ЛитМир - Электронная Библиотека

— Нельзя угадать наперед, — задумчиво сказал она и спрятала связку в карман на поясе. — У моей мачехи есть другая связка, — добавила она, заметив недоуменный взгляд Капайма. — Она полагает, что ключи есть только у нее одной. — Нерилка улыбнулась. — Она ошибается. Спасибо моей маме… Идите за мной, мастер Капайм.

Покорность дочерей Толокампа являлась темой непрекращающихся шуток среди молодых людей знатного рода, которых леди Пендра приглашала погостить в Форт холде. Нерилка, как вспомнил Капайм, была старшей из одиннадцати сестер. Двое братьев Кампен и Мостар были старше ее, а четверо — младше. Постоянные беременности леди Пендры тоже служили одной из самых излюбленных тем для шуток. Капайму и в голову не приходило, что у кого-то из отпрысков Толокампа может существовать собственное мнение.

— Леди Нерилка, если вы сейчас уйдете…

— Я не останусь, — твердо ответила девушка.

— …лорд Толокамп…

— Не станет долго плакать, узнав о моем исчезновении, — она поудобнее перехватила тяжелую бутыль и добавила: — А в лагере я могу принести пользу. Я умею готовить лекарства: и мази, и настойки. Вместо того, чтобы уныло сидеть в темном углу я, наконец-то, займусь настоящим делом. Я же знаю, что лекари не справляются. Каждая пара рук на счету. Кроме того, я в любой момент могу вернуться обратно, — и видя недоуменное лицо Капайма, пояснила: — Не думаете же вы, что ворота — единственный выход из холда? Слуги частенько пользуются и другими. А чем я хуже?

Сквозь невысокую арку они прошли на кухню, и облик Нерилки изменился словно по волшебству. Гордая дочь лорда холда исчезла, словно ее никогда и не бывало. На ее месте появилась сгорбленная, неуклюжая женщина, измученная тяжким трудом, в три погибели согнувшаяся под непосильной ношей.

Они вышли во двор. Стараясь, чтобы это выглядело небрежно, Капайм посмотрел в сторону главного двора холда и центральной лестницы. По ней не торопясь спускался мастер Тирон в окружении лекарей и арфистов, работавших в Форте.

— Он будет наблюдать за ними, а не за нами, — прошептала ему Нерилка.

— Ага… запоздалая попытка остановить исход.

Капайм даже задохнулся от негодования. Вслед за Тироном спешили несколько стражников. С этого расстояния мастер лекарь не мог определить, насколько серьезно стражники отнеслись к поручению, возложенному на них Толокампом. Небольшая суматоха на ступенях, и Тирон со своими спутниками пошли дальше. Тем временем Нерилка и Капайм приблизились к границе холда. Палаточный лагерь был разбит слева от огромной скалы Форт холда, в небольшой долине, невидимой из Форта. Над ним по велению лорда Толокампа построили временную изгородь, бдительно охраняемую стражей. Пройти в лагерь можно было только через приземистое караульное помещение. Трое служанок Нерилки положили свои тюки с лекарствами рядом с корзинами еды, оставленными слугами перед ними.

— Если вы выйдете из холда, мастер Капайм, — напомнила Нерилка, — то обратно вас не впустят.

— Мы еще увидимся, леди Нерилка, — пообещал Капайм, — а пока я помогу вам пробраться в лагерь.

Они подошли к караулке, где стражники быстро переносили корзины и тюки на другую сторону загородки, где их терпеливо ожидали обитатели лагеря.

— Мастер Капайм, — почтительно обратился к лекарю начальник караула, — вы не можете…

— Мне хотелось бы только убедиться, что мои медикаменты не пострадают. Передайте, пожалуйста, что эта бутыль легко может разбиться.

— Тут я могу вам помочь, — сказал стражник, подхватывая бутыль и пронося ее через караулку. — Поосторожнее с этим, — крикнул он. — Мастер Капайм говорит, что это лекарство.

Обитатели лагеря пошли собирать переданные им припасы, и стражник поспешно ретировался в караулку. Нерилка, незаметно проскользнувшая у него за спиной, присоединилась к разбиравшим корзины людям. Капайм ждал, что сейчас другие стражники поднимут тревогу: они наверняка заметили, что произошло. Но все было тихо…

Возвращаясь, Капайм думал, что ему и в самом деле никак нельзя покидать его мастерской. Нерилка-то могла с легкостью уйти из своего холда, но главный лекарь Перна должен оставаться на месте. Да, он вполне может отозвать лекарей из Форт холда — это его право как главного мастера лекаря, но в любом случае он должен находиться там, где с ним смогут связаться лекари, разбросанные по всему континенту…

* * *

— Можно взять сукровицу от одной королевы, — говорила Морита Лери, и нанести на суставы другой. И тебе вовсе не следовало тащиться в такую даль ради сообщения, которое мог передать кто-нибудь другой.

Они стояли у входа на Площадку Рождений. И Морита, и Лери говорили шепотом, хотя, измученная откладыванием двадцати пяти яиц, Орлита не обратила бы на женщин внимания, даже если бы они орали над самым ее ухом. Королева дремала, свернувшись клубком вокруг своей драгоценной кладки. Выглядела она, с точки зрения Мориты, превосходно, и наездница уже не волновалась о ней. Зато теперь ее начинало одолевать беспокойство о судьбе израненной Тамианты. — Этого никто не может сделать, — отмахнулась Лери, — так, во всяком случае, Киланта сказала Холте. И там все совсем не гладко…

— Да уж я думаю, — Морита нервно ходила взад вперед. — Если действительно на этом поврежденном крыле сукровица так и не появилась… Как Фалга?

— Ее все еще лихорадит.

— Но это не та болезнь, я надеюсь?

— Нет. Ее лихорадит от полученных ран. Но с ней все под контролем лекарей.

— Драконьи яйца! Фалга должна знать, как собрать сукровицу! Придется поручить это Киланте и Дионе.

Морита поглядела на спящую Орлиту.

— Она проснется еще очень нескоро, — Лери взяла Мориту за руку. — Собрать сукровицу и нанести ее куда требуется — это ведь займет совсем не долго.

— Орлита доверяет мне!

— Мне тоже. Каждый миг задержки…

— Да знаю я, знаю! — с болью в сердце она думала о несчастных Фалге и Тамианте.

— Если Орлита проснется, то Холта тут же об этом узнает, — уговаривала ее Лери. — Твоя королева все поймет. В конце концов, кладка уже закончена.

В Чрезвычайных обстоятельствах, которых в последнее время расплодилось без счета, требовалось предпринимать чрезвычайные меры.

— Холта готова тебя отвезти. Я ее уже спросила…

Морита сдалась. Бросив последний взгляд на свою спящую королеву, она почти выбежала из Вейра. Вскоре, одев летную куртку, шлем и очки, она уже сидела на спине Холты. И снова каждой клеточкой своего тела она ощущала разницу между Холтой и Орлитой. И несмотря ни на что, Морите упорно казалось, что она каким-то неясным ей самой образом предает свою королеву, летая на другой.

— Летим в Вейр Плоскогорье, — вполголоса сказала она Холте.

Они ушли в Промежуток, едва взлетев. У Мориты даже дух захватило от такого грубого нарушения правил полетов. Но не успела она собраться с мыслями и вспомнить о своем стишке, как они уже парили над Чашей Плоскогорья.

— Орлита все еще спит, — сообщила Холта, приземлившись. — И Лери, между прочим, тоже.

— Это ты, Морита? — раздался дрожащий голос Дионы. — Скорее! Скорее!.. Да, Прессен, это она!.. Я провожу тебя к Тамианте, — продолжала она без перерыва. — Моя милая Киланта как о ней волнуется…

Когда Морита вошла в вейр, она поняла, почему. Тамианта выглядела скорее зеленой, чем золотой — крыло и рана на боку были просто серыми. Она мелко дрожала.

— Воды! Дайте воды! — срывающимся голосом молила лежащая неподалеку Фалга.

— Это все, что она говорит, — прошептала Диона, заламывая руки.

Прессен, подбежав к Фионе, пытался напоить ее, но наездница резким движением выбила стакан у него из рук.

Ругаясь последним словами, Морита потрогала шею дракона — кожа на ощупь казалась горячей и сухой.

— Воды! Только не Фалге, а Тамианте! Неужели непонятно?! Неужели никому из вас не пришло в голову предложить Тамианте воды?!

— Об этом я как-то не подумала, — всплеснула руками Диона. — Киланта тоже все время говорила о воде, но мы все думали, что речь идет о Фалге… — Воды… — стонала израненная наездница. — Воды…

53
{"b":"18771","o":1}