ЛитМир - Электронная Библиотека

– У нас есть выбор? – спросил Бэла Мартсон.

– Полагаю, нет. Нам приказано остановить звездолет, и мы выполним приказ. Да и состояние «Завоевателя» представляет нашу миссию в новом свете.

– Командир?

– Очевидно, в большом мире идет война. Кто бы этони сделал… – Дрейк ткнул пальцем в направлении экрана, – он настроен серьезно. Надо выяснить, с кем и почему воюет Земля. И сделать это как можно быстрее.

Глава 5

Восемьдесят два часа спустя после появления «Завоевателя» в точке перехода три главных астрономических телескопа системы Валерии нацелились на драму, что разыгрывалась в полумиллиарде километров над плоскостью эклиптики. Астрономы внимательно следили за крохотным бело-фиолетовым созвездием, удалявшимся от Вэл со скоростью полторы тысячи километров в секунду, и гадали, когда же погаснет самая яркая из звезд. Вопрос этот волновал не только их, но и Ричарда Дрейка.

Уже шесть часов «Дискавери» и корабли-разведчики пытались раскрыть секреты звездолета. Его фотографировали во всех длинах волн видимого света, просвечивали борта радарами и стереооптическими лазерами, прогоняли изображение через ультрафиолетовые сканеры и термографы и при этом не прекращали попыток связаться с командой, нацеливая на «Завоеватель» сфокусированные электромагнитные лучи различных частот. В шлюзе одного из разведчиков даже поставили человека с тяжелой винтовкой, и он целый час выпускал в корпус звездолета снаряды – в надежде, что выжившие члены экипажа услышат шум.

Пока часть команды старалась вызвать «гостей» на контакт, остальные начали действовать, исходя из предположения, что «Завоеватель» давно пуст. Сразу по окончании термосканирования Дрейк созвал в кают-компании стратегическое совещание. Командир, Бэла Мартсон, Аргос Кристобаль и второй помощник по технике Алиман Грэндстафф уже рассматривали первую термограмму, когда вошел Стэн Барретт.

– Простите за опоздание, – произнес политик. – Пришлось говорить с властями Альты. Никогда не пробовали вести диалог с разницей в час между репликами?

– Пробовали, – сказал Дрейк. – Получается неважно.

Барретт сел в кресло и вздохнул.

– Вообще не получается. Хотя кое-что узнать удалось. Дома ситуация все хуже. Информация о «госте» официально засекречена, но долго это не продлится. В Парламенте слухи ходят с самого нашего отбытия. Стало известно почти все, депутаты начинают задавать вопросы, а Джонатан Карстерс угрожает созвать пресс-конференцию.

– Что в Адмиралтействе? – спросил Дрейк. Барретт усмехнулся:

– Вы еще спрашиваете! От новостных организаций поступают запросы о некоем крейсере, что недавно покинул парковочную орбиту.

– Любопытно, – протянул Дрейк.

– Это точно! Эх, купить бы ферму на Восточном континенте, уйти из политики… – Барретт взглянул на экран. – Что у нас тут?

– Начали просматривать термограммы.

– Похоже на современные картины. Вы что-нибудь тут понимаете?

Дрейк указал на экран с термограммой.

– «Завоеватель» в принципе не так сильно отличается от «Дискавери», мистер Барретт. Он содержит много мелких улучшений, но ничего принципиально нового мы не увидели. В обычном космосе он передвигается при помощи таких же фотонных двигателей, а в межзвездном пространстве – на похожем прыжковом приводе. Сердце любого корабля – преобразователь массы, отключи его – и выключится двигатель. Обычно прекращают подачу топлива в преобразователь, но поскольку мы не знакомы с устройством «Завоевателя», придется применить более грязный способ. Преобразователь использует в качестве топлива обогащенный дейтерием водород, его хранят при очень низкой температуре. На «Дискавери» криоген хранится в баках в цилиндре, устройство же «Завоевателя» подсказывает, что топливо мы найдем ближе к корме. Мы прорежем в баках несколько дыр лазерами, под действием ускорения корабля криоген вытечет, и преобразователь массы отключится.

– Возможно, – скептически заметил Барретт.

– Весьма вероятно, – отпарировал Дрейк.

– А термограммы для чего?

– Криоген хранится при температуре, близкой к абсолютному нулю. Как бы ни была эффективна теплоизоляция, корпус все равно охлаждается. Таким образом мы и найдем баки.

– Один есть, сэр! – воскликнул Грэндстафф.

– Где? – Дрейк подался вперед. Экран переливался всеми цветами радуги – от алого в районе двигателя до светло-синего по всему корпусу, а в некоторых местах – даже фиолетового. Одно такое пятно техник и обвел пунктирной линией.

– Цилиндрический бак, тянется до середины корпуса.

Дрейк кивнул.

– Заполнен процентов на тридцать.

– Да, сэр.

– А этовы как узнали? – спросил Барретт.

– Из температурного профиля, сэр, – объяснил Грэндстафф. – Фиолетовой на термограмме выглядит та часть корпуса, что находится в контакте с жидким топливом. Раз охлаждена треть бака, значит, топлива осталось столько же.

– Ясно, – сказал Барретт, но Дрейку показалось, что тот мало что понял.

– Разрешите проверить остальные термограммы, командир. – Это снова Грэндстафф.

– Проверяйте.

В итоге – шесть топливных баков, два уже пробиты, но ускорение не давало жидкому водороду вытечь. Согласно температурным профилям, на звездолете оставалась четверть первоначальных запасов топлива.

– Решено, – сказал Дрейк, когда Грэндстафф закончил оценку. – Теперь ясно: нам за ним не угнаться.

– Придется использовать вспомогательную батарею «Дискавери», командир, – предупредил Бэла Мартсон. – На разведкораблях нет достаточно мощного оружия.

– Согласен, первый. С этим могут быть проблемы?

– Интересно, что бы я сделал, если бы к моему звездолету приблизился некто и начал вырезать свое имя на корпусе. Наверное, ответил бы тем же! Даже если там нет команды, может сработать автоматика.

– Мы не сможем избежать риска. Если не остановить их в ближайшие… – Дрейк посмотрел на хронометр, – два часа, придется прервать погоню.

– У меня нет других предложений, командир. Просто решил сказать об этом.

– Аргос, есть предложения?

– Никак нет, командир.

– В таком случае придется рискнуть. Благодарю, джентльмены. Возвращайтесь к своим обязанностям. Через пять минут боевая тревога.

Когда все герметичные двери были закрыты, а команда в скафандрах заняла места согласно боевому расписанию, Дрейк отдал приказ на сближение с «Завоевателем». Пока крейсер преодолевал разделяющие их сто тысяч километров, корабли-разведчики отходили на безопасные, как надеялся Дрейк, позиции.

Экран рубки снова заполнился призрачным бело-фиолетовым туманом, когда «Дискавери» вошел в зону выхлопа линкора; приборы словно сошли с ума, когда оказались в проводящей электричество плазме, но туман, сгустившись, быстро рассеялся. В дюжине километров впереди виднелся корпус «Завоевателя».

– Первый, готовьте вспомогательные лазеры.

– Готовы, командир.

Крейсер рванулся вперед, теперь два корабля разделяло меньше километра, и разбитый корпус звездолета занимал весь экран.

– Вышли на позицию, – доложил Кристобаль.

– Все готово, первый? – Дрейк старался, чтобы голос не выдал его напряжение и страх.

– Лазеры нацелены, командир, – ответил в наушниках Дрейка голос Мартсона.

На экране появился прицел для третьей лазерной батареи – как раз перед кольцами фотонной фокусировки. Дрейк сжал ручки противоперегрузочного кресла, облизал губы и приказал:

– Огонь по готовности, первый помощник.

– Огонь!

Невыносимо яркое пятнышко света на экране. Секунду ничего не происходило, затем пятнышко исчезло, а на его месте – кипящий фонтанчик жидкого водорода, вырывающийся из бака под давлением.

– Следующая позиция, астронавигатор, – приказал Дрейк, и лейтенант Кристобаль в несколько рывков переместил корабль.

– Вышли на позицию, командир.

– Давайте, мистер Мартсон.

– Огонь!

Вновь на корпусе линкора появилась яркая точка; компьютер отключил лазер, когда показался фонтанчик водорода.

10
{"b":"18804","o":1}