ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Каково? Ну и дрянь погода, — крикнул кто-то.

Подняв глаза, Шанто узнал священника — аббата Ортера, коренастого человека, похожего на крестьянина; пятьдесят прожитых лет не выбелили его рыжих волос. Перед церковью, на территории кладбища, священник развел огород; он стоял, рассматривая первые побеги салата, зажав полы сутаны между ног, чтобы ветер не поднял ее ему на голову. Шанто, стоявший против ветра, не мог говорить, его бы не услышали, он только махнул рукой в виде приветствия.

— Люди не зря убирают лодки, — продолжал священник, крича во все горло. — Часам к десяти они запляшут.

И так как порыв ветра действительно поднял сутану и она накрыла аббата с головой, он спрятался за церковь.

Шанто отвернулся и наклонился вперед, чтобы защититься от ветра и от дождя, хлеставшего ему в лицо, он оглядел свой сад, размываемый морем, и кирпичный трехэтажный дом с пятью окнами; «Хотя ставни закреплены крючками, буря того и гляди их сорвет», — подумал он. Когда ветер утих, он снова стал смотреть на дорогу, но тут вернулась Вероника и всплеснула руками.

— Как, вы все-таки вышли?.. Сейчас же ступайте в дом, сударь!

Она догнала его в коридоре и стала журить, как провинившегося ребенка. Ведь завтра, когда ему будет худо, не кому-нибудь, а ей придется нянчиться с ним.

— Никого не видно? — спросил он покорным тоном.

— Никого… Верно, госпожа где-нибудь укрылась от дождя.

Он не посмел сказать ей, что нужно было пойти дальше. Теперь его больше всего беспокоило отсутствие сына.

— А внизу, в поселке, переполох, — сказала Вероника. — Им страшно теперь там оставаться… Еще в сентябре дом Кюша дал трещину снизу доверху, а Пруан, который полез звонить к вечерне, клянется, что завтра эта лачуга и вовсе рухнет.

Но в эту минуту высокий молодой человек лет девятнадцати, перемахнув через три ступеньки, вскочил на крыльцо. У него был большой лоб, очень светлые глаза, мягкий пушок каштановой бородки обрамлял его продолговатое лицо.

— А, слава богу! Вот и Лазар, — со вздохом облегчения воскликнул Шанто. — Как ты вымок, бедный мальчик!

Молодой человек повесил в передней насквозь промокший плащ.

— Ну что? — снова спросил отец.

— Никого! — ответил Лазар. — Я дошел до Вершмона, укрылся под навесом трактира и следил за дорогой, это сплошной поток грязи. Их все еще нет! Боялся, что ты будешь беспокоиться, и вернулся.

В августе Лазар окончил лицей в Кане, получил степень бакалавра и вот уже восемь месяцев слонялся без дела, так и не решив, какую избрать профессию; он увлекался лишь музыкой, что приводило в отчаяние его мать. Она уехала огорченная, ибо сын отказался сопровождать ее в Париж, где она надеялась подыскать для него какое-нибудь место. Все это вызывало в доме разлад и ожесточенность, которую обостряли мелкие трения совместной жизни.

— Теперь я тебя предупредил и попробую дойти до Арроманша, — сказал молодой человек.

— Нет, нет, уже темнеет! — воскликнул Шанто. — Не может быть, чтобы мать не подала нам весточки. Я жду телеграммы… Погоди, кажется, едут.

Вероника отворила дверь.

— Это кабриолет доктора Казенова, — сообщила она. — Разве вы ждете его, сударь?.. Ах, боже! Да ведь это госпожа!

Собрание сочинений. Т. 9.  - i_037.png
Все бросились на крыльцо. Огромный пес, помесь ньюфаундленда с сенбернаром, дремавший в уголке передней, с громким лаем выскочил на улицу. Услышав шум, беленькая изящная кошечка показалась на пороге, но при виде грязного двора она брезгливо вильнула хвостиком, аккуратно уселась на верхней ступеньке и стала наблюдать.

Дама лет пятидесяти с легкостью молодой девушки выскочила из кабриолета. Она была небольшого роста, худощавая, с совсем еще черными волосами и довольно приятным лицом, которое портил большой нос, изобличавший честолюбие. Пес подпрыгнул и положил лапы на плечи хозяйки, пытаясь лизнуть ее в лицо; она рассердилась:

— Отстань, Матье, отпусти меня!.. Вот грубое животное! Будет этому конец?

Лазар выбежал во двор вместе с собакой, крича на ходу:

— Все благополучно, мама?

— Да, да, — ответила г-жа Шанто.

— Боже, а мы так беспокоились, — сказал Шанто, следуя за сыном несмотря на ветер. — Что с вами случилось?

— О, все время какие-нибудь помехи, — ответила она. — Во-первых, такая ужасная дорога, что нам пришлось два часа тащиться до Байе. Затем в Арроманше одна из лошадей Маливуара повредила себе ногу, а другой упряжки у него не нашлось; я уж думала, что придется заночевать там… И вот доктор был так любезен, что дал нам свой экипаж. А добряк Мартен довез нас до дому…

Собрание сочинений. Т. 9.  - i_038.png
Кучер, пожилой человек с деревянной ногой, бывший матрос, которого когда-то оперировал и потом оставил у себя в услужении флотский врач Казенов, начал привязывать лошадь. Г-жа Шанто, не договорив, обратилась к Мартену:

— Помогите же девочке сойти.

Никто не вспомнил о ребенке. Верх экипажа был низко спущен, и была видна лишь траурная юбка и маленькие руки в черных перчатках. Впрочем, девочка не ждала помощи кучера и тоже легко прыгнула на землю. Яростный ветер раздувал ее одежду, пряди каштановых волос выбивались из-под крепа шляпы. Она казалась довольно крупной для своих десяти лет; пухлые губы, круглое лицо без единой кровинки, как и положено парижскому ребенку, выросшему в комнате прилавке. Все смотрели на нее. Вероника, которая вышла, чтобы приветствовать хозяйку, остановилась в сторонке, холодно и ревниво глядя на девочку. Но Матье не последовал примеру служанки: он порывисто бросился к гостье и стал облизывать языком ее лицо.

— Не бойся, — крикнула г-жа Шанто, — он не злой.

— О, я совсем не боюсь, — тихо ответила Полина. — Я очень люблю собак.

Действительно, она совершенно спокойно принимала бурные ласки Матье. Ее печальное серьезное личико осветилось улыбкой, и она поцеловала собаку прямо в морду.

— А разве людей тебе не хочется поцеловать? — спросила г-жа Шанто. — Вот твой дядя, коли уж ты зовешь меня тетей… А это твой кузен, изрядный шалопай, он гораздо легкомысленнее тебя.

Девочка, не испытывая и тени смущения, расцеловала всех по очереди. У этой любезной маленькой парижанки, уже приученной к обходительности, нашлось словечко для каждого.

— Очень благодарна вам, дядюшка, что вы приютили меня… Вот увидите, кузен, мы с вами будем друзьями…

— А ведь она очень мила, — восхищенно воскликнул Шанто.

Лазар с изумлением глядел на нее, так как он воображал себе ее совсем маленькой, глупой и застенчивой девчонкой.

— Да, да, очень мила, — поддержала его жена. — И до чего смелая, вы даже не представляете!.. Когда мы ехали в экипаже, ветер дул прямо в лицо, брызги дождя ослепляли нас. Верх экипажа надувался как парус, мне все время казалось, что он вот-вот лопнет. А она только смеялась, это забавляло ее… Но почему мы не идем в дом? Незачем здесь мокнуть, опять начинается дождь.

Она обернулась, ища глазами Веронику. Увидев, что та стоит в стороне с сердитым лицом, г-жа Шанто насмешливо обратилась к ней:

— Здравствуй, милая, как поживаешь?.. Тебе, видно, не терпится узнать, как я съездила, но сходи-ка сперва за бутылочкой, угости Мартена… Мы не смогли захватить с собой чемоданы, завтра рано утром Маливуар доставит их… — Вдруг она спохватилась и в испуге бросилась к экипажу. — Моя сумка!.. Я боялась, уж не вывалилась ли она по дороге.

Это был большой саквояж из черной кожи, стершийся по краям от времени; г-жа Шанто ни за что не хотела доверить его сыну. Наконец все направились к дому, но вдруг снова налетел шквал, от которого перехватывало дыхание, — пришлось остановиться у самой двери. Кошка, сидя на крыльце, с любопытством наблюдала, как люди борются с ветром. Г-жа Шанто спросила, хорошо ли вела себя Минуш в ее отсутствие. При имени Минуш по серьезному личику Полины снова скользнула улыбка. Девочка нагнулась и погладила кошку, которая, подняв хвост трубой, стала тереться об ее юбку. Видя, что вся семья взошла на крыльцо и укрылась в передней, Матье снова принялся яростно лаять, оповещая о возвращении хозяев в дом.

109
{"b":"190205","o":1}