ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Элири мягко усмехнулась.

— Почему бы и нет? — Не было никакой необходимости рассказывать им об истинной силе кулона. — Это подарок друга. — И тут же в голову пришла новая мысль. — Никто из вас случайно не приходится родственником Кинану из Дома «Медвежья Шкура» ?

Ей ответил Джеррани:

— Кинан? Не слышал такого имени, но моя мать была из этого Дома. Во времена Трубача всем им пришлось бежать. Её родственники без особых помех покинули страну, но когда надумали возвращаться, было уже слишком поздно. — Элири вопросительно посмотрела на него. — Тут как раз случился весь этот кошмар с горами, и моя мать со своим мужем предпочли отправиться в Эскор.

— Знала ли она Кинана?

— Это мне не известно. Возможно. Ты знаешь, что было две ветви Дома с таким названием по обе стороны границы? — Элири покачала головой. — До того как Карстен впал в безумие, их обитатели ходили друг к другу в гости… Да, один Дом возник в Карстене, где было много свободной земли, в которой нуждались люди из хороших семей, не имеющие своих земельных наделов. Спустя много поколений один из сыновей Дома вернулся в Эсткарп и построил замок по эту сторону границы. Но не так уж далеко, на расстоянии полёта ястреба.

Он замолчал, расправляясь с жареным мясом, которое ему подали. Маурин и Элири улыбнулись друг другу, и тут Джеррани снова заговорил:

— На протяжении долгих лет обе ветви Дома процветали, люди ходили туда и обратно и торговали. Моя мать была из эсткарпской ветви Дома. В последующие годы торговля пошла на убыль. Однако мать рассказывала, что, когда пришла беда, они, как и положено, поддержали своих родственников из Карстена, дали им приют. Правда, позже те отправились дальше. Больше мне почти ничего не известно. Мать вышла замуж незадолго до Трубача и переехала к мужу, — закончил он и потянулся к доске с нарезанным хлебом.

— Очень интересно. Ты переписываешься с матерью?

— Да, мы пересылаем друг другу письма через торговцев, они довольно быстро доходят.

— Тогда, если можно, напиши ей о том, что хотел сообщить Кинан из Дома в Карстене своим родственникам. — Она распрямила плечи и заговорила, постаравшись придать голосу бесстрастное звучание. — «Я, Кинан из Дома „Медвежья Шкура“, вернулся в свою усадьбу, чтобы умереть в её стенах. В стране все ещё хаос, но я уцелел. Однако срок мой истекает, и когда он придёт, я буду лежать в земле, которая издавна была нашей. Не забывайте, что у каждого из нас есть Дом, куда рано или поздно можно будет вернуться. Это сообщение я вкладываю в уста той, кто стала мне родной по духу и сестрой по мечу. Она помогала мне, когда я остался в одиночестве, поэтому, если потребуется, наш Дом должен оказывать ей всяческую помощь. Я, Кинан из Дома „Медвежья Шкура“, клянусь, что все сказанное — истинная правда.»

Закончив, Элири достала из сумки два пухлых свёртка. С торжественным видом положила их на стол, развязала сплетённые из травы шнурки и приоткрыла, позволив своим собеседникам увидеть содержимое.

— Я, гость вашего крова, предлагаю эти дары его хозяину и хозяйке. Надеюсь, это скрепит нашу дружбу.

Джеррани поднялся и отвесил ей поклон.

— Мы принимаем твои дары, — не менее торжественно произнёс он. — В этой стране очень важно иметь друзей, но не стоит торопиться — так ведь можно и споткнуться. И всё же мы тоже выражаем надежду, что приобрели нового друга.

Элири кивнула, отложила сумку и вернулась к еде, размышляя над тем, насколько, похоже, возросла её сила. Вначале, сразу после появления в этом мире, она была просто ребёнком, владеющим даром обращения с лошадьми. Но время, проведённое в Карстене, явно изменило её. Встреча с Ганнорой в месте Старых. Воздействие подаренных Ганнорой камней-стражей. Заклинания, которым Элири научил Кинан. Все, казалось, способствовало росту её дара. Потом она оказалась в Эскоре, встретилась с Кеплиан, подружилась с ними, обрела свой дом. И всё это время изменения продолжались. Дом давал ей ощущение тепла и защищённости. Удивительное дело! Он был ей, конечно, незнаком и в то же время как-то странно знаком. Такое ощущение, точно после долгих странствий она вернулась домой.

Время от времени девушка поглядывала на Маурин. У неё возникло чувство, что та тоже обладает даром. Маурин в ответ посмотрела на неё, улыбнулась и протянула руку к подарку. Вынула его, с трудом сдержав вздох восхищения. Это был жилет из меха расти. Маурин с сияющими глазами погладила мягкий мех.

Джеррани тоже достал подарок. Он с первого взгляда оценил его качество и умышленно тянул время, чтобы не проявлять свой интерес слишком открыто. С явным удовольствием внимательно рассмотрел жилет, но… ничего не сказал. Зато усиленно предлагал Элири съесть ещё что-нибудь и выпить вина. Она согласилась, но сделала всего глоток; ей уже очень давно не приходилось пить вина.

Заговорили об охоте, и Элири с весёлым удивлением осознала, что, используя эту тему, хозяин пытается незаметно выведать, где она живёт. Он умел задавать вопросы — все они вертелись вокруг одного и того же. Сначала он спрашивал, растут ли в её краях те или иные кусты, а потом — водятся ли там дикие курочки. Девушка отвечала правду. Вряд ли он сумеет найти её. Каньон был расположен высоко в горах, где тропинки попадались редко и были трудно проходимы. И вход в него не так-то просто найти — даже для того, кто принадлежал Свету.

Когда с едой было покончено, Элири достала из сумки и принялась развёртывать меха. Ослепительно белые (горные прыгуны), сочно-коричневые с серебристыми кончиками (речные расти, такой мех у них бывает зимой). В особенности большого труда ей стоило добыть эти последние. Расти охотились стаями и, если были голодны, не боялись набрасываться ни на кого. Быстрые, хитрые, беспощадные, прожорливые, они отпугивали даже самых умелых охотников. Их можно было убить, но остальные сразу же пожирали погибших. То, что Элири удалось добыть неповреждённый мех расти, говорило о том, что она охотница каких мало.

Джеррани затаил дыхание. Эта девушка принадлежала Свету, без сомнения; но она была и несравненной охотницей. Он и впрямь напишет о ней матери и, кроме того, пошлёт сообщение в Зелёную Долину. Маурин поймала его взгляд, в её глазах вспыхнула надежда. Она что-то сказала ему без слов, лишь с помощью еле заметных движений. Он кивнул, но сделал жест, предостерегающий от излишней торопливости. Им предложили изумительные меха — лучшие из тех, какие ему когда-либо доводилось видеть. Девушка пришла с гор, это не вызывало сомнений. Только у тех прыгунов, которые живут в местности, где снег лежит больше полугода, бывает мех такой белизны.

Джеррани задумчиво провёл рукой по меху расти. Вот загадка: эти животные предпочитали реки, текущие по равнинам.

Элири удалилась в предоставленную ей комнату, а он всё ещё сидел, размышляя. Конечно, она принадлежала Свету — сначала беспрепятственно прошла мимо кованого железа и рун предостережения и защиты, потом сама призвала руны Света. Но кулон, который так понравился его жене, имел отношение к Кеплиан. К этим проклятым приверженцам Тьмы, сгубившим стольких людей. Как все это объяснить? И разумно ли спрашивать её об этом?

Он пожал плечами и тоже отправился спать, но обнаружил, что у его жены сна нет ни в одном глазу.

— Где, по-твоему, она живёт? — спросила Маурин, когда он рассказал ей о своих сомнениях.

— Не знаю. Меха, которые она принесла, и с гор, и с равнин. Элдред говорит, что она скакала вдоль берега озера, с востока. Расти обитают в реках; может быть, её дом где-то в верховьях реки, впадающей в наше озеро? Не знаю, не уверен. Никто из нас не забирался далеко на восток. Это территория Серых и Кеплиан.

— В ней нет Зла, — быстро сказала Маурин.

— Согласен, но тогда тем более трудно понять, как она может там жить.

Маурин пожала плечами. Какая, в конце концов, разница, где именно живёт девушка? Важно, что с Тьмой у неё нет ничего общего. Вспомнить хотя бы то, что она продемонстрировала им, едва войдя в замок. Было и ещё кое-что, несомненно свидетельствующее в глазах Маурин в пользу Элири. Девушка определённо обладала чувством юмора. Когда она вдохнула силу в руны, которые начертала в воздухе, Маурин заметила вспыхнувший в её глазах озорной огонёк. Как будто Элири хотела сказать: «Вот, видите? Вы недооценили меня». Их взгляды встретились, и у Маурин возникло странное ощущение, будто что-то проскользнуло между ними. Может быть, они и в самом деле станут друзьями? Во всяком случае, Элири сумела пробудить в ней интерес.

29
{"b":"18807","o":1}