ЛитМир - Электронная Библиотека

На его лице промелькнула тень понимания.

— Это ты мне так пытаешься намекнуть, что хочешь быть сверху?

Это был уже перебор. Она вымоталась как черт, она все еще была под завязку напичкана адреналином, и терпеть гнусную самодовольную улыбку на лице этого кретина она просто не могла. Не в силах совладать с эмоциями, она залепила ему звонкую пощечину.

Они уставились друг на друга в изумлении. Рейн посмотрела на свою ладонь, как будто она ей не принадлежала. Сет схватил ее за руки и пригвоздил их к полу над ее головой. Глаза его пылали едва сдерживаемым гневом.

— О Боже, — прошептала она. — Я не хотела.

— На первый раз тебе это сойдет с рук, — сказал он зло, наваливаясь на нее всем телом. — Но никогда больше не смей бить меня по лицу. Ясно?

Она облизала пересохшие губы.

— Сет, я только…

— Тебе все ясно?

Она кивнула. Время шло. Они лежали, словно замороженные, не в силах пошевелиться. Как будто ждали, что сейчас взорвется бомба.

Рейн первой вышла из ступора.

— Ты снова играешь в свои игры. Не дави на меня. Не делай этого.

— Никаких игр. Это ты на меня давишь. Ты проверяешь меня, а я просто определяю правила.

— Твои правила, — сказала она.

— Вот именно. — Лицо его было непроницаемо. — Мои правила.

— Так нечестно.

— Что нечестно? Ты хотела, чтобы мы жили по нормам цивилизованного общества, так? А люди из цивилизованного общества не бьют друг друга по лицу. Или эти нормы применимы только ко мне, но не к тебе?

Ты только что вломился в мой дом, — прошипела она. — Не смей искажать мои слова, как тебе вздумается. И это не я давлю. Это ты на меня давишь. Ты никогда не можешь остановиться, когда нужно. Слезь с меня немедленно! Я дышать не могу.

Он привстал.

— Но тебя ведь заводит, когда я давлю на тебя, — заметил он. — Я чувствую, что тебе нравится, и я следую за своими инстинктами. Так я и заставляю тебя кончать.

Она не знала, что и ответить.

— Но это сводит меня с ума.

— А мне нравится сводить тебя с ума. — Он наклонился, чтобы поцеловать ее.

Она оттолкнула его.

— Я имею в виду, сводишь с ума в плохом смысле этого слова. Я за всю свою жизнь ни разу никого не ударила, Сет! Я ненавижу насилие, а ты… ты вынудил меня тебя ударить.

Какое-то время он пристально вглядывался ей в лицо.

— Это все такая чушь, — сказал он наконец. Она моргнула, сбитая с толку.

— И не смотри на меня с таким невинным, ничего не понимающим видом. Твой пацифизм — это просто маска. Я тебя насквозь вижу.

— Да неужели? — Она заерзала под ним. — И что же ты видишь?

— Что-то сияющее. Прекрасное, и сильное, и дикое. Это заставляет меня гореть от желания. Заставляет меня выть на луну.

Его слова согревали ее тело и душу. Она наконец-то расслабилась и перестала сопротивляться.

— Прошу, — сказала она мягко, — не дави на меня так.

— Перестань сопротивляться мне, я могу тебя завести так далеко, что ты и не представляешь. Просто дай мне это сделать, Рейн. Я знаю, куда иду.

Она горько усмехнулась.

— Как я могу довериться тебе, если ты не веришь мне? Посмотри на нас, Сет. — Она указала на его тело, которое все еще прижимало ее к полу. — Я вешу всего около ста двадцати фунтов, а ты…

— Нет, ты легче. У тебя в холодильнике ничего нет, кроме горчицы и пары сморщенных яблок. Ты вообще ешь когда-нибудь?

Его критиканский тон снова заставил ее напрячься.

— Содержание моего холодильника никого не касается. Я говорю о другом, нечего прижимать меня к полу. Я все равно от тебя не убегу, даже если захочу. Ты сильнее и быстрее.

— Так ты не хочешь?

Она открыла рот и снова закрыла его. Она не собиралась больше с ним спорить. Она будет говорить ему только правду. Решено!

— Нет, я не хочу от тебя убегать, — тихо ответила она. — Я хочу, чтобы ты слез с меня. Я хочу, чтобы ты дал мне нормально дышать.

Его руки ослабили хватку.

— Я не хочу получить еще одну пощечину.

— Обещаю, я тебя не ударю, — уверила она его.

Он скатился на бок, и она повернулась к нему лицом. Он смотрел на нее, как будто она была пазлом, который он пытался собрать.

— Извини, что вломился к тебе в дом, — сказал он формальным тоном. — Извини, что напугал тебя.

Она протянула руку и погладила его по щеке в том месте, куда пришелся ее удар.

— Спасибо за извинения, — произнесла она таким же формальным тоном.

— Я это сделал, потому что беспокоился за тебя, — добавил он, нахмурившись.

Это разрушило чары. Рейн рассмеялась:

— Не порть хорошие начинания, оправдывая плохое поведение.

Улыбка сошла с его лица.

— Так я твой парень? Официально?

Еще один тупик. Она не знала, что эти слова означают для него, но что-то нежное уже теплилось в ее сердце. Она не могла пойти на попятный. По его глазам она поняла, как ему важно услышать ее ответ.

Что там говорил Виктор про иллюзию контроля? Пожалуй, впервые в жизни она с ним могла согласиться. На этот раз она готова была уступить своему сердцу. Ведь безумнее, чем сейчас, ее жизнь вряд ли может стать.

— Ладно, — сказала она, — ты мой парень, если ты хочешь им быть.

Он выдохнул с облегчением:

— Хочу, очень хочу.

— Тогда ладно. — Она вновь погладила его по щеке. — Ты мой парень. Официально. Можешь расслабиться.

— Я знаю, что я иногда перегибаю палку, — признался он неохотно. — Просто у меня сейчас в жизни странный период.

— Хочешь поговорить об этом? — предложила она мягко.

— Нет. — Его голос прозвучал резче, чем он рассчитывал. Она слегка отстранилась.

Он прижал ее обратно к себе.

— Извини, Рейн. Я не могу об этом говорить. Но я не опасен, поверь.

— Нет? — Она отвернулась, когда он попытался ее поцеловать.

— Нет. Во всяком случае, не для тебя. — Он взял ее лицо в ладони и все же поцеловал.

То, что говорил Сет, не вполне было правдой. Она бы все отдала за его ласки — а это делало его смертельно опасным. Он погладил ее по волосам.

— У меня для тебя есть подарок — мобильник.

Это было так неожиданно, что она не знала, что сказать.

— Будешь посылать мне свои SMS-сообшения. Она улыбнулась:

— А ты этого хочешь?

— Да, я этого хочу. — Он замялся, но все же продолжил: — Поскольку я теперь официально твой парень, я хочу знать, что у тебя происходит на работе. Идет?

— Ладно, — проворчала она.

Он поцеловал ее снова, но что-то в его поцелуе встревожило Рейн. Она отодвинулась и посмотрела на него:

— Что случилось?

— Я немного нервничаю, — сказал он. — Я ничего не знаю о постоянных отношениях. Я чувствую себя слоном в посудной лавке.

Она рассмеялась:

— Просто будь хорошим мальчиком. Будь ласковым и нежным.

— Да меня не секс беспокоит. И я всегда был с тобой нежен.

— То, что ты не оставляешь синяков, еще не значит, что ты всегда нежен. Ты — Конан Варвар.

— Да ладно, хватит уже… Я тебя так сильно хочу. Ты такая чертовски красивая. Мне хочется схватить тебя под мышку, затащить к себе в пещеру и заниматься с тобой любовью на медвежьих шкурах.

Она понимала, что он начинает соблазнять ее. Она понимала, что скоро станет беспомощной и податливой. Она подставила руку под его поцелуи.

— Я хочу, чтобы ты умоляла меня взять тебя, — продолжал он. — Умоляла грубо, как Конана Варвара.

Она отстранилась.

— Сет, опять ты со своими играми…

— Тсс. — Он приставил палец к ее губам. — Вовсе пет. Ты меня неправильно поняла. Я просто хочу показать тебе то, что ты прячешь даже от самой себя. Тебе понравится.

Что-то в ней перевернулось. Она взяла в рот его палец и стала его посасывать. Он вздрогнул как от электрического разряда и стал расстегивать пуговицы ее блузки свободной рукой.

— Чертовы пуговицы! Она рассмеялась:

— Тебе не нравится моя одежда?

— Нет, не нравится. Ты как коробка, обмотанная липкой лентой.

— Бедный мальчик. Какая жалость, — дразнила она его.

33
{"b":"18788","o":1}