ЛитМир - Электронная Библиотека

– Готовы, сэр.

– А что скажете вы, мистер Барретт? Согласится альтанский парламент с нашими условиями?

– Насколько я понимаю, сэр, иного выбора у нас просто нет.

– В таком случае, господа, похоже, что мы преодолели второе серьезное препятствие. Попытаемся, может быть, преодолеть и третье? Что скажет наш главный экономист о введении обеих планет в состав Сообщества Людей?

С дальнего края стола, там, где находились земляне, поднялся сутулящийся, небольшого роста человек.

– Господин Координатор, министерство экономического анализа не имеет возражений против реинтеграции этих двух звездных систем в человеческое сообщество. Любые проблемы экономического характера, которые при этом неизбежно возникнут, будут легко устранимы в самый короткий срок. В применении даже самых малых торговых ограничений нет никакой необходимости.

Первый Координатор тут же попросил высказаться одного за другим своих экспертов. Все они, по сути дела, дали зеленый свет вступлению Альты и Сандара в политическую организацию, объединяющую населенные людьми пространства.

После этого последовало выступление главы министерства труда и людских ресурсов, во время которого Геллард, повернувшись к своему адъютанту, принялся что-то шепотом объяснять. Адъютант, кивнув, нагнулся и извлек откуда-то снизу – видимо, из портфеля – пачку каких-то бумаг. Затем передал их Первому Координатору, который тут же погрузился в их изучение. Дрейку даже со своего места удалось разглядеть золотой блеск официальной печати на первом листе стопки документов.

– Дамы и господа, – обратился к присутствующим Координатор после того, как министр труда закончил свое сообщение. – У меня в руках – официальные заявки Альты, иначе Валерии-IV, и Сандара, иначе Хеллсгейта-IV, с просьбой о возобновлении их членства в Галактическом Совете. Для вступления этих документов в полную юридическую силу на них необходимо поставить подпись Второго Координатора Блэнхема и мою. Однако прежде чем мы подпишемся под этими документами, необходимо разрешить еще один вопрос. Коммодор Траст, прошу вас войти в зал!

Последняя фраза была, как показалось сначала, брошена в воздух, однако в следующую секунду дверь за спиной Первого Координатора отворилась, и в конференц-зал вошел незнакомый Дрейку офицер. Бетани издала короткий удивленный возглас.

– А это кто? – удивился Ричард.

– Тот самый, что выспрашивал у меня о Варлан, – пояснила Бетани.

Офицер сначала смерил собравшихся холодным взглядом, после чего наконец заговорил:

– Доброе утро, дамы и господа! Разрешите представиться. Меня зовут Альфонс Траст. Я – сотрудник военной разведки. Хотя мы с вами прежде никогда не встречались – за исключением присутствующей здесь мисс Линдквист, – мне кажется, что большинство из вас я знаю лично. Дело в том, что мне поручено разрешить одну загадку, на которую мы сразу обратили внимание, когда занялись изучением неких записей, сделанных первым секретарем посольства Олдфилдом в то время, когда ваш корабль все еще находился в системе Годдард.

Во время обычной проверки аналитических проб голосов капитана Дрейка, адмирала Гоуэра, Станислава Барретта, графа Гусаника и других лиц наше внимание привлекло то, что в их голосах угадывались особые признаки, типичные для случаев, когда люди говорят неправду. Эти признаки практически незаметны и незначительны, но за долгие годы мы создали целую науку по их выявлению и классификации – очень точную науку, замечу при этом.

Хотя это и вызвало у нас любопытство, мы тем не менее были не особенно озабочены этими свидетельствами. В конце концов ничего удивительного нет в том, что люди скрывают правду, особенно в настоящей ситуации, когда готовится серьезная сделка. Однако чем больше мы о вас узнавали, тем большие подозрения стала у нас вызывать ваша уклончивость. Скажу прямо – когда бы вас ни спрашивали о путешествии, которое вы проделали через всю туманность, или если в разговорах возникала тема рьяллов, в ваших голосах звучало нечто такое, что заставляло нас сомневаться в вашей правдивости. Несмотря на все наши усилия, мы не смогли выявить причину подобного поведения. Поэтому я хочу задать такой вопрос сейчас. Что именно вы пытаетесь скрыть?

Гусаник посмотрел на Барретта, который тут же смерил взглядом Гоуэра, в свою очередь посмотревшего на Дрейка. Возникла долгая пауза, которую нарушил граф Гусаник, громко прочистивший горло:

– Полезная наука эта голосовая экспертиза. Жаль, что мы не знали о ней раньше.

– Это не очень-то помогло вам, сэр, – ответил Траст. – Реакции человеческого организма, которые способны выявить наши методики, полностью неконтролируемы. Их можно попытаться частично скрыть, если знать, каким образом это делается, но ни один человек не обладает искусством абсолютного актерского перевоплощения и никогда не сможет перехитрить нашу аппаратуру.

Гусаник вздохнул и посмотрел на Гелларда.

– Коммодор Траст считает, что нам известно нечто такое, что мы скрываем от вас. Дело в том, что мы обладаем информацией, которая имеет жизненную важность для ведения войны.

– Какой информацией, сэр?

– Имеющей чрезвычайную ценность, господин Координатор. Прежде чем мы разгласим ее, мы должны заручиться вашим обещанием помочь нам в нашей борьбе с рьяллами.

– Перед вами – ваши заявки на вступление в Межпланетный Совет, – ответил Геллард. – Какие еще вам нужны гарантии? Однако мы не можем удовлетворить вашу просьбу, не зная того, что известно вам.

– Превосходно, господин Координатор. Ловлю вас на слове. – С этими словами граф Гусаник повернулся к Гоуэру. – Адмирал, боюсь, что это ваша прерогатива. Вам слово.

– Полагаю, мы добились цели нашего прилета сюда, – кивнул Гоуэр. – Дамы и господа, наше путешествие оказалось не таким прямым, как мы пытались вас убедить. На самом деле нам пришлось сделать небольшой крюк...

ГЛАВА 25

Воскресное утро выдалось ясным и свежим. В голубоватой рамке двух вулканов – Истаксиуатля и Попокатепетля – Солнце всплывало над горизонтом золотистым шаром. Нежный юго-восточный ветер приносил с собой аромат сосен и обещание скорой прохлады.

Ричард Дрейк стоял на балконе номера, вдыхая полной грудью свежий утренний воздух, и разглядывал город. На севере солнечные лучи отражались от неоацтекских мегаструктур, в которых проживало большинство местного населения. Восточные грани огромных пирамид сверкали оранжевым огнем. Западные же все еще ежесекундно пронзали небо – во избежание авиакатастроф – предупредительными вспышками. Внизу, прямо под Дрейком, неторопливо расползалась уборочная техника – мести, мыть, поливать улицы и парки огромного города. Где-то вдали окружная дорога только-только начала наполняться потоком машин – это местные «жаворонки» с утра пораньше принимались за решение субботних дел. Гигантский город постепенно стряхивал с себя сон, и Дрейк наблюдал за его пробуждением, размышляя о том, какие перемены внесли в его жизнь последние сорок восемь часов.

Начать хотя бы с заявления адмирала Гоуэра о том, что экспедицией «Прыжок в Ад» получены астронавигационные схемы Рьяллской Гегемонии. Настроение в зале министров изменилось в считанные мгновения. Те, кто еще пару минут назад смотрел на пришельцев из далеких колоний с подозрением, скукой или плохо скрываемой недоброжелательностью, неожиданно начали проявлять к докладу живейший интерес – еще бы, ведь речь шла о топологии вражеского пространства.

Не успел адмирал закончить свою речь, как на него обрушилась лавина вопросов. Когда же он отказался вдаваться в подробности, Координатор Геллард выступил с предложением изменить статус Альты и Сандара, чтобы эти удаленные миры вновь стали полноправными членами Галактической Конфедерации. Меньше чем через час стороны пришли к предварительному соглашению, причем жители Земли заявили о своей готовности немедленно приступить к планированию операции по снятию блокады с системы Айзер. Со своей стороны колонисты пообещали, что первое, что они сделают, став полноправными членами конфедерации, – это передадут в распоряжение Галактического Совета все имеющиеся у них данные по рьяллам.

64
{"b":"18803","o":1}