ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Учеником? Таскаешь за ним плащ и сумку, да? – Скептицизм Сорфада немного не дотянул до оскорбления.

– Я несколько лет являюсь посвященным в дела Верховного мага. – Узара кичливо вздернул нос.

– Стало быть, у тебя не много опыта за пределами ваших залов и дворов? – Сорград склонил голову набок.

– Если б вы, парни, были собаками, я бы подождала, пока вы все обнюхаете и поднимете лапу у заборного столба, – лениво заметила я. – Но раз вы не собаки, может, сразу перейдем к сути?

Сорград и Соргрен засмеялись, и спустя минуту строгое лицо Узары осветилось довольно застенчивой усмешкой.

– Вы всегда отвлекаете чем-то крестьян от действия ваших рук, не так ли? – Я достала свое вычурное кольцо и помахала им Сорграду. – Вот и Планир заставляет всех следить за причудливой работой своих ног, пока Узара делает настоящее дело.

Братья посмотрели на мага с первым проблеском уважения.

– Можно сказать и так, – кивнул чародей, немного расслабляясь.

– Значит, теперь мы все можем быть друзьями, – быстро заключила я. – Так вы двое поможете нам или нет?

Грен посмотрел на Сорграда, который водрузил ноги в начищенных сапогах прямо на сиденье.

– Думаю, мы могли бы пойти с вами, если вы идете в Великий Лес. Даже Ниэлло слышал разговоры о денежном сундуке Драксимала, а он редко прислушивается к чему-нибудь, кроме восторгов по поводу его чудных представлений.

– И если твой аванс позволяет тебе жить в таком шике, мы бы не прочь разделить его с тобой. – Грен потянулся за крупной вишней, закапывая соком белоснежную скатерть.

– Хорошо.

Я заметила облегчение на лице Узары, которое напомнило мне, что маг не глуп. И правда хорошо: если он знает свои недостатки, то, возможно, сумеет не бросить нас в какую-то выгребную яму.

Снаружи послышался резкий металлический бой колоколов, на который откликнулись изящные серебряные часы на каминной полке. Узкая стрелка остановилась в своем продвижении по выгравированной шкале, вновь перевернутой для более длинных дней после Равноденствия. Дорогая вещица, машинально отметила я, отдельные циферблаты для каждого сезона, не просто разные шкалы на одном.

– Третьи куранты утра? – Грен с тревогой оторвался от вишни.

– Что-то не так? – растерялся Узара, захваченный врасплох.

– Второй день ярмарки – это всегда лошадиные бега.

Грен схватил плащ.

– Если я намерен заработать, то должен увидеть животных, показывающих свой аллюр.

Узара нахмурился.

– А это не пустая трата времени? Не лучше ли…

– Для Грена бега никогда не бывают пустой тратой времени. – Я пригвоздила Узару строгим взглядом. – Не знаю, как принято у вас, магов, но когда мы работаем вместе, мы все находим время для интересов друг друга.

– Ступайте, – промолвил Сорград, стоявший у окна. – Нам с Ливак нужно поговорить.

Я жестом отпустила Узару.

– Иди с ним. Мы вас догоним.

Грен нетерпеливо приплясывал у лестницы; бросив на меня последний, немного подозрительный взгляд, маг нашел свой отороченный мехом плащ и последовал за горцем.

– Думаешь, эта парочка сумеет избежать неприятностей? – вслух поинтересовалась я.

– Если не оставлять их надолго одних. – Сорград подсел к столу. – Ну, где эта твоя книга?

Я отправилась в спальню и вытащила со дна котомки тщательно завернутый песенник. Бережно положив его на стол, подальше от всяких пятен, я развязала шелковую веревку и развернула несколько слоев полотна. Сорград нежно провел пальцем по тисненой коже, покрывающей доски когда-то кремовой, но пожелтевшей от времени обложки. Я открыла книгу и стала бережно переворачивать страницы. Их края потемнели: многое множество рук успело прикоснуться к ним. Аккуратный рукописный шрифт выцвел и стал коричневым, но рисунки на каждом поле страницы и виньетки вверху и внизу и через двадцать пять поколений оставались яркими, даже позолота кое-где уцелела. Головы животных выглядывали из ажурной листвы и рядов живой изгороди, птицы парили над изящными пейзажами и тщательно выписанными маленькими фигурками в маленьких овальных рамках.

– Красивая вещь, – рассеянно заметил Сорград. Он всмотрелся в стремительный почерк и нахмурился. – Только очень трудно читается, даже не будь шрифт таким выцветшим. Тебе нужна Каролейя. В Старом Высоком тормалинском ей равных нет.

Я положила на скатерть лист пергамента, исписанный характерной лескарской рукой Каролейи, – новые черные чернила так и бросались в глаза.

– Поэтому мы и ехали через Релшаз. Я хотела услышать и другое мнение, а то эти ученые едва не передрались, выясняя, кто из них прав.

Сорград засмеялся.

– А как насчет магов? У них должна быть власть над всеми этими стихиями. Могли бы они сделать так, чтобы текст стал лучше виден?

– Как сказал Казуел, у него есть дела поважнее. Хотя он соизволил объяснить, будто чернила выцвели потому, что были сделаны из дубовых чернильных орешков и железа.

Услышав сарказм в моем тоне, Сорград поднял голову.

– Похоже, он – настоящее сокровище.

Я не хотела обсуждать Казуела.

– Ты можешь прочесть что-нибудь из этого? – Я осторожно перевернула страницы до листа, украшенного горным пиком, угловатый шрифт под ним составлял резкий контраст с плавным тормалинским.

Сорград склонился над книгой.

– Всего прочесть не могу, но кое-что я разобрал. Это сага о Мизаене и вирмах. Могу рассказать тебе тот вариант, который знаю.

– Я хочу услышать этот. – Я постучала по книге. – Тормалинские песни в ней сильно отличаются от тех, что я слышала ребенком. Любопытный Дайв пробрался в спальню императрицы, но его не повесили, как в нынешних историях. Он сделался невидимым и ускользнул.

– А маги Планира этого не умеют? – Сорград откинулся на спинку стула. – Что подтверждает, будто это – эфирная магия?

– То же самое заявил Казуел. – Я покачала головой.

– Полагаю, не только решимость доказать, что он не прав, привела тебя сюда? – сухо осведомился Сорград.

– Колонисты говорят нам, что Империя строилась на эфирной магии. – Я вернулась к предисловию книги. – Посмотри сюда: Немит Лукавый правил за шесть поколений до Немита Последнего. Никто тогда не слышал о магии стихий – той, которой владеют маги Планира. Она возникла только после Хаоса, но в любом случае, если есть магия в Лесных или Горных песнях, это должно быть Высшее Искусство, верно? Ни один урожденный маг из этих двух племен никогда не появлялся в Хадрумале.

Сорград хмыкнул.

– Если мы идем с вами, каков наш следующий шаг? – внезапно спросил он.

– Я хотела быть уверенной в вас двоих, прежде чем строить планы. Сначала надо решить, куда мы пойдем в первую очередь – в Лес или в Горы? – Я знала, чего хочу, но не собиралась раньше времени давить на Сорграда.

– Мы начнем с Леса, это очевидно, – твердо заявил он. – Когда ярмарка закончится, куча людей пойдет по Западному тракту, направляясь через Лес в Солуру или в свои деревни на его окраинах. Мы можем примазаться к кому-нибудь, кто знает, где найти группу Народа в это время года.

– Я думала спросить Лесного менестреля, пришедшего на ярмарку, – поделилась я своей идеей. – Для начала он мог бы перевести нам песни, а затем, если он поручится за нас, мы сможем рассчитывать на большее содействие, когда будем в Лесу.

Сорград поджал губы.

– Допустим, ты найдешь кого-нибудь с древними знаниями. Но с какой стати они доверят тебе свои тайны?

– Много ли найдется мужчин, которые откажут мне в доверии, если я задумаю их очаровать? – Я широко распахнула глаза.

– Я – это раз, – язвительно ответил горец.

– А кроме тебя? Нет, это хороший вопрос. Возможно, будет легче это осуществить, если я предложу что-то в обмен. – Лучший способ вынудить Сорграда делать то, что я хочу, это представить ему логический довод. – Не лучше ли отправиться сначала в Горы? Вы Горной крови, поэтому каждый, у кого есть что рассказать, станет охотнее говорить с вами. А после этого мы – с тем, что узнали, – спустимся в Лес.

17
{"b":"18791","o":1}