ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Олдайв потянул его за руку. В глазах старого лекаря стояли слезы; печально качая головой, он заговорил:

— Нет, Джексом, мы уже ничем не сможем ему помочь. Не зря Айвас сказал: Время всякому делу под небесами. Как ни прискорбно, время Главного арфиста истекло.

— Мастер Робинтон не позволял нам никому говорить, насколько он плох, — шепнула мужу Шарра.

— Счет его жизни шел на дни, — глядя на Джексома снизу вверх, подтвердил Олдайв; длинное лицо лекаря сморщилось от горя. — Похищение пагубно сказалось на его больном сердце. И, как ни тяжело об этом говорить, ему выпала легкая смерть.

— Я знал, что Робинтону нездоровится, — печально покачивая головой, бормотал Джексом. — Но что случилось с Айвасом… этого я совсем не могу понять.

— Он объяснил это совершенно однозначно, — показывая на экран, ответил Д'рам, который раньше других пришел в себя. — Айвас выполнил свое предназначение — помог нам покончить с Нитями. Со временем ты сам поймешь, как мудро он поступил. Ведь мы уже стали привыкать во всем полагаться на него.

— Но машины не умирают! — в отчаянии выкрикнул Джексом.

— Знания, которые он подарил нам, никогда не умрут, — сказал Ф'лар, отходя в сторону, чтобы пропустить Менолли и Сибела. — А теперь давайте воздадим мастеру Робинтону последние почести.

* * *

День, когда тело Главного арфиста, завернутое в синий саван, упокоилось в голубых водах его любимой Прибрежной бухты, выдался ясным и солнечным. Мастер Идаролан выбрал для погребения самый быстрый свой корабль и сам прибыл на драконе, чтобы встать у руля. Мастер Алеми привел свой парусник от устья Райской реки, и множество малых суденышек, рыбачивших в заливе Монако, подошло к Прибрежному, чтобы взять на борт всех тех, кто собрался проводить мастера Робинтона в последний путь.

В небе боевым строем парили все Вейры Перна, а файры безутешно кружились вокруг траурного корабля, отплывшего от причала Прибрежного холда. На палубах выстроились лорды, цеховые мастера и арфисты всех рангов. Сибел и Менолли исполнили все песни, сложенные Главным арфистом, — ведь это они сделали его любимцем Перна. Менолли вспоминала тот далекий день, когда она спела прощальную песню для старого Петирона, день, с которого начались великие перемены в ее жизни. Вот корабль подхватило Главное течение и, откуда ни возьмись, появились стаи стремительных животных — они то заплывали вперед, то, ныряя и вновь выпрыгивая из воды, качались на разбегающихся за кормой волнах. Наконец тело Главного арфиста было предано морю, и драконы проводили его скорбным плачем. Джексом, наблюдавший за погребением сверху, видел, как разошлись по воде круги, — и вот уже над местом упокоения Робинтона нескончаемой чередой бегут волны. Проведя бессонную ночь, он примирился с горькой утратой и сумел выкинуть из головы терзавшую его мысль что они с Рутом должны были предотвратить уход Главного арфиста. Но преодолеть тяжесть внезапной потери Айваса оказалось для него еще труднее. Джексом чувствовал себя одиноким и покинутым, причем именно в те часы, когда он отчаянно нуждался в его мудрости и дружеской поддержке. Разве он не исполнял все его прихоти? Разве не подвергал себя и Рута опасности, лишь бы помочь осуществлению главной цели неблагодарной машины?

«Я понимаю твое горе, Джексом, — опустив голову, тихо промолвил Рут. Как и все драконы, он наблюдал, как корабли разворачиваются, чтобы взять курс обратно, в Прибрежный холд. — Но почему ты затаил такой гнев и горечь?»

— Как он мог бросить нас? Ведь теперь, с уходом мастера Робинтона, мы нуждаемся в нем больше, чем когда бы то ни было!

«Не мы, а ты. И напрасно ты так думаешь. Уходя, Айвас оставил людям все свои знания. И теперь только от тебя зависит, сумеешь ли ты правильно воспользоваться ими».

Впервые за долгие годы неразлучной дружбы Джексом обиделся на слова дракона и промолчал.

«Скорее всего, ты и сам знаешь, что я прав, — вскользь заметил Рут. — Сдается мне, что Айвас устал не меньше Главного арфиста: подумай, сколько Оборотов ему пришлось ждать, чтобы исполнить свое предназначение и оправдать доверие своих создателей».

Как ни старался молодой лорд гнать от себя непрошенные мысли, но последние слова Айваса постоянно звучали у него в ушах. Милый добрый мастер Робинтон! Как он привязался к Айвасу! Кто знает, когда машина прекратила свое существование — до или после того, как Главный арфист забылся последним сном? Если бы Айвас знал о состоянии Робинтона, он обязательно позвал бы на помощь. Вчера все только и делали, что высказывали подобные предположения. И, в конце концов, согласились с Д'рамом: Айвас с большим достоинством завершил задачу, возложенную на него первыми перинитами.

«Так отдай же Айвасу должное, Джексом. Он это заслужил. Не позволяй гневу и горечи омрачать сердце и разум!»

В ответ на ласковый упрек белого дракона Джексом тяжело вздохнул.

— Прости, дружок, наверно, я никак не могу взглянуть правде в глаза.

«Вспомни, какие дела свершили мы с тобой, стремясь доказать Айвасу, на что способны. Мы сделали невозможное — а все потому, что я всегда знал, где и когда должен оказаться в нужный момент. И вообще, подумай, что было бы сейчас с Перном, не разбей ты в тот день скорлупу моего яйца!»

Джексом не выдержал и рассмеялся — до того важно звучала похвальба его дракона. Однако рассуждения Рута помогли ему одолеть тоску.

— И время всякому делу под небесами! — крикнул он во весь голос.

Да, Рут прав: только он, лорд Джексом Руатанский и его белый дракон могли сделать то, что было сделано, дабы навеки избавить Перн от Нитей, до конца исполнив свой долг дракона и всадника, посвятив все свои помыслы и чаяния одной цели.

И с этой мыслью Джексом направил Рута в обратный путь, в Прибрежный холд. Он готов принять в наследство сокровищницу мудрости, которую оставил им Айвас.

Комментарии

Ориентировочная хронология Перна

За 8 Оборотов до Великого Переселения на южном материке начало функционировать кибернетическое устройство Айвас.

Первый Оборот — Великое Переселение на северный материк.

1–48 — Начальный период заселения северного материка

49–98 — Первое Прохождение — 50 Оборотов

99–298 — Первый Интервал — 200 Оборотов

299–348 — Второе Прохождение — 50 Оборотов

349–548 — Второй Интервал — 200 Оборотов

549–598 — Третье Прохождение — 50 Оборотов

599–798 — Третий Интервал — 200 Оборотов

799–848 — Четвертое Прохождение — 50 Оборотов

849–1248 — Четвертый Интервал, долгий — 400 Оборотов

1249–1298 — Пятое Прохождение — 50 Оборотов

1299–1498 — Пятый Интервал — 200 Оборотов

1499–1548 — Шестое Прохождение — 50 Оборотов

1543 — Время Мориты и Нерилки; Великий Мор

1549–1748 — Шестой Интервал — 200 Оборотов

1553 — Оборот, в котором Нерилка написала свои воспоминания

1749–1798 — Седьмое Прохождение — 50 Оборотов

1799–1998 — Седьмой Интервал — 200 Оборотов

1999–2048 — Восьмое Прохождение — 50 Оборотов

2049–2448 — Восьмой Интервал, долгий — 400 Оборотов

2449–2498 — Девятое Прохождение — 50 Оборотов

2468 — Двадцатый Оборот Девятого Прохождения — события, описанные в романе «Все Вейры Перна»

Главные (великие) холды Перна и защищающие их Вейры

Вейры перечислены в порядке их основания

Форт Вейр, Предводитель — Н’тон

Форт Холд (древнейший холд), лорд Грох

Холд Руат (второй по старшинству), лорд Джексом

Холд Южный Болл, лорд Сэнджел

Вейр Бенден, Предводитель — Ф’лар, Госпожа Вейра — Лесса

Холд Бенден, лорд Торонас

Холд Битра, лорд Сигомал

Холд Лемос, лорд Асгенар

Вейр Плоскогорье, Предводитель — Т’бор

Холд Плоскогорье, лорд Барген

121
{"b":"18784","o":1}