ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Насекомьи конечности Эрмионы отсоединились от висков человека. Она подняла руки, изящно потянувшись, слезла с жертвы и тут же переместилась на соседнюю койку, где лежала женщина.

— Один есть, осталось пятьсот девяносто девять, — улыбнулась Ребекка-два.

Глава 7

— Из каждого такого яйца, — продолжал Эдди, — появляется больше трёх десятков стигийцев. Они проходят через стадию личинки, питаясь живой плотью человека-хозяина. А когда от его тела ничего не остаётся, они вырываются наружу и…

— Вырываются? — переспросил Уилл, уже порядком позеленевший.

— Да, прорывают кожу и выползают наружу искать новые источники пищи. В эти дни им необходимо обильно питаться свежим мясом, чтобы полностью развиться. Затем, получив достаточное количество белка, они окукливаются. Через одну-две недели они вылупляются, и вот вам новенькая армия.

Дрейк недоверчиво нахмурился.

— Ты говоришь, что так появляются стигийцы. Что это значит?

— Стигийцы. Такие, как я, как Граничники, — ответил Эдди.

Ренегат нахмурился ещё больше.

— За две недели? Но как взрослый организм может сформироваться всего за несколько недель? Объясни.

— Они обладают умственными способностями взрослого стигийца-мужчины, однако лишены эмоций. Они им и не требуются: такие стигийцы создаются с одной-единственной целью — убивать. И они безупречно с этим справляются, потому что сами не боятся смерти. У нас их называют Воителями. Они будут методично истреблять верхоземское население любым оружием, какое будет в их распоряжении, до тех пор пока им не прикажут остановиться. Или пока они всех не уничтожат.

В машине повисло ошеломлённое молчание, которое лишь через несколько минут нарушил Уилл.

— Они как осы-наездники, — потрясённо прошептал он. Парень, казалось, побледнел, если только это было возможно при его бесцветной коже. — Я как-то видел про них передачу по телевизору. Они откладывают яйца в живое существо, а потом из них вылупляются и…

— Всё не так просто, — перебил Дрейк, поворачиваясь к Уиллу. — Помнишь, как мы последний раз были в Хайфилде вместе с твоим отцом? Когда он ещё хотел посмотреть на Селию с крыши?

— Конечно помню, — ответил Уилл. — На площади Мартино.

— Так вот, я тогда довольно подробно распространялся о том, насколько стигийцы по своему образу действий похожи на вирусы. Я даже не догадывался, что окажусь так близко к истине. — Ренегат развернулся к Эдди. — Полагаю, что когда личинки растут в теле хозяина, они не только поглощают белки из его организма, но и ассимилируют в своем геноме часть его ДНК. Я прав? И именно поэтому современные стигийцы по своей физиологии так близки к нам?

Эдди кивнул.

— Наши учёные считают, что первая Фаза состоялась в доисторическую эпоху и в конечном счёте привела к вымиранию динозавров. Разумеется, в те времена мы не были гуманоидами. По мнению учёных, сходство с человеком мы приобрели после второй Фазы, при неандертальцах.

Уилл едва слышно ахнул.

— Погоди… это уже что-то из области фантастики, — воскликнул Дрейк. — Чем ты докажешь, что всё это правда, Эдди? Откуда мне знать, что ты это не выдумал? — недоверчиво, но без агрессии спросил он, как будто прежде всего пытался осознать услышанное. — Выходит, мы должны полагаться только на твои ело…

Эдди запустил руку внутрь своей куртки. Во мгновение ока Дрейк выхватил пистолет и наставил его на стигийца.

— Ты же знаешь, я не вооружён, — напомнил Эдди, не шелохнувшись. — Просто хочу тебе кое-что показать.

— Показывай, — согласился ренегат, не опуская оружия.

Стигиец медленно вытащил из внутреннего кармана книгу в потёртом, растрескавшемся переплёте.

— «Книга Катастроф»? — выдохнул Уилл, разглядывая светло-коричневатый пергамент обложки.

— Нет, она намного более древняя, — ответил Эдди. — С пятнадцатого века сохранилось всего несколько экземпляров. Её ни разу не видели глаза колониста, и вряд ли хоть одна найдётся выше травы. Этот экземпляр для меня тайком вынесли из Цитадели.

Дрейк убрал пистолет и пожал плечами.

— И что же это?

— Ну… — Эдди на секунду задумался. — По-стигийски её название означает «многие происходят из одного». В вашем языке трудно найти подходящее слово… пожалуй, «порождение», нет, скорее «отпрыск». — Он обвёл пальцем перевёрнутый треугольник, вытисненный на переплёте. — Да, «Книга отпрысков», — подытожил он свои размышления и показал обложку Уиллу и Дрейку. — Между прочим, это кожа. Точнее, не простая кожа. Человеческая.

— Та-ак, — нахмурился Дрейк. — Пожалуй, это сразу задаёт определённый тон.

Эдди раскрыл книгу и стал аккуратно листать. Страницы шелестели словно сухие листья. — О, вот оно, — сказал он наконец и повернул книгу так, чтобы Уилл и Дрейк увидели иллюстрацию — грубовато выполненную гравюру.

Она изображала лежащего навзничь человека с раздувшимся изуродованным телом, над которым нависало узкое женское лицо. Её фигура была полускрыта в тени и едва различима.

Уилл прищурился, рассматривая картинку.

— У неё как будто крылья за спиной… это, наверное, те самые щупальца, о которых вы говорили, — предположил он.

— Верно. — Эдди развернул книгу обратно к себе и взглянул на убористый рукописный текст. — Это хроника нашей последней Фазы. Здесь описано, что произошло в середине пятнадцатого века в Румынии, — объяснил он Уиллу и Дрейку. — Это было во времена правления князя Валашского, который прославился безжалостным истреблением…

Уилл не удержался и вставил:

— Влад… как его… мне папа рассказывал. Вы ведь говорите про Влада Колосажателя, так?

— Именно о нём, — подтвердил Эдди. — Легенды и домыслы, окружавшие его персону, породили невероятные вампирские истории и фильмы, которые сейчас так популярны у вас. Но на самом деле всё было совсем иначе… на самом деле этот миф обязан своим появлением нашей Фазе. Видите ли, князь предложил нам защиту в обмен на то, что мы уничтожим его давних противников, бояр. Со своей стороны он должен был предоставить нам надёжное, тихое место, чтобы провести Фазу, и снабжать нас свежими телами.

— Наверняка он вам всё обеспечил. Папа рассказывал, что он убил тысячи людей, жарил их заживо, сдирал с них кожу, отрубал руки и ноги… — припомнил Уилл. — А ещё он любил насаживать головы убитых на колья.

— Это был лишь способ отвлечь внимание от наших замыслов, — сказал Эдди. — В действительности князь отличался мягким характером и был просвещённым для своего времени человеком.

Дрейк ещё сильнее нахмурился.

— Погоди-ка. Я что-то не понимаю. Если Фаза была в пятнадцатом веке… то… что произошло? Мы до сих пор живы, в рабство нас не обратили. Так что же пошло не так?

— Князь предал нас, — объяснил стигиец. — Его священнослужители убедили его, что мы — богопротивные создания, которым следует помешать. И тогда он приказал своим рыцарям напасть на катакомбы дворца, где проходила Фаза. Едва вылупившиеся Воители были ещё личинками или куколками, так что рыцари, не встретив никакого сопротивления, перерезали их и сожгли останки. Лишь наши женщины попытались дать им отпор, но в конце концов рыцари загнали их в тупик и перебили. — На лице Эдди мелькнула тень улыбки, когда он добавил: — Так что Влад по прозвищу Колосажатель должен был бы остаться в истории не жестоким деспотом, а одним из величайших героев. Ведь он спас всё человечество.

Дрейк, переплетя пальцы, обдумывал услышанное.

— Так ты говоришь, обычные солдаты, вооружённые лишь простым оружием, смогли остановить Фазу? Тогда с современными средствами это не составит никакого труда.

— Если — и только если — вы найдёте место, где проходит новая Фаза, и истребите Воителей до того, как они войдут в полную силу, — ответил Эдди. — На стадии окукливания либо до неё.

— Почему? — вставил Дрейк.

— Потому что Воители тоже могут размножаться. Едва они достигнут зрелости, как их число будет возрастать…

— В геометрической прогрессии, — перебил Дрейк. — Значит, женщин среди них нет, но они всё равно могут размножаться. — Тут его осенил ещё один вопрос. — А почему эта новая Фаза началась именно сейчас?

25
{"b":"190252","o":1}