ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Не возьму-у-ут? — потянула девчонка. — Ну, это мы еще посмотрим!

Нежная нимфа превратилась в ехидную особу, абсолютно уверенную в своей силе и непобедимости.

Часть I Искандеровская кровь.

Глава 1 Ну уж что выросло, то выросло…

— Какая у вас резвая малышка!

— Не то слово!… Восемнадцать месяцев уже

не могу спать спокойно!

— Это не самое страшное… Главное, чтобы вы

спокойно спали, когда ей будет восемнадцать лет.

Из диалога молодой и опытной мамы.

Вечер выдался холодным и пасмурным. Несмотря на то, что весь день небо пухло серыми тучами, дождя так и не было. Но зато теперь в воздухе пахло какой-то сыростью и промозглостью, что никак не должно было соответствовать погоде последнего месяца весны. По всем приметам цветовец[Цветовец — последний месяц весны. ] должен выдаться жарким, но эта погода — издевательство над народной мудростью.

Так думал, наверное, каждый путник, которого нелегкая гнала по только что просохшим после паводков дорогам Такории к ее столице — Старьгороду. И, конечно, ни один из них не мог бы пройти мимо трактира с незатейливым названием «У трех братьев», окна которого так призывно и гостеприимно светились в вечерних сумерках.

Сам хозяин данного заведения, последний из тех трех братьев, что были упомянуты на вывеске, был такого же мнения, поэтому нисколько не удивлялся большему, чем обычно, количеству народа. Если день закончится без всяких проблем, то можно будет смело вывезти семью в Город на праздники — сегодня все потрудились на славу. Дверь в очередной раз скрипнула, впуская новых посетителей. Трактирщик поднял глаза от бочонка с пивом… и понял, что проблемы начались.

В дверях стояло двое парней, на которых, может, никто и не обратил бы внимание если бы не огромное количество разнообразного оружия. Обычные посетители столько никогда не таскают.

— Тесновато, — услышал трактирщик от одного.

— Ничего, если, что стены раздвинем! — хохотнул в ответ другой.

«Клиенты третьего вида, идущие под девизом: Гуляй душа, держите крепче стены! — определил хозяин заведения и, вздохнув, взглядом поискал под стойкой дубинку… На всякий случай.

Свояк, вспомнив о своих обязанностях, подошел и попросил оставить оружие при входе. Трактирщик напрягся, но новые посетители и не подумали буянить.

Тот, что был повыше… Да какое там «повыше»!!!.. В огромном детине было не меньше четырех с половиной локтей[Локоть — примерно 48 см] росту и, наверно, шесть пудов[Пуд — примерно 16 кг] живого весу. Он отдал два тяжелых тесака, нож с ножнами и лук с колчаном, полным стрел, после чего с вежливым оскалом поинтересовался: все ли будет в порядке с его вещами. Кузька судорожно икнул, а потом закивал. Трактирщик был уверен, что тот теперь глаз не отведет от имущества этого верзилы, и это к лучшему — не станет напиваться.

Когда посетитель вышел на свет, то хозяина слегка успокоил его внешний вид. «Лицо чересчур простодушное и открытое, не тянет на пьяницу-дебошира», — думал трактирщик, продолжая разглядывать новичков. Парню было от силы лет двадцать пять. Светлые волосы не по моде коротко стрижены, а челку сдерживал только кожаный ремешок, который шел через лоб и завязывался на затылке. «Это обычай ремесленников, — отмечал про себя трактирщик, — Но парень, безусловно, воин». Но хотя облик верзилы и был добродушен, однако тяжелый взгляд предупреждал: «Лучше закопайся сам!» Громила прошел еще вперед, и хозяин отчетливо услышал, как позвякивает посуда от тяжелых шагов.

— Ну, скоро ты?.. — окрикнул тот своего спутника, и его бас с легкостью перекрыл голоса остальных посетителей.

Второй парень был маленький и щупленький, ростом едва доходил своему товарищу до подбородка. У входа он так же оставил лук, колчан со стрелами, два кинжала в ножнах и набор метательных ножей. Внешность у него была простая и незапоминающаяся: смуглый, чернявый тип с наивно-туповатым выражением лица. Таких в Такории тысячи. Паренек стряхнул свой плащ и пошел к ожидавшему его приятелю. Хозяин трактира только языком прищелкнул, поражаясь его неопытности в путешествиях и видя, как оживился Венька Кривой. На поясе у чернявого висел толстый кошель.

Оба посетителя подошли к трактирщику и довольно вежливо поинтересовались:

— Папаша, «Вольница» да местечко какое-нибудь потише и понезаметнее есть? Только нам большой стол нужен.

Трактирщик кивнул и повел их к месту недалеко от стойки, чтобы все слышать и, как говорится, контролирешать ситуацию. На пути им попался Кривой, старательно разыгрывающий пьяного. Его болтало из стороны в сторону и особенно вело к парню с кошелем. Они столкнулись, чтобы через мгновение разойтись, причем Веньку почему-то закрутило вокруг себя, а парень, к немалому удивлению всех, по-прежнему был с кошельком.

— Хорошее местечко! — сказал он, радостно потирая руки и садясь за стол. — Давай, что ли, сбитня пока закажем? А то я замерз, а без остальных нехорошо начинать.

— Валяй, — кивнул громила, придвигая к столу еще стулья.

Трактирщик насчитал всего семь.

И вдруг раздался крик. Внезапно «протрезвевший» Кривой хлопал себя по одежде и перетряхивал своих дружков, крича, что у него пропал серебряный талисман.

— Верни, — строго сказал верзила заморышу.

— Еще чего?!.. — хохотнул тот.

— Торек, давай спокойно отдохнем, без мордобоя… Ну хотя бы вначале.

До трактирщика стал медленно доходить смысл сказанного. Кривого обокрал этот сопляк?!

— Уважаемый, — не поворачиваясь, с насмешкой крикнул «сопляк», — это не ваше?

Из его ладони, чуть звякнув цепочкой, вылетел талисман.

В трактире стало тихо. Венька, весь красный от гнева, подошел к тому и, задыхаясь, выдавил:

— Ты!.. Да я тебя, засранца!..

— Что, ты?!.. — развернулся парень к нему.

— Веня, — вмешался трактирщик, хмуро разглядывая чернявого, — иди, отдохни.

«Так и знал, что от этой парочки будут проблемы!»- думал трактирщик. Парень снял маску простака и вперился в Кривого таким взглядом, что не оставалось сомнений: в гильдию воров, а может и убийц, он делает взносы постоянно.

А парень меж тем нисколько не смутился разоблачению, беспечно закинул ногу на ногу и, вернув себе дурашливый облик, помахал перед носом своего товарища рукой.

— Пальчики!.. Помнят пальчики!

— Прекратил бы ты, а то поймают… Во позор-то всей братии будет! — нахмурился его друг.

— Елег, я же не для денег украл, а чтоб проучить… Ну, ты даешь!.. — воскликнул он, заметив недоуменный взгляд собеседника. — Ничего не заметил?! Он же хотел меня обокрасть, кошель хотел срезать! Кстати, актер неплохой, но рука тяжелая, далеко не пойдет. Если не завяжет, отправится на мраморные рудники.

— Знаток! — фыркнул в ответ товарищ, опять подзывая подавальщицу. — Красавица, нам бы мяска запеченного, рыбы, давай вот карася в сметане, ну картошки — это само собой и побольше. Так, пироги с капустой, солений там разных и «Вольницы»… Я так думаю, бутылки три для начала хватит.

Старшая дочь трактирщика осталась глуха ко всем комплиментам и, сухо кивнув, отправилась выполнять заказ.

— Да-а-а, до Кира тебе далеко, — поддел товарища Торек.

— Почему далеко? — шевельнул тот огромными плечищами. — Каких-то двадцать локтей.

Чернявый обернулся и махнул рукой двум новым посетителям. Трактирщик так увлекся этой колоритной парой, что не сразу заметил других. А стоило бы, тогда бы успел отослать всех баб-дурех, которые моментально приготовились крутить подолом.

Тот, кто наделал такой переполох, оставил лук и стрелы, а также изящный, но не менее от этого грозный, клинок эльфийского производства у свояка и, тряхнув роскошной темно-рыжей шевелюрой, скользящей походкой направился к столу, облюбованному странной парочкой. По пути этот стервец успел состроить глазки всем присутствующим бабам — от пятнадцатилетней племянницы до сорокалетней невестки, а эти курицы мгновенно распушили перышки. Будь у этих дур хвосты, они бы ими уже виляли. Ясное дело — не каждый же день сюда заходит потомок эльфов.

4
{"b":"189519","o":1}