ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Кегельбан в подвале! Такого я еще не видел. Вигано, в сером тренировочном костюме, кроссовках, с белым полотенцем на шее, сидел на круговой кожаной кушетке и пил пиво из высокого бокала. Рядом на столике торчала открытая бутылка.

В дальнем конце дорожки широкоплечий мужчина в черном костюме расставлял кегли. Мои сопровождающие остались у дверей, я подошел к кушетке. Несколько секунд Вигано разглядывал меня, затем кивнул.

— Садись, — не пригласил, а скорее приказал он.

Я сел напротив Вигано.

— Ты в парике, — сказал он.

— Ясно, что в парике, — ответил я. — За вашими гостями следят. Я не хочу, чтобы меня узнали.

Он кивнул.

— Усы тоже фальшивые?

— Конечно.

— Они смотрятся лучше, чем парик, — он отхлебнул пива. — Ты полицейский, так, что ли?

— Детектив третьей категории.

Вигано вылил в бокал остатки пива из бутылки.

— Мне сказали, что при тебе нет документов. Ни удостоверения, ни водительских прав, ничего.

— По-моему, вам не следует знать, кто я такой.

Он снова кивнул.

— Ты хочешь что-то предложить мне.

— Да, продать вам кое-что.

Он нахмурился.

— Продать?

— За два миллиона долларов.

Вигано, кажется, стоило большого труда не захохотать.

— И что же ты хочешь продать?

— То, что вы захотите купить.

— Это вообще какая-то чушь. — Он начинал сердиться.

— Вам же случается покупать те или иные вещи, — ответил я. — У меня есть приятель, тоже полицейский. В нашей форме мы можем пройти куда угодно и получить все, что захотим. Скажите, за что вы могли бы заплатить два миллиона, и мы достанем то, что вам нужно.

Вигано покачал головой.

— Вы сами это придумали?

— Естественно, — кивнул я. — Если вы скажете мне, что вам нужно, вряд ли это повредит вам. Ваши парни обыскали меня, мои карманы пусты, я нигде не прячу диктофон. Разумеется, я не собираюсь открыто привезти к вам наш «улов» и тут же получить два миллиона наличными. Нам придется отдельно оговорить способ такого обмена, принять определенные меры предосторожности, найти посредников, место передачи, чтобы не привлекать лишнего внимания.

Вигано пристально посмотрел на меня.

— Ты надеешься каким-то способом получить все, что я захочу?

— Если вы заплатите за это два миллиона. И все-таки лишь то, что мы сможем раздобыть. Я не собираюсь, например, доставить вам самолет.

— У меня есть самолет.

Вигано наклонился к кеглям. Я чувствовал, что он сказал еще не все, но понимал, что сейчас лучше помолчать. Он, безусловно, понимал, что в любом случае ничего не теряет. Если даже я псих или дурак, ему это ничем не грозит. Я задал вопрос, и ответ нс заставил себя долго ждать.

Вигано вновь повернулся ко мне.

— Ценные бумаги. Государственные облигации. На предъявителя.

— Вы имеете в виду Уолл-стрит?

— Да. Ты знаешь там кого-нибудь?

Я рассчитывал, что мы сможем остаться на территории нашего участка.

— Нет, — ответил я. — Разве это имеет значение?

Вигано пожал плечами.

— Мы изменим номера, — сказал он. — Только не приноси мне именные бумаги.

— Что?

Он тяжело вздохнул.

— Если в облигации указано имя владельца, она меня не интересует. Требуются мне только те, на которых написано: «На предъявителя».

— Вы говорите о государственных облигациях?

— Точно. О них и о любых других, выписанных на предъявителя.

Честно говоря, раньше я никогда не слыхал о существовании таких облигаций.

— Вы хотите сказать, что это другой вид денег?

Вигано хмыкнул.

— Это и есть деньги.

Я все понял.

— Деньги богатых людей?

Лицо Вигано расплылось в широкой улыбке. Стало ясно, что мы поладим.

— Правильно мыслишь… Деньги богатых людей.

— И вы купите их у нас?

— По двадцать центов за доллар.

Меня это удивило.

— Мы получим всего лишь пятую часть?

— Я даю вам хорошую цену. Только потому, что покупаю оптом. Обычно платят по десять центов за доллар.

— Если эти облигации на предъявителя, почему я не могу продать их сам?

— Они пронумерованы, и ты не знаешь, как менять номера серий. И кому, к примеру, ты их можешь предложить?

Тут он был прав на все сто процентов.

— Хорошо, — кивнул я. — Значит, мы должны раздобыть для вас облигации на десять миллионов, чтобы получить за них два миллиона наличными.

— Только крупные облигации не тащи. Не больше ста тысяч!

— А бывают больше?

— Облигации казначейства США доходят до миллиона. Но их невозможно сбыть.

— Миллион монет в одной бумажке… — Цифра произвела на меня впечатление.

— Бери только мелкие облигации, — продолжал он. — На двадцать, пятьдесят, в крайнем случае на сто тысяч.

Назвать сто тысяч долларов мелочью! Я понял, что попал в другой мир.

— Тебе все ясно? — Вигано не сводил с меня тяжелого взгляда.

— Да, — ответил я. — Облигации на предъявителя, не больше ста тысяч каждая.

— Точно.

— Теперь об оплате…

— Сначала достань товар.

— Дайте мне телефонный номер, который не прослушивается ФБР.

— Лучше дай мне свой номер.

Я покачал головой.

— Ни в коем случае. Я уже говорил, что не желаю, чтобы вы знали, кто я такой. Кроме того, моей жене о моих делах тоже ничего не известно.

В его глазах мелькнуло удивление.

— Твоей жене… — Он расхохотался. — Теперь я верю, что ты говоришь серьезно. — Улыбка сползла с его лица. Он взял со стола блокнот и протянул мне вместе с ручкой. — Записывай номер.

Этот человек не оставлял никаких улик. Даже телефонный номер, написанный собственным почерком.

— Шесть, девять, один, девять, девять, семь, ноль. — Я записал. — Спросишь Артура. Тебе ответят, что его нет. Оставь свой номер, чтобы Артур мог перезвонить тебе. Если в течение пятнадцати минут звонка не будет, значит, меня не нашли. Тогда позвонишь позже. Ясно?

Я кивнул.

— Когда будешь звонить, назовись мистером Коппом[7].

Я улыбнулся.

— Это легко запомнить.

— Но не беспокой меня вопросами. Или ты идешь на дело, или я тебя не знаю. Если ты возьмешь десять миллионов на Уолл-стрите, газеты об этом безусловно сообщат, и я получу информацию. В любом другом случае твой звонок останется без ответа.

— Естественно, — сказал я. — Все будет в порядке.

— Считай, что мы обо всем договорились. — Он взял бокал с пивом, давая понять, что аудиенция окончена.

— Я позвоню вам, — сказал я, поднимаясь с кушетки.

Он пожал плечами. Слова его не интересовали.

— Вот и хорошо.

ВИГАНО

Едва за гостем закрылась дверь, Вигано нажал на кнопку в ножке стола.

Ожидая Марти, он раздумывал над только что закончившимся разговором. Говорил ли этот парень серьезно? В это трудно поверить, но, с другой стороны, была ли у него другая причина для приезда сюда? Ни полиция, ни ФБР, ни его конкуренты не могли извлечь из этого визита никакой выгоды.

В конце концов, он не услышит о ночном госте до тех пор, пока из Уолл-стрита не вытрясут десяток миллионов. Ни газеты, ни телевидение не упустят случая попотчевать читателей и зрителей такой сенсацией. К тому же у него имелись свои, достаточно надежные источники информации.

Но допустим, он говорил серьезно. Сможет ли он провернуть это дело и выйти сухим из воды? Скорей всего сгорит…

Если этот загадочный полицейский не решится на ограбление, он, Вигано, ничего не потеряет. Если же достанет облигации — может кое-что и выиграть.

Редко кому удавалось оказаться в столь выгодном положении.

В этот момент вошел Марти.

— Вы меня звали, мистер Вигано?

— Я хочу знать фамилию и адрес этого парня. И где он служит.

— Слушаю, сэр, — и Марти скрылся за дверью.

ДЖО

Мы с Томом хорошо понимали, что в случае удачи нашего дела мафия нас не выпустит. И скорей всего сразу после разговора с Томом (если эта беседа состоится) Вигано пошлет за ним своих людей. Поэтому первым делом следовало позаботиться о том, чтобы отрезать Тома от преследователей.

вернуться

7

Игра слов «коп» на американском жаргоне — «полицейский» (Прим пер)

76
{"b":"190204","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Темза. Священная река
Удивительное путешествие доктора Дулиттла
Живи легко!
Приключение с русалками
Мама устала. Как перестать «все успевать» и сделать самое главное
Тринадцатая сказка
Средневековье крупным планом
Мертвый месяц
Жлобология. Откуда берутся деньги и почему не у меня