ЛитМир - Электронная Библиотека

Он наклонился вперед, похлопал коня, ничего не говоря, и вызывающе глядя на нее из-под темных ресниц. Губы его скривились в подобие улыбки.

Это был опять тот Дамьен, которого она знала, – необузданный, вполне земной и невероятно сексуальный. Он возбуждал и в ней какие-то незнакомые ей, совсем не утонченные чувства. Сидя в седле, окруженная свежим прохладным воздухом, она ощущала приятную дрожь во всем теле, и ей было немного страшно, так как она сознавала, что спутник ее оказывает на нее невероятно сильное влияние. Это был факт, и его бесполезно было отрицать. Он заставлял ее чувствовать то, чего она никогда раньше, ни при каких обстоятельствах, не ощущала.

– Сомневаюсь, что вам удастся вытащить Гарольда сюда в ближайшее время, – заметил Дамьен.

Адель искоса посмотрела на него. Он двусмысленно улыбался, приподняв брови. Каким обаятельным он становился, когда вел себя так. И как он волновал ее. Она не могла удержаться, чтобы не улыбнуться в ответ, не могла сдержать радостного ощущения, что она делает что-то непозволительное.

Он отвернулся и стал разглядывать спокойное озеро и окружающий ландшафт. «Может быть, он хочет убедиться, что поблизости никого нет», – подумала она.

Потом он оценивающим взглядом посмотрел на нее. Она прекрасно сознавала, что между ними существует какая-то непонятная связь, хотя они не говорили об этом и не приближались друг к другу. Пока они не совершали ничего запретного. И оба знали, где пролегает граница. Проблема состояла в том, чтобы не перейти эту границу.

– Хотите посмотреть чайный домик сейчас? – спросил он, как всегда, угадывая ее желание.

Его хриплый голос коснулся ее, как перышко, защекотав ее кожу, вызвав волну тепла в руках и ногах. Не дождавшись ее ответа, он поехал вперед.

– Не беспокойтесь, – сказал он, – я никому не расскажу.

«Никому не расскажу» – эти слова эхом отдались в ее сердце. Слишком много секретов было связано с ним, слишком много скрываемых эмоций.

И все же, несмотря на все ее благие намерения, и по причинам, о которых она начинала догадываться, она не могла сделать ничего другого, кроме как последовать за ним в лесную чащу.

Глава 14

«Я не должен был этого делать, – думал Дамьен, пробираясь сквозь деревья, растущие вокруг озера. – Не должен был и предлагать ей прогулку верхом. Нам следовало сразу вернуться домой».

Но стоило ему взглянуть на сидящую в седле Адель, в сдвинутой набок шляпе, на изящный наклон ее головы, малиновые губы, как будто ждавшие, чтобы их поцеловали, и он легко оказывался во власти своих далеко не джентльменских намерений.

В этот момент в нем преобладал инстинкт, более глубокий и сильный, чем логика. Это был тот самый инстинкт, который определил его печально известную репутацию, репутацию мужчины, способного соблазнить любую женщину.

Но он не общался с любыми женщинами. У него были свои вкусы, и, кроме того, он всегда очень осторожно, можно даже сказать, продуманно, выбирал любовниц. «Только не сегодня», – подумал он раздраженно, когда возможность следовать самым примитивным инстинктам вызвала вполне предсказуемую реакцию.

– Я хотела поблагодарить вас за то, что вы договорились с доктором, – сказала Адель, когда лошади их оказались рядом. – Я не знала, как это устроить, и очень рада, что вы подумали об этом.

Он думал не только об этом, а еще о массе других проблем, но предпочел промолчать.

– Вы сказали Гарольду, что позаботитесь о докторе?

Лошадь Дамьена споткнулась об упавшую ветку.

– Нет, – резко ответил он.

– Почему нет? – спросила она, немного удивленная его резкостью.

– Не пришлось к слову.

Тишину нарушал только стук лошадиных копыт по мягкой земле.

– Я говорила с ним об этом сама, – продолжала Адель, – после того, как доктор объяснил ему ситуацию. Я хотела, чтобы Гарольд знал, что в этой истории я не пострадала.

– И что Гарольд сказал?

– Он, конечно, вздохнул с облегчением, но мне кажется, ему было неловко вести этот разговор со мной.

Дамьен беспокойно заерзал в седле. Он хорошо знал своего кузена и знал, что Гарольд всегда чувствовал себя неловко, общаясь с женщинами, неловко он чувствовал себя и тогда, когда разговор заходил о сексе. Дело было в том, что у Гарольда не было никакого опыта, и Дамьен подозревал, что кузену его будет непросто в его первую брачную ночь. Но говорить об этом с женщиной, которая собиралась выйти за него замуж, было совершенно неприлично. Вместо этого ему следовало поговорить с Гарольдом, подготовить его и объяснить, что ему надо будет делать.

При этой мысли у Дамьена появилось какое-то напряжение в шее и плечах. Сможет ли он это сделать? Объяснить Гарольду, как ему заниматься любовью с Аделью?

– Я была удивлена, – прервала она его мысли, – что Гарольд предложил вам показать мне конюшни после того, как мы довольно много времени провели вместе.

– Гарольд вполне доверяет мне.

– Но как он может доверять мне? Он ведь не знает меня так хорошо, как он знает вас. Ему даже не пришло в голову, что я могу соблазниться вашей широко известной привлекательностью. Неужели он считает, что я так предсказуемо непорочна?

Он улыбнулся и предпочел оставить ее вопрос без ответа.

– Это очень странно, – продолжала она, – но хотя мы помолвлены и собираемся пожениться, иногда я не знаю, как Гарольд на самом деле относится ко мне. Как вы думаете, он ревновал бы, если бы видел сейчас нас, скачущих к чайному домику?

Чувствуя, что ей необходима уверенность в том, что касалось ее жениха, Дамьен понял, что хотел бы видеть больше тонкости со стороны Гарольда. Адель заслуживала того, чтобы ее обожали. А если бы она чувствовала, что он ее обожает, она не задавала бы подобных вопросов.

В то же самое время его совсем не радовала мысль о том, что Гарольд может обожать Адель.

– Уверен, что ревновал бы, – ответил Дамьен.

Хотя, если быть до конца честным, он был в этом совсем не уверен. Гарольду, наверное, и в голову не приходят такие мысли. Вероятнее всего, он сидит в своей лаборатории, согнувшись над пробирками, и интересуется только тем, что происходит внутри этих пробирок. И это раздражало Дамьена постоянно.

Он убеждал самого себя, что это не означает, что Гарольд не любит Адель. Гарольд просто был таким, как всегда.

– Постепенно он станет спокойней и уверенней, – проговорил Дамьен, – я знаю его очень хорошо, знаю, что у него в душе, и поверьте мне, когда я говорю, что он очень хороший человек. Дайте ему время. У вас впереди целая жизнь для того, чтобы узнать его так хорошо, как знаю я.

Теперь она поерзала немного в седле.

– Я знаю, что он хороший человек. Вы правы, мне не следует торопить события. Не следует ожидать, что у меня могут сложиться интимные отношения с человеком, которого я так мало знаю.

Хотя она и Дамьен встретились совсем недавно, между ними установились невероятно близкие отношения. И сейчас оба они старались спрятать эти отношения как можно глубже.

Объехав озеро, они оказались у тропинки, которая вела к дому.

– А он не заперт? – спросила Адель.

– Я знаю, где лежит ключ. Мы с Гарольдом часто бывали здесь, когда были моложе, и он еще не увлекся своей химией. Мы много часов провели здесь, ловя рыбу. – Он указал на бревно, на котором они сидели. – Отец Гарольда очень любил дальние прогулки, он часто приглашал друзей на охоту.

– А ваши отец и мать? Вы хорошо помните их?

Дамьен остановил лошадь, слез с нее и подошел, чтобы помочь Адели.

– Мой отец был очень похож на Гарольда. Такие же рыжие волосы и еще многое другое. Юстасия – сестра моего отца.

– А ваша мать?

– Моя мать... у нее были разнообразные интересы, но я в них не входил. Не помню, чтобы я любил ее, и, честно говоря, я помню о ней очень мало. Я стараюсь не вспоминать о ней, так как воспоминания вызывают у меня обиду и негодование.

– У вас совсем не сохранилось приятных воспоминаний о ней?

28
{"b":"18814","o":1}