служанок, — возьми вон те тюки… Мастер Капайм, вот это — Нерилка показала на стоящую в плетеной корзине бутыль — сок феллиса. А еще я прошлой ночью смешала свежую настойку туссилаго… Все правильно, Сим, можете идти. Воспользуйтесь выходом через кухню, а то лорд Толокамп жалуется, что мы, дескать, протираем ковры главного зала.

Подхватив бутыль с соком феллиса, Нерилка вслед за служанками и Капаймом вышла из кладовой в коридор. Она заперла за собой дверь. К тому времени, когда она покончила с третьим замком, служанки, с двумя тюками лекарств каждая, уже скрылись за поворотом. Пораженный Капайм не знал, что и сказать.

— Я бы прихватила с собой и еще — спокойно сказала девушка, — но четырех лишних служанок присоединившихся к обычной, каждый полдень направляющейся к воротам процессии, еще могут не заметить, а вот больше… Только тут Капайм заметил, что она одета в простую грубую тунику чернорабочего.

— Никто не станет бить тревогу, если одна из служанок вместо того, чтобы повернуть обратно, пойдет дальше, в лагерь. Да и на кухне никто не удивится, если мастер лекарь выйдет из кладовых с лекарствами в руках. Вот если вы появитесь с пустыми руками — тогда другое дело.

Она задумчиво покрутила в руках ключи.

52
{"b":"18771","o":1}