ЛитМир - Электронная Библиотека

Шелдон Хатфилд, грузный мужчина с рыхлыми красными щеками, спустился с лестницы центрального подъезда яхт-клуба и на мгновение остановился на нижней ступеньке, вдохнув свежий морской воздух. На его лице появилось благодушное выражение. Он снял кожаные перчатки и нетерпеливо похлопал ими по поручню, затем, неожиданно обнаружив стоящего с другой стороны лестницы лорда Брекинриджа, окликнул его.

– Почему вы так задержались? – недовольно спросил Брекинридж, не удосужившись ответить на приветствие. – Вы должны были появиться здесь вчера.

За Хатфилдом, сгибаясь под тяжестью чемоданов и еле дыша, шел портье.

Хатфилд снял шляпу и провел рукой по своим редким, похожим на пух, пепельным волосам.

– А что за спешка такая, черт возьми? Разве в днище уже образовалась течь?

Брекинридж нетерпеливо переступил с ноги на ногу.

– «Стремительный» пока, слава Богу, на плаву. Это вот лорда Мартина стоило бы немедленно утопить.

Губы Хатфилда сложились в насмешливую улыбку. Его и без того несимпатичное лицо стало просто отталкивающим.

– И что же он сделал на сей раз? – поинтересовался Хатфилд.

Портье уже занес чемоданы в отель, но джентльмены продолжали стоять у подъезда яхт-клуба.

– Он ухаживает за вдовой. Сегодня ее нет, и его нигде не видно.

Хатфилд прищурил глаза и стал вглядываться в колышущееся разноцветье парусов в заливе, надеясь увидеть там «Орфея».

– Но она не может быть вместе с ним! Вы, должно быть, ошибаетесь.

– Я не ошибаюсь. Поверьте.

Хатфилд снова уставился на графа:

– Ему не нужны ее деньги. Он сам богат. А его брат богаче, чем сам Крез. И, уж конечно, его не могла прельстить ее внешность.

Лорд Брекинридж быстро огляделся по сторонам и тихо проговорил:

– Вы во многом правы. Но у этой женщины есть мозги, и еще она может быть очаровательной. А кроме всего прочего, лорд Мартин знает, что я имею на нее виды, и именно поэтому он решил взять приступом миссис Уитон. Он всегда и во всем соревнуется со мной. Лорд Лэнгдон напоминает мне моего младшего брата. Господи, эта давнишняя история всегда будет для меня самым неприятным воспоминанием.

Хатфилд хорошо понимал чувства лорда Брекинриджа, которые тот питал к своему младшему брату. Уильям был настоящим красавчиком, очаровательным и притягательным молодым человеком. Родители в нем души не чаяли и очень жалели, что Уильям не был их первенцем.

Они на мгновение замолчали и с преувеличенной любезностью закивали проходившей мимо паре. Когда те отошли на приличное расстояние, Брекинридж снова посмотрел на своего собеседника и процедил сквозь зубы:

– Черт возьми, Хатфилд, я спустил все свои деньги до последнего фартинга на эту яхту. Я просто обязан выиграть гонки. Я весь в долгах, и мать в бешенстве. Она хочет вызвать из Европы Уильяма.

– О… – вырвалось у Хатфилда.

– Именно так обстоят дела. Я не могу допустить, чтобы Лэнгдон отбил у меня вдову. Мне нужно ее состояние. Я должен заткнуть рот своей матери.

– Здесь есть еще несколько богатых американок…

– Нет, – твердо проговорил Брекинридж. – Меня проклянут, если я женюсь на хорошенькой американочке. Мне нужна англичанка, которая будет соответствовать требованиям моей матери. Хорошо было бы, если бы моя женушка еще не открывала рта и закрывала глаза на то, что я буду делать с ее деньгами. Но, сами понимаете, все сразу получить невозможно.

– Если вы хотите, чтобы ваша супруга все время молчала, то лучше миссис Уитон вам никого не найти.

– Я тоже так думаю. Теперь осталось только устранить Лэнгдона. Я просто обязан выиграть гонки.

Хатфилд на мгновение задумался. Потом неторопливо достал носовой платок из кармана жилета и промокнул им свой лоб, покрытый крошечными капельками пота.

– Не волнуйтесь, Брекинридж. Теперь я здесь, и все пойдет как по маслу. Мы избавимся от него еще до начала гонок.

– Отлично, – прошептал Брекинридж. Хатфилд махнул рукой в сторону яхт-клуба:

– Что ж, теперь пойдемте, выпьем чего-нибудь. Становится по-настоящему жарко. А я поделюсь с вами своими идеями. Вы что предпочитаете из напитков?

Глава 11

Мартин пришвартовал «Орфея» у частного причала, спустился на пирс и привязал яхту. После этого он снова вернулся на борт и спустил паруса.

– Можете оставить пальто в каюте, – сказал Мартин Эвелин, когда она взяла его под руку. – На берегу будет гораздо теплее, чем здесь.

– Да, я, пожалуй, так и сделаю, – ответила она с улыбкой.

Сегодня Мартин увидел эту женщину совсем в другом свете. Она стояла на носу «Орфея», ветер трепал ей волосы, щеки порозовели от холодных брызг, а в ее глазах светилась неподдельная радость. Да, Эвелин была живой и такой искренней. Юбка то и дело раздувалась от ветра и хлопала по стройным ногам. Она совсем не походила на ту девушку, которая жила в его воспоминаниях. В тот момент, когда «Орфей» огибал остров с белыми скалами, что-то шевельнулось в его душе. Это было что-то светлое, радостное и не имело ничего общего ни с намерением самоутвердиться, ни с желанием получить ее в качестве приза. Что-то похожее он все-таки однажды испытал. Это было очень давно. В Америке…

Мартин запретил себе думать об этом. Не стоит возвращаться к прошлому. Нужно решать насущные проблемы. Вот сейчас, например, ему нужно спуститься в каюту и взять мешок с продуктами для пикника. Поднявшись снова на палубу, он сразу же отыскал глазами Эвелин. Она стояла у борта и ждала его. Мартин подошел к своей гостье и протянул ей руку.

Вместе они зашагали по пирсу к берегу. Прошли по узкой дорожке, потом сошли с нее и направились к большой пещере у самой воды. Ноги увязали в теплом мягком песке, и это ощущение было приятным и даже каким-то радостным. Эвелин чувствовала себя свободной, как птица, полной жизни.

Найдя подходящее место у входа в пещеру, они расстелили одеяло и поставили на него мешок с едой. Мартин опустился на колени и стал доставать и раскладывать на импровизированном столе приготовленные им съестные припасы.

– Я очень благодарна вам за все это, – сказала Эвелин и опустилась на одеяло рядом с Мартином.

– Не стоит. Все это мне самому доставляет удовольствие. – Он откупорил бутылку и передал ее Эвелин, посмотрев ей прямо в глаза. Она, немного поколебавшись, взяла бутылку из его рук.

– Вы хотите, чтобы я разлила по бокалам? – неуверенно спросила она.

На мгновение Мартин задумался. Ему придется сказать ей сейчас об этом. Как бы там ни было, положения не исправить.

– Я не взял с собой бокалов.

Ее взгляд скользнул на разложенные на одеяле продукты, на пустой мешок. Да, бокалов не было. Эвелин смутилась еще больше.

– Но как же тогда мы будем пить?

Мартин улыбнулся и жестом показал, что он собирается пить вино прямо из горлышка.

– Вы в своем уме? – спросила Эвелин.

Он продолжал улыбаться. Мартин не мог объяснить себе, почему он с таким удовольствием дразнил Эвелин.

– Вы никогда раньше не пили вино прямо из горлышка?

– Разумеется, нет.

Опершись на локоть, Мартин вытянулся на одеяле. Его глаза потеплели.

– Эвелин, мы, конечно, уже не на яхте. Но тем не менее наше путешествие продолжается. И здесь мы будем придерживаться установленных мною правил.

– Каких именно?

– Полное отсутствие таковых. Понятно?

Она посмотрела на бутылку.

– Я так не смогу.

– И почему же? Ведь нас здесь никто не видит.

Эвелин посмотрела куда-то вдаль, нахмурилась. Потом, вероятно, решив что-то для себя, поднесла горлышко бутылки к губам и закрыла глаза. Подняла бутылку вверх, сделала несколько торопливых глотков и тыльной стороной ладони размашисто вытерла губы.

Мартин запрокинул голову и рассмеялся:

– Вот это по-нашему!

Эвелин тоже засмеялась, хотя, по всей видимости, она еще не пришла в себя от собственной смелости.

– Лорд Мартин, вы плохо на меня влияете.

22
{"b":"18815","o":1}