ЛитМир - Электронная Библиотека

В это время позади, в коридоре, по которому он пришел сюда, раздалось торопливое топанье коротких ножек. Транд!

Ренкр размахнулся и изо всех сил ударил мечом по правому крылу дракона, в том месте, где соединялись несколько костей. Сустав переломился, и крыло обвисло, разбрызгивая во все стороны изумрудную кровь. Но Ахнн-Дер-Хамп уже не мог остановить прыжок, он стремился вон из пещеры, и Ренкр в последний момент, за миг до того, как дракон выпал из отверстия наружу, ухватился за шипы на спине чудовища и вскочил на него, чтобы отрубить шею. Оба поняли, что произошло, уже тогда, когда оказались в воздухе.

Где-то сзади послышались странные звуки, но бешеный рев дракона и свист ветра все заглушили. Теперь оставались только небо и земля, попеременно взмывающие и опадающие: небо — земля — небо — земля — небо…

Меч Ренкр отбросил, как только оказался в воздухе, а теперь еще и ножны оторвались и упали вниз — или вверх? Как быть дальше? Вдруг кто-то притронулся к его напряженному локтю, послышался далекий хриплый голос:

— Разожми руки!

Ренкр обернулся. Вцепившись в куртку мохнатыми коричневыми кулачками, Транд кричал, стараясь преодолеть шум яростного ветра:

— Разожми руки!!!

— Транд, не сходи с ума, мы же упадем!

— Мы и так падаем, болван! РАЗОЖМИ!..

— Но…

— РАЗОЖМИ РУКИ!!!

Никто, даже Панл в минуты самого сильного гнева, не кричал на Ренкра таким повелительным и неистовым голосом. Неудивительно, что пальцы сами собой отпустили изогнутые шипы, и Ренкр успел только подумать: «Ну вот, хоть полетаю напоследок».

Они отделились от дракона и, казалось, замерли в воздухе, в то время как Ахнн-Дер-Хамп продолжал булыжником низвергаться вниз — прямо на острые камни текущей под ними горной реки. Наверное, той самой, которую Ренкр видел прошлой ночью… Он обернулся к горгулю, чтобы спросить…

/Создатель, этого не может быть!!!/ /Конечно же, неправильный горгуль. И…/ /УШИ/ Транд висел над ним, крепко удерживая парня за плотную материю куртки. Оба уха были широко раскрыты и напряжены, они медленно, ритмично помахивали в воздухе, как крылья. Несколько мгновений долинщик и горгуль /неправильный горгуль/ висели в ярко-голубом утреннем небе, а потом Транд сложил уши и спикировал вниз. Ренкр чувствовал, как дрожит от чрезмерных усилий маленькое тельце спасителя, и мысленно умолял: «Дотяни. Еще немножко, Транд, еще немножко!»

В метре над землей горгуль не выдержал. Уши обвисли двумя мохнатыми тряпками, и Ренкр с Трандом рухнули в студеные воды реки.

Это произошло так неожиданно, что долинщик судорожно раскрыл рот и едва не захлебнулся. Потом все-таки успел вынырнуть, отфыркиваясь и пытаясь понять, где же Транд. Горгуль тем временем всплыл чуть ниже по течению, выбрался на берег и теперь шел в сторону огромного корявого валуна, лежавшего посередине реки. Ренкр присмотрелся внимательнее и понял, что принял за валун тело дракона. Поднявшись на ноги, он побрел по дну, омываемый достававшей ему до пояса водой.

Ахнн-Дер-Хамп выглядел ужасно. Его ребра и задние лапы оказались перебиты, позвоночник был переломан в тазовой области, а левое крыло бессильно свисало, подмятое под тело. Тем не менее дракон все еще был жив. Краем глаза он заметил Ренкра и повернул голову в его сторону, абсолютно игнорируя Транда. И начал говорить. Было видно, что каждое слово, сказанное им и сопровождаемое вытекающими из уголка пасти сгустками изумрудной крови, отбирало у Ахнн-Дер-Хампа последние крохи жизни. Но дракон все равно говорил.

— Ты таки жив, — прохрипел он, — ты таки жив, а значит, правда, что от судьбы не уйти. И не важно, называть ли ее судьбой, или предназначением, или роком, — все равно не уйти! Что же, так тому и быть. Я не в обиде. Пусть Создатель проявит милосердие и ты не увидишь гибели своего народа, как я не увижу гибели своего. В конце концов, все мы — лишь забавные игрушки в чьих-то руках! И как знать, может, ты еще пожалеешь о том, что выжил сегодня. Как знать… Но это — тоже судьба. Помни, воин, — судьба!..

— Голова дракона рухнула в воды реки.

— Я не забуду, — тихо произнес Ренкр.

Он знал, что Ахнн-Дер-Хамп умер, так что обещание это было обещанием самому себе — ну и что с того? Данное слово остается словом, как ни крути…

Транд, казалось, не слышал и не видел разговора своего долговязого приятеля с драконом. Усевшись на поросшем шелковистой травой берегу реки, горгуль принялся выжимать уши — тоненькие ручейки шумно лились на землю, стекая в стремительный горный поток. Ренкр тем временем выбрался из воды и скинул намокшую, изодранную одежду — не хватает только заболеть! Разложив куртку и штаны рядом, на берегу, он и сам растянулся на траве, порядком утомленный событиями прошедшей ночи. Неподалеку развернул уши, подставляя их лучам, неправильный горгуль. Оба молчали, отдыхали.

Утреннее солнышко вскоре нагрело облюбованный друзьями пятачок земли, а вместе с ним — и их продрогшие тела. Как-то сами собой закрылись глаза, и Ренкр уснул — легко и спокойно, ничего не опасаясь и никого не боясь.

К нему пришли сны. Сначала где-то в дальнем конце коридора, коридора с выгнутыми стенами из светящегося камня, где-то там, на узкой грани видения, возникла тень. Эта тень плыла к Ренкру, приближаясь быстро и неотвратимо, как Судьба, как злой Рок. Чем ближе она подходила, тем отчетливее парень осознавал, что встреча с ней не сулит ему ничего хорошего. Ренкр попытался бежать и с ужасом понял, что не может двинуться с места. Тогда он выхватил меч наставника (совсем не удивляясь тому, что клинок, оброненный при падении, снова с ним) и попытался занять оборонительную стойку, но скрежещущий шепот в его сознании ликующе провозгласил: «Нет! На этом лезвии — кровь драконов, а значит, клинок нечист. И тебе никогда не свершить…»

Внезапно голос оборвался на середине фразы — Ренкр так и не смог понять, о каких свершениях шла речь. Вместо коридора со зловещим силуэтом появилось лицо Транда — такое грустное, что парень искренне испугался за горгуля:

— К чему печалиться, если все закончилось хорошо?

— «Хорошо»? — переспросил Транд, и уши его, еще немного влажноватые, скорбно свернулись в трубочки. — «Закончилось»? — Горгуль отрицательно покачал головой и заглянул Ренкру в самые глаза: — Все только начинается — для тебя, по крайней мере. Но прости, мальчик, я не могу быть рядом с тобой на твоем пути. Моя цель — в другом, и я должен сейчас уйти. Когда ты проснешься, я буду уже далеко. Не пытайся искать меня — все равно не найдешь. Лучше иди по своей дороге и помни: мы еще встретимся. Я знаю это точно, ведь я неправильный горгуль, даже более неправильный, чем ты себе представлял до сих пор. Не отчаивайся. Помни и о том, что, когда падаешь, лучше раскрыть крылья, нежели продолжать цепляться за камень. До встречи. Будь осторожен, не простуди свои уши.

Лицо Транда вдруг исчезло. Ренкр невероятным усилием воли заставил себя осознать, что это не сон, — и проснуться.

Был полдень. Одежда долинщика давным-давно просохла; сам он был заботливо уложен на мягкую подушку из сорванных стеблей травы. Рядом блестела на солнце рукоять меча в ножнах, неизвестно каким образом здесь очутившегося. Туша дракона, нагретая все тем же солнцем, испускала запах, который портил воздух и побуждал немедленно покинуть берег реки. Транда нигде не было видно. Впрочем, ничего другого Ренкр и не ожидал. В первые же минуты после пробуждения он понял: привидевшийся сон — не совсем и сон. Каким-то образом горгуль ухитрился попрощаться с Ренкром, не разбудив его при этом и избавившись таким образом от множества нежелательных вопросов. «И как ему только удалось?» Ответа Ренкр не знал. Единственное, в чем он не сомневался, были необычайные способности неправильного горгуля. Сколько фокусов и приемов в запасе у маленького существа, неприметно жившего в Доме Молодых Героев? Зачем он полетел с Ренкром? Что делал в долине? Куда отправился теперь? И что, о Создатель, знал Транд о дальнейшем пути Ренкра?

19
{"b":"1890","o":1}