ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Но Лили, забыв о вежливости, схватила его за рукав.

— Что в ней такого ужасного, в этой хартии, что из-за нее люди сходят с ума?

Во взгляде, который метнул на нее высокопоставленный вельможа, мелькнуло подобие страха.

Он сморщился, словно прикосновение Лили причинило ему боль, и стряхнул ее руку со своего рукава.

— Подумайте о том, стоит ли вам знать ответ на этот вопрос, мисс Лилит, — отчеканил он. — В этом мире есть секреты, в которые лучше не проникать. Порой знание становится для человека настоящим проклятием. Вспомните о том, что случилось с сержантом. — Лорд Рутвен упорно буравил Лили взглядом, в котором страх мешался с ледяной решимостью. — Поверьте мне, мисс Лилит, я предостерегаю вас ради вашего же блага. Возможно, в будущем настанет день, когда тайна, которую я скрываю сейчас, утратит свое грозное значение. Тогда вы получите ответ на вопрос, который вас так занимает. И поймете, какой трагический поворот могли бы принять события, если бы вам удалось поднять завесу тайны прежде времени. Уверен, вы поблагодарите меня за то, что я сумел уберечь вас от опрометчивого шага.

Не проронив более ни слова, лорд Рутвен решительно зашагал прочь. Создавалось впечатление, будто он не припустил бегом исключительно потому, что это уронило бы его достоинство.

Лили огляделась по сторонам. Зал суда почти опустел. Бенедикта, стоявшая у самых дверей, помахала ей рукой. В последние дни Бен немного воспрянула духом, в глазах ее снова заплясали живые искорки. Лили помахала ей в ответ. Процесс окончился. Настало время возвращаться к ежедневным хлопотам и обязанностям. Рядом с Бен Лили заметила супругов Созино, и в душе ее поднялась горячая волна благодарности. Знаменитые музыканты использовали все свое влияние для того, чтобы Дом милосердия возобновил работу как можно быстрее.

А потом она увидала еще одного человека. Человека, с которым ей непременно надо было поговорить. Заметив, что он собирается выскользнуть в дверь, она кинулась к нему со всех ног.

— Марк! — окликнула Лили.

Он повернулся к ней, и глаза его затравленно забегали. Неловко потупившись и сунув руки в карманы, он приблизился к Лили.

— Спасибо, что ничего не сказала, — смущенно пробормотал он. — Я имею в виду, обо мне.

— Это уже не имеет значения, — ответила Лили, тоже охваченная приступом неловкости.

Она сама не понимала, как ей теперь относиться к Марку. В определенном смысле он оказался прав: в смерти Глории не было его вины. И все же он совершил предательство. Ведь Дом милосердия был закрыт благодаря его усилиям.

— Как бы то ни было, я очень тебе признателен, — повторил Марк, стараясь говорить равнодушно и даже грубовато. — У тебя не было причины меня щадить.

— Верно, — кивнула Лили, пристально глядя на него. — Но каждый человек заслуживает, чтобы ему дали шанс исправить свою вину.

Марк растерянно отвел взгляд, уставившись на дверь. Лили не сомневалась, он не пропустил ни слова из ее речи. Когда она говорила, она обращалась прежде всего к нему. О, если бы он извинился перед ней, с какой радостью она простила бы его! Нет-нет, сейчас не время выяснять отношения, сказала себе Лили. Ей надо сообщить Марку нечто важное.

— Марк, будь осторожен, — произнесла она, понизив голос. — Полдрон одержим ненавистью не только ко мне. Тебя он ненавидит тоже.

Марк подскочил как ужаленный.

— Меня? Но за что… Я думал… он ненавидит ваш Дом милосердия… но я не имею к этой ночлежке никакого отношения…

— Дом милосердия тут ни при чем, — отрезала Лили и оглянулась, проверяя, нет ли поблизости контролеров. — В городе действует некое общество Весов, и у них есть… какой-то таинственный документ. Полдрон уверен, этот документ как-то связан с нами. Со мной и с тобой.

Лили беспомощно взмахнула руками, сознавая, что не может сообщить Марку ничего определенного. К великому сожалению, у нее не сохранились даже обгорелые фрагменты хартии. Она схватила Марка за рукав и заглянула ему прямо в глаза.

— Прошу тебя, будь осторожен, — повторила она. — Пока я знаю лишь одно — тут замешаны серьезные силы. Поэтому мы должны действовать заодно. Если мне удастся узнать больше, я тебе сообщу. А ты… ты попытаешься докопаться до правды?

В глазах Марка мелькнули испуг и растерянность, однако он кивнул головой в знак согласия.

— Попытаюсь, — шепнул он одними губами. — Хотя… все это так непонятно.

Лили выпустила его руку, и он устремился к дверям. До Лили донесся голос Бенедикты, окликавшей ее по имени. Надо было возвращаться в Дом милосердия, к людям, которые ожидали их забот.

Но Лили не двигалась с места. Она провожала глазами Марка, всем сердцем желая, чтобы он обернулся.

И он внял ее желанию. Взгляды, которыми они обменялись на прощание, нельзя было назвать дружескими — трещина, разделившая их после злополучного бала, еще не заросла. Но Лили ощутила, что они больше не враги.

На душе у нее сразу стало светлее.

Интерлюдия третья

Вино, разлитое в три бокала, было темным и маслянистым. Оно не искрилось и не отражало света.

— Присоединяйтесь к нам, мисс Рита. Поднимем тост.

Это был не приказ. Директору не требовалось отдавать приказы. Мисс Рита осторожно взяла стоявший на столе бокал и поднесла к губам. На вкус вино оказалось кислым и терпким, но она не позволила себе сморщиться. Директор поднес свой бокал к пламени свечи, так, что внутри вспыхнуло мрачное сияние. Третий пригубил вино беззвучно. Мисс Рита передернула плечами. Ей хотелось, чтобы он произвел хоть какой-нибудь звук.

— Старое доброе вино, мисс Рита, — сообщил Директор, и его тонкие губы тронула едва заметная улыбка. — Оно хранилось в наших погребах со дня основания города. Вы в состоянии представить, сколько лет пролетело с той поры?

В ответ мисс Рита лишь поджала губы и вновь посмотрела на третьего. Поймав ее взгляд, он улыбнулся. Он тоже знал, что Директор имеет обыкновение задавать вопросы, не ожидая ответов на них.

Директор поставил свой бокал на стол, так и не отпив из него.

— К сожалению, пить это вино уже невозможно, — изрек он. — Вина стареют быстрее, чем города. Тем не менее я уверен, основатели нашего города предполагали, что мы непременно разопьем бутылку этого вина, вступив в завершающую стадию их великолепного проекта. Все готово, мисс Рита?

— Да, сэр. Последние приготовления завершены.

Директор слегка коснулся губ пальцем.

— Вам хорошо известна роль, которую вам предстоит сыграть, — повернулся он к третьему. — Надеюсь, вы тоже готовы в полной мере выполнить наше соглашение?

— Я сделаю это с великим удовольствием, сэр, — кивнул третий.

— Не сомневаюсь. Но будьте осмотрительны. Всякого рода досадные случайности были бы… крайне нежелательны на этой стадии.

Директор нахмурился, и на лице его заиграли тени.

— Рутвен спит и видит, как бы стать хозяином этого кабинета. Его приверженцы, разумеется, недовольны происходящим. Они уже объявили уничтожение одной из копий Полночной хартии дурным предзнаменованием.

На несколько мгновений в воздухе повисла тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов, затерявшихся в сумрачных просторах кабинета. Мисс Рита поднесла руку ко рту и откашлялась. Директор бросил на нее понимающий взгляд.

— Да, мисс Рита, вы правы, вас ждут дела. Прошу, оставьте нас. — Директор повернулся к третьему. — Нам необходимо кое-что обсудить.

— Разумеется, сэр, — кивнула мисс Рита.

Она была только рада возможности вернуться в свой собственный кабинет, где все казалось таким знакомым и понятным. Мисс Рита привыкла хранить секреты, но секретов было так много, что порой она изнемогала под их грузом.

Дверь за ней закрылась. Директор вновь повернулся к третьему.

— Время настало, Снутворт. Теперь многое зависит от вас.

Снутворт улыбнулся и опустил на стол пустой бокал.

21

Арест

Марк пил чай, стараясь держаться как можно более элегантно и непринужденно.

69
{"b":"190112","o":1}