ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Квартира. Карьера. И три кавалера
Фельдмаршал. Отстоять Маньчжурию!
Неожиданное признание
Тетушка с угрозой для жизни
Гребаная история
Сверхчувствительные люди. От трудностей к преимуществам
Слишком красивая, слишком своя
Ты меня полюбишь? История моей приемной дочери Люси
Город под кожей
A
A

Автомобиль смолк, остановившись перед воротами. Послышался голос, ворота затряслись под ударами. Элири сунула карту в сумку, приготовленную для неё стариком. Проверять, что там ещё, времени уже не было. Наверняка, он знал, что именно может ей понадобиться. Она поцеловала впалую щеку. Голос снаружи позвал снова, более настойчиво. Элири горько улыбнулась. Фар Трейвелер был прав относительной этой женщины. Она не из тех, кто уходит с пустыми руками.

Стараясь двигаться бесшумно, девушка проскользнула к задней двери и открыла её. Нехорошо, если в доме один выход, не раз говорил ей прадед. И всегда лучше, если запасной выход не бросается в глаза. Озорная улыбка на мгновение осветила лицо Элири. Она услышала, как задребезжали ворота, когда через них перелезали, потом снова раздался голос, теперь уже громче, ближе. Переднюю дверь она тоже заперла; это ещё чуть-чуть задержит настырную женщину. Элири обогнула дом и прошмыгнула к забору, прячась за полуразрушенным сараем. Вынув два железных гвоздя, отогнула одну из досок. Выскользнула наружу и вернула доску в прежнее положение, вставив гвозди на место. Хорошая головоломка для бледнолицей. Послышались звуки бьющегося стекла, голос зазвучал ещё ближе, ещё настойчивей.

Затем послышались возгласы, вперемежку с которыми женщина выкрикивала имя Элири. Ноги затопали туда и обратно, призывы зазвучали почти неистово. Женщина ей сочувствовала; что же, вполне возможно, у неё и впрямь были добрые намерения. И всё же в дом, где её презирали, Элири не вернётся. Теперь она понимала, что неспроста Фар Трейвелер настоял вчера на том, чтобы помочь ей поработать по дому. Не всё это время он помогал ей, несколько часов он провёл в сарае, запершись от неё. Скорее всего, почувствовав приближение смерти, собирал ту самую сумку, которая теперь была у неё.

Женщина из социальной службы приходила лишь раз в неделю. Во всяком случае, до сих пор, пока им удавалось скрыть от неё растущую слабость Фара Трейвелера. Они надеялись, что у него хватит сил продержаться ещё несколько недель, до того дня, когда ей исполнится шестнадцать. Тогда она смогла бы жить самостоятельно в доме, построенном стариком на небольшом клочке оставшейся у него земли. Элири недобро усмехнулась. Её тётке и дяде мало что достанется. Практически вся земля, когда-то принадлежащая роду Два Пера, была давным-давно продана. Личные вещи, крошечный дом и несколько акров безводной земли — вот всё, что осталось. И всё же девушка смогла бы здесь выжить. Она умела охотиться, объезжать лошадей, управляться с маленьким огородом. Для тех же, кто не привык вести такой образ жизни, ни дом, ни земля никакой цены не имели.

Спрятавшись за деревом, Элири обшаривала взглядом двор. Появилась женщина и неуклюже побежала от одного ветхого строения к другому. Всё ясно. В распоряжении Элири несколько часов — до прибытия поисковиков. А они появятся, в этом можно не сомневаться. Женщина из социальной службы не относилась к разряду тех, кто позволил бы ей уйти с миром.

Девушка повесила сумку на плечо и проверила оружие. Чтобы карта в любой момент находилась под рукой, она прикрепила её к поясу и стала взбираться вверх по крутому склону. Двигалась уверенно, но не слишком быстро, чтобы беречь дыхание. Надо экономить силы, на случай, если неожиданно понадобится убегать. Да и вообще, судя по карте, путь предстоял неблизкий, и всё время по неровной местности. Так что силы ей ещё пригодятся. Хотя, если для поисков привлекут вертолёт, её может спасти лишь умение, а не сила или скорость.

Красный автомобиль внизу отправился в обратный путь по горной дороге. Женщина, сидящая за рулём, была настроена не менее решительно, чем Элири. Девчонка, скорее всего, убежала в горы. Её необходимо найти и увезти в безопасное место. Начальник поступил глупо, позволив ей жить со стариком. Сразу было ясно, что все это добром не кончится. К тому же начальника, что вообще характерно для мужчин, всегда не оказывается на месте, когда что-нибудь случается. Женщина задумчиво покусывала губу, выходит, теперь она за старшего. Он вернётся почти через неделю, а к этому времени она найдёт беглянку. Все его рассуждения не имеют никакого значения — девчонке ещё нет шестнадцати, и тётка никогда не отказывалась взять её обратно. Женщина, конечно, читала запись в личном деле Элири, где говорилось, как в этой самой семье с ней обращались шесть лет назад. Читала, но предпочла проигнорировать её.

Ну, наказали девчонку разок-другой. Детям необходима твёрдая рука. Женщина прибавила скорость, так велико было желание поскорее добраться до офиса и связаться с теми, кто найдёт для неё девчонку. Потребуется, конечно, некоторое время, но она не сомневалась в своей способности убедить представителей власти, что ребёнок в опасности. Не беда, если даже придётся слегка преувеличить: совсем юная девушка, обезумевшая от горя, одна, в горах. Реальная угроза самоубийства. Если её не найдут, это может испортить им отчётность. Женщина никогда не пыталась разобраться в собственных чувствах, никогда не понимала, что терпеть не может и девочку, и старика — за их гордость, за то, что они явно не испытывали удовольствия от её вторжений.

Что-то такое было в осанке девочки, от чего по спине женщины из социальной службы пробегала дрожь. В стране, где смерть поселенцев все ещё жива была в памяти, она не слишком подходила для той роли, которую выполняла. В её семье помнили то же самое, о чём не раз подробно рассказывал дядя Элири — как вырезали их родню. Женщина презирала тех, кто находился под её попечительством. А то, что и они, в свою очередь, презирали её, порождало лишь ярость. Она найдёт девчонку и поместит её в приличную, цивилизованную семью. Они выдрессируют эту дикарку.

Высоко над тем местом, где сейчас проезжала женщина, «дикарка» карабкалась по склонам холмов вдоль реки. Пень от старого дерева, не устоявшего перед бурей, остался уже позади и был отчётливо виден в сияющих лучах солнца. Впереди возвышались утёсы — следы оползней, первый из которых случился несколько столетий назад. По какой-то причине примерно раз в сто лет в этих местах происходили мощные оползни, и образованные ими холмы громоздились друг на друга. У подножия одного из них Элири остановилась и внимательно огляделась. На ней по-прежнему было то, что она надела, встав поутру. Все старое, даже рваное, ведь она собиралась чистить ржавый водосточный жёлоб. Имело смысл избавиться от этой одежды, да и передохнуть не мешало.

Она положила сумку подальше от воды, вернулась к оползню и начала карабкаться вверх. Добравшись до вершины, осмотрела мягкую почву под ногами и еле заметно улыбнулась. Фар Трейвелер всегда говорил, что, когда тебя преследуют, хитрость важнее скорости. Немного спустя перед Элири возник свежий холмик, из-под которого торчал край её рубашки. Если, заметив его, преследователи начнут тут копать, то обнаружат в земле всё остальное. Покончив с этим, она заскользила по склону вниз и, подхватив сумку, вошла в реку. Пусть-ка поищут след в воде; она знала, где лучше всего выйти на берег, чтобы невозможно было найти её по запаху. Она торопилась; вода была ледяная.

Она шла все дальше и дальше, а спустя некоторое время остановилась, чтобы подкрепиться припасами, которые обнаружились в сумке. Покончив с едой, она с интересом исследовала остальное содержимое сумки. Одежда, полная коробочка нержавеющих стальных иголок всех размеров, нитки, рыболовные крючки — всего и не перечесть. Сумка была вместительная, удобная, при необходимости в неё можно было набить припасов весом не меньше чем в сотню фунтов — если, конечно, тот, кто собирался её нести, в состоянии был тащить такой груз. Сейчас сумка выглядела пустой, и девушка взяла её в руки, чтобы уложить все обратно. Странно, по весу сумка пустой не казалась. Элири порылась в ней, вывернула, поискала под подкладкой и, в конце концов, обнаружила кожаный пояс. На нём был искусно вырезан ряд бегущих коней, а костяную пряжку украшала гравировка в виде крошечных скакунов, глаза которых представляли собой инкрустацию из чёрного янтаря. Теперь понятно, почему пустая сумка казалась такой тяжёлой. Очарованная искусной работой, Элири перевернула пояс и внимательно изучила его внутреннюю сторону.

2
{"b":"18807","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Ненавидеть, гнать, терпеть
Ледяной укус
Призрак в кожаных ботинках
Миф. Греческие мифы в пересказе
Время желаний. Как начать жить для себя
Лувр делает Одесса
Самогипноз. Как раскрыть свой потенциал, используя скрытые возможности разума
Твоя лишь сегодня
Эмма и Синий джинн