ЛитМир - Электронная Библиотека

— Думаю, она пошла к источникам. Мадрук, — Фрэнк кивнул в сторону кота, — знает дорогу. Правда, тебе придется идти пешком. Всех лошадей разобрали те, кто поехал навестить соседей.

Когда люди Килкула говорили, что отправились “навестить соседей”, они имели в виду, что отправились в соседние поселения с каким-либо заданием.

Вита это не особенно удивляло. В конце концов, они были потомками ирландцев, которые описывали свою многовековую партизанскую войну как “проблемы”, а войну между государствами — как “непредвиденный случай”.

Фиске последовал за Мадруком, раздвигая стебли травы, прежде прятавшиеся под снегом в ожидании оттепели.

Над его головой порхали и пели маленькие певчие птички, кружили с карканьем вороны. В кустах копошилась мелкая живность; дорогу стремительно перебежала рыжая лисица. Мадрук при этом взлетел на дерево и оттуда плевался и шипел до тех пор, пока лисица не исчезла в отдалении, оставляя за собой в высокой траве серебрящийся след.

Вит нашел Клодах у источников; ее окружали не только кошки, но и разные звери, среди которых был и большой кудряш, покрытый длинной темной шерстью. Они стояли, лежали или сидели, наблюдая за Клодах, которая выдергивала и разбирала какие-то растения, бурно разросшиеся на берегах горячих источников. Прекрасные волнистые черные волосы Клодах были заплетены в косы и уложены на макушке в высокую башню, пот тек по ее лицу и шее.

— Slainte, Виттэйкер, — не поднимая глаз, поздоровалась она.

— Slainte, дорогая. Что, черт возьми, ты пытаешься сделать?

— Выпалываю сорняки.

— Это я вижу, — суховато сказал он. — Ты их выпалываешь только здесь, у источников, или намерена в одиночку расчистить все пространство отсюда и до Килкула?

Клодах поднялась, положив ладони на поясницу.

— Только здесь, — улыбнулась она. — Мне бы пригодилась лишняя пара рук. Я в некотором роде тороплюсь.

— Я буду рад помочь. К сожалению, я пришел с плохими вестями.

— Хочешь рассказать мне о том типе, который запечатал некоторые из мест Единения? Заставил планету замолчать и одурачил тех людей, которые живут в Проходе Мак-Ги?

— Именно так.

— Да, я уже об этом слышала.

— Слышала?.. — удивился было Фиске, но потом кивнул:

— Разумеется. Полагаю, твои информаторы уже все тебе рассказали.

— Вроде того. Кошкам пришлось долго выяснять, в чем дело, потому что там он убил всех, кроме одной. Но эта одна говорила с моими, а они рассказали мне. Они говорят, он покрыл внутреннюю часть пещеры каким-то белым составом, который использовался для укрепления стен в шахтах.

— Да. Это петрасил. Джонни Грин мне рассказал о нем. Это очень скверные новости, Клодах. Если наши противники в Интергале узнают, что есть способ прервать нашу связь с планетой, они сделают все, чтобы им воспользоваться.

— Да, — серьезно кивнула Клодах. — Именно так я и думала. Я тоже очень тревожилась из-за этого, а потому пришла сюда, чтобы говорить с Сурсом.

— Не думаю, что ему все это нравится.

— Конечно, нет.

— И есть у него какие-нибудь мысли на этот счет?

— Если так можно сказать. Я вдруг задумалась: а что, если этот состав не всегда срабатывает? Если есть что-то, что способно пробиться через него? И, знаешь, совершенно случайно я огляделась по сторонам и заметила, что эта шипастая ежевика пустила корни сквозь пол пещеры, — заметила то, чего раньше не замечала. Знаешь, как это бывает?

— Да, — кивнул Вит.

— Как бы то ни было, прежде здесь у нас никогда не было проблем с шипастой ежевикой. А шипастая ежевика — это проблема. Ее почти невозможно уничтожить, а корни ее прорастают через все, что угодно. Понимаешь, о чем я говорю?

— Думаю, да. Ты полагаешь, это сработает? Клодах пожала плечами, потом показала Виту, как выдергивать кусты. У ежевики были очень острые шипы.

— После того, как надергаем достаточно, завернем их в листья и те наши друзья, которые быстрее и больше, чем мы, проследят за тем, чтобы рассада была доставлена, куда надо. — Клодах кивнула в сторону животных.

Вит пожал плечами, закатал рукава и принялся за ежевику.

***

Сатоку не составило большого труда уйти от преследователей из Прохода Мак-Ги. С одной стороны, он был хитер, у него было предостаточно друзей и запасов. С другой стороны, среди этих запасов был “шаттл”, припрятанный в получасе езды на лошади от селения — весьма близко для того, чтобы при необходимости быстро добраться туда, и в удаленном от основных дорог месте, чтобы его никто не нашел.

Сперва он полетел в Мертвый Конь, затем в Веллингтон и Савой. В этих поселениях его бывшие сослуживцы, которые заняли места недавно умерших шаначи, постепенно обращали людей в свою веру, по-своему объясняя им, “чего хочет планета”.

— Не вижу, в чем проблема, — говорил Рейли, новый глава поселения Савой, когда они сидели и пили с Сатоком. — Эти люди верят во все, что им говорят. Просто скажи им, что люди в Проходе Мак-Ги посходили с ума или что-то в этом роде.

— Твоя проблема в том, что ты не пытаешься заглянуть в будущее, Рейли, — ответил Саток. — Эти стервецы удрали. Народ из Прохода Мак-Ги расползся по многим поселениям. Они знают о пещере. Теперь проблема не в том, что они о нас думают, а в приоритете. Это я придумал притащить в пещеру петрасил и это я выяснил, как его использовать, чтобы планета не заставила нас свихнуться. Я хочу, чтобы мне были за это благодарны, и я хочу получить свою долю прибыли. Твои парни, конечно, тоже получат свое. Но если эта комиссия, которая проводит тут расследование, увидит петрасил до того, как мы получим свою долю, Интергал захапает все и больше никому ничего не достанется.

— И что тебе от нас надо?

— Разумеется, образцы руды и чтобы тут все было схвачено, пока я не встречусь с какой-нибудь большой шишкой в Компании и пока нам не заплатят за наш метод.

Он щелкнул пальцами, подав знак растрепанной девчонке, которая подавала питье, чтобы она снова наполнила стаканы. Эта выпивка была покрепче, чем “варево”, даже с учетом того, как эта дурацкая планета умела нейтрализовать токсичные вещества, содержавшиеся в здешней еде и питье. Девица казалась знакомой — наверняка она была одной из тех, с кем он когда-то имел дело. Выглядела она не слишком хорошо: глаза книзу, бесформенная уродливая одежда, сальные волосы, болезненный цвет лица, синяки... Некоторые женщины попросту не уважают себя. Если бы в первый раз, когда он приехал в деревню, она выглядела так, он бы и пальцем к ней не прикоснулся.

— Хорошо, и когда тебе нужны образцы?

— Сейчас! — прорычал Саток. — Ты что, не слушал меня? Я хочу, чтобы “шаттл” нагрузили самым лучшим, что у вас есть!

— Откуда нам знать, может, ты попросту прихватишь все это и улетишь?

— Здесь этого всего гораздо больше, чем мы можем откопать своими силами. Не будь мелочным. Кроме того, мне нужен кто-нибудь из твоих, кто помог бы мне разгрузиться.

— И куда ты это все повезешь? Саток пожал плечами:

— Для начала на космобазу...

***

Терпеть ледяной холод было труднее, чем обычно: слишком тепло было Шону рядом с Яной. Те части тела, с которых начиналось погружение, всегда страдали больше всего; однако, несмотря на почти непереносимый холод, он заставил себя броситься в замерзающую темную воду. Изменение произошло быстрее, чем обычно, — высочайший уровень самосохранения.

Как только вода сомкнулась над его головой, он немедленно услышал множество звуков и сигналов, послал свой сигнал и ощутил вибрацию воды, когда кит ответил ему. Если бы огромное млекопитающее потерлось о него, когда он был в облике человека, это закончилось бы печально, но тюлень-селки был менее уязвим. Погладив кита плавником, Шон-селки поплыл вперед, пока не добрался до небольшого (разумеется, в сравнении с размерами тела) глаза кита. Положив руку-плавник на голову кита, Шон объяснил ему, что ему нужно.

— Ты помнишь это место до того, как оно обрушилось?

44
{"b":"18778","o":1}