ЛитМир - Электронная Библиотека

Это был конец третьего раунда и этого безнадежного одностороннего состязания. Кук, так же как и все на борту «Индевора», был потрясен случившимся за прошедшие сутки и понимал, что новые попытки высадиться на этом отрезке побережья только умножат число бессмысленных жертв. «Индевор» поднял якорь и отплыл прочь. С долей печали или горечи, или того и другого, Кук назвал это место Поверти-Бей (гавань Бедности) — «потому что нам не удалось добиться ничего из того, что мы хотели». Она и теперь так называется.

«Индевор» плыл на юг вокруг полуострова Майа в гавань Хоукс-Бей — Кук назвал ее так в честь первого лорда Адмиралтейства — большую неглубокую гавань примерно 60 миль в поперечнике. На северном конце гавани они встретили нескольких маори на лодках, которые были вежливы и достаточно дружелюбны, но на южном ее конце им попались враждебные маори. Одна лодка поплыла рядом, туземцы делали вид, что готовы к обмену; на самом деле они попытались похитить юного Тиату. Увы, подобно всем встреченным маори, они никогда не слышали о существовании огнестрельного оружия, и троим из них суждено было погибнуть в завязавшейся схватке за спасение подростка. Кук тут же назвал это место Кейп-Киднепперс (мыс Похищений), и команда продолжала свой путь.

Чем далее к югу они продвигались, тем менее вероятным им казалось, что они найдут какую-нибудь гавань. Кук пришел к заключению, что на всем протяжении этого побережья не найдется подходящей гавани (и он оказался прав), и решил вернуться на север. Место, с которого они повернули обратно, он окрестил Кейп-Тёрнэгейн (мыс Поверни Назад), что неудивительно.

Следует отметить, что все решения, подобные этому, принадлежали одному Куку. Он взял на себя всю тяжесть ответственности, и хотя его офицеры были в некоторых случаях раздосадованы его скрытностью, доверие к нему было абсолютным. Верно, что Кук время от времени проводил своего рода демократичные консультации со своей командой, но они созывались для того, чтобы капитан мог информировать всех о своем уже принятом решении. Был один случай, подлинность которого засвидетельствована: во время второго путешествия на корабле «Резольюшен» Кук запросил общего согласия на свое предложение. Когда настало время возвращаться в Англию, он предложил остаться еще на один год в Тихом океане и Антарктиде! Команда согласилась.

Они снова проплыли мимо Хоукс-Бей и Поверти-Бей и приплыли к небольшой защищенной бухте, где набрали воды. Маори здесь были дружелюбными и желали меняться. Через посредство Тупиа, у которого не было затруднений с языком маори, они узнали, что это место называется Толага-Бей, на этот раз Кук оставил это название. Банкс и ученые были в восторге, потому что здесь они нашли деревья, растения, цветы, птиц, животных и насекомых, совершенно неизвестных в других частях света.

Они продолжали продвигаться на север, затем повернули почти ровно на запад, повторяя береговую линию, и, когда обогнули мыс, снова встретили агрессивно настроенных маори на больших военных лодках. Куку пришлось приказать выстрелить ядром поверх их голов, и они с большой скоростью поплыли к берегу. Неминуемо мыс был назван Кейп-Ранэвей (мыс Легкой Победы).

Теперь они плыли вдоль берегов плодородного полумесяца земли, которая была поразительно хорошо обработана — настолько, что Кук наградил это место названием залив Пленти. В дальнем конце гавани они попали в подходящий залив, и капитан вынес астрономические инструменты на берег, чтобы наблюдать прохождение Меркурия. Залив, разумеется, получил название Меркури-Бей.

И так они продолжали свое плавание до самой северной точки Новой Зеландии, и Кук с легкостью давал названия всему, что видел. Взгляд на карту крупного масштаба заставляет думать, что он настолько увлекся этим занятием, что у него должно было оставаться мало времени для составления карты и штурманской работы.

Кук дал недолго отдохнуть своим матросам в бухте Островов, по общему мнению самой прекрасной в Новой Зеландии, затем снова отправился на север, чтобы обогнуть северный конец Новой Зеландии. Как он знал по записям в судовом журнале и навигационным определениям координат, которые Тасман сделал в предыдущем веке, он был не слишком далеко. И действительно, конец находился примерно в сотне миль, но Куку мешали плохая погода и встречные ветры, и неуклюже двигающийся «угольщик», печально известный как плохой ходок и в хорошую погоду, практически не продвигался. Вся команда ужасно мучилась. Для капитана было бы легко найти убежище в каком-нибудь подходящем заливе и подождать более благоприятного момента, но он не был бы самим собой, если бы не обладал особым качеством, которое делало его величайшим исследователем. Это твердая как алмаз решимость достигнуть поставленной цели, несгибаемая воля, которая не позволяла ему ни в коем случае отказаться от замысла, который он начал осуществлять.

И в день Рождества 1769 года («Все матросы были пьяны», — сообщал Банкс), после двух недель непрекращающейся схватки со штормовым ветром и постоянно бурным морем, Кук действительно достиг своей цели. Он узнал группу островов, известных как Три Короля, в последний раз увиденных Тасманом за век с четвертью до этого. Кук знал, что он прошел мимо северной оконечности Новой Зеландии и находился гораздо западнее ее самой северо-западной точки, мыса Марии ван Димен, как его назвал Тасман. Кук повернул «Индевор» к югу.

Западное побережье Северного острова было нанесено на карту Куком немного хуже, чем остальная часть страны. Это произошло по двум причинам: во-первых, он спешил — «Индевор» начал сильно течь: с того времени, как корабль покинул Таити, он перенес такую жестокую непогоду, что от швов начала отходить замазка, и теперь за судном тянулось так много морских водорослей, что требовалось их как можно быстрее счистить. Корабль необходимо было поскорее вытащить на какой-нибудь подходящий песчаный берег и перевернуть вверх килем, а в том, что поблизости такого берега не было, Кук был уверен. Во-вторых, они находились на подветренной стороне, и мощные западные ветры выталкивали «Индевор» на сушу. «Очень опасный берег», — лаконично отметил Кук и осторожно обошел его стороной, а в результате не заметил такие великолепные гавани, как Хокианга, Каипара и Манукау (где находится современный Окленд), а также Кауиа. (В дальнейшем Кук пройдет мимо очень важных гаваней, в том числе Сиднейской и Ванкуверской, — и все это, за исключением Сиднейской, по той причине, что корабль держался далеко от подветренного берега, либо потому, что плыл мимо этих мест ночью.)

11 января они увидели на горизонте покрытую снегом вершину горы высотой более 2000 м, которую капитан нарек горой Эгмонт. После этого береговая линия повернула на юго-восток, но вместо того, чтобы тоже повернуть вслед за ней, Кук поплыл прямо через вход в бухту, пока не достиг северного берега того, что ныне называется Южным островом. Затем он повернул на восток, проплыл мимо гавани Убийц (ныне Золотая Гавань), названной так в память о членах команды Тасмана, которые были убиты маори, когда попытались высадиться; затем мимо залива Тасмана и наконец нашел якорную стоянку, которая полностью подходила для его цели: небольшая бухта, почти полностью закрытая холмами и имеющая множество роскошных пляжей, идеально подходящих для килевания «Индевора». Это была самая прекрасная гавань, которую Кук нашел в Южных морях, и в дальнейшем он будет туда возвращаться несколько раз в год. Он дал ей название залив Королевы Шарлотты.

Пока его команда чистила и конопатила перевернутый килем вверх корабль, Кук отправился в горы. Он обладал невероятной способностью, столь сверхъестественной, что его можно было бы счесть ясновидящим: он был способен угадать, что находится с другой стороны возвышенности. Если он считал, что близко находится земля, то он угадал. Если он считал, что берег пойдет в определенном направлении, то так и было. Если он видел отдаленную землю и полагал, что она окажется островом, она оказывалась островом; если же он думал, что это часть более крупного массива суши, то почти наверняка так и было. Существовало много примеров споров между Куком и его офицерами по поводу того, что они увидят следующим или во что превратится вновь открытый участок земли при ближайшем рассмотрении, и не было случая, чтобы Кук ошибался. Должно быть, это очень раздражало его офицеров.

10
{"b":"18823","o":1}