ЛитМир - Электронная Библиотека

Азамат ушел, за ним скрылся в коридоре китаец Чун, не проронивший ни слова, не имеющий своего фонарика, поэтому спешащий за амиром. Последним, как ему и полагалось, вышел часовой Вагиф и зазвенел банками, закрывая дверь.

Капитан Вьюгов опять остался в темноте, к которой начал понемногу привыкать. По большому счету, это был плохой признак. Лучи слабых фонариков, когда к нему приходили бандиты, резали капитану глаза. Что же будет, когда пленник выйдет на солнечный свет? Хорошо, что он сумел выпросить у Азамата лампу. Со светом жить будет веселее.

Глава 5

Старший прапорщик Архиереев еще плохо знал расположение корпусов военного городка бригады спецназа ГРУ, поэтому был ведомым, шел прямо за подполковником Судоплатовым. Он легко вписывался в манеру подполковника ходить быстро, длинными шагами. Комбат был высокого роста и ноги, соответственно, имел длинные. Архиереев оказался ниже на полголовы. Идти вровень им было трудно, но старший прапорщик все равно не отставал, хотя на один шаг подполковника приходилось полтора его, куда более быстрых.

Узел связи находился в подвальном помещении штаба бригады. Судоплатов поздоровался с дежурным по штабу, встретившим их, сообщил, куда они направляются, и сразу прошел к лестнице. Старший прапорщик, не знакомый с этим офицером, тоже скромно приветствовал его и двинулся вслед за комбатом.

Бетонные и всего лишь побеленные стены подвального помещения говорили о том, что здесь люди только служат, то есть работают. К отдыху эти коридоры никак не располагали.

– Там у нас тир. – Подполковник показал в конец коридора, откуда сквозь металлические двери доносились глухие звуки пистолетных выстрелов. – Тебе, Алексей Александрович, в нем с офицерами работать. Чуть позже заглянем. Оценишь помещение. Оборудованием начальник штаба бригады занимался. Он любитель пистолетной стрельбы. Сам, наверное, будет твои навыки оценивать. Он у нас любит всякие проверки.

Говорил Судоплатов со своей обычной хмуростью в глазах и в интонациях голоса. Непонятно было, одобряет он действия начальника штаба бригады или осуждает их.

На узле связи начальник смены, старший прапорщик, уже ждал гостей.

– Товарищ подполковник, сеанс видеосвязи проводится в пилотном режиме. Москва просит использовать такую возможность, пока нет сбоев. Обычно у нас эти сеансы проблематичны. Идет отладка системы. Вон в ту отдельную комнату, пожалуйста.

– Это закрытый канал? – спросил Судоплатов.

– Так точно, канал кодируется аппаратурой ЗАС[4].

– Разговаривать, значит, можно свободно?

– В пределах режима ЗАС.

– А этот режим?..

– Данные с грифом «Для служебного пользования» и «Секретно» передаются без ограничений. Материалы, помеченные «Совершенно секретно» и «Особой важности», передавать запрещено.

– Ну, командование эти режимы лучше нас знает. Оно грифы и ставит. – Подполковник открыл указанную ему металлическую дверь.

На специальном широченном столе стоял большой двадцатичетырехдюймовый монитор, поверх которого были закреплены четыре стандартные веб-камеры. За столом сидел младший сержант, который тут же встал и уступил место подполковнику.

– Мы вас оставим, товарищи, – сообщил начальник смены. – Малахольный, покажи, как переключать камеры. Малахольный – это его фамилия, товарищ подполковник. Не кличка.

Младший сержант Малахольный, по внешнему виду и вправду слегка не от мира сего, типичный компьютерщик, вытащил из-под клавиатуры неаккуратно оторванную четвертинку стандартного бумажного листа, на котором крупными буквами были написаны четыре строчки с комбинациями клавиш управления.

– Для вас. Инструкция.

– Разжевать не можешь? Словами. Зачем мне перечень команд? Я их и так знаю. А что каждая комбинация значит?

– Вызов, товарищ подполковник, двойным нажатием «Enter». На той стороне уже ждут. Если вас будет плохо видно, то оператор с той стороны подскажет, какую камеру следует включить, – объяснил младший сержант и торопливо, неразборчиво дописал на листочке расшифровку разных клавиатурных комбинаций.

Подполковник поморщился, но все же сумел прочитать эту китайскую грамоту, согласно кивнул и приказал:

– Иди.

Старший прапорщик уже стоял одной ногой за порогом и держал дверь открытой. Малахольный шагнул вслед за ним. Дверь закрылась с громким металлическим звуком. Только после этого подполковник Судоплатов сел за стол перед монитором и, недолго думая, дважды ткнул пальцем по клавише «Enter».

Монитор тут же выдал какую-то ярко-голубую заставку, светящуюся звездами, и голос из невидимых динамиков сказал раньше, чем появилось изображение:

– Наконец-то!.. Здравствуй, Павел Анатольевич. Ты привел Архиереева?

Монитор показывал только самого подполковника Судоплатова и живот старшего прапорщика Архиереева. Собеседников видно не было. Светился только небольшой квадратик в самом углу экрана.

Однако Судоплатов узнал голос старшего офицера оперативного отдела диверсионного управления и ответил:

– Здравия желаю, Владилен Федорович. Ты, если не ошибаюсь?

– А ты не видишь?

– Нет. Себя видим, любуемся, и больше никого. Я только по голосу ориентируюсь. Понял, что не ошибся, хотя давненько уже не встречались.

Владилен Федорович зычно вздохнул, и микрофон передал этот звук во всей его красе.

– Опять у связи проблемы. Я вот тебя нормально вижу. Себя тоже. Зато Архиереева не вижу. Только его живот. А с животом как-то разговаривать не совсем удобно. Попроси его сесть справа от тебя… Нет, слева, мне вот тут оператор подсказывает, что у нас с камер идет зеркальное изображение. Слева посади, чтобы я и его видел.

Судоплатов привычно хмуро глянул через плечо. Старший прапорщик поискал взглядом стул, нашел его в углу кабинета, принес и сел.

– Теперь нормально. Всех вижу.

– Здравия желаю, товарищ полковник, – сказал старший прапорщик.

Тут монитор засветился полностью, и появилось изображение. Спецназовцы не ошиблись, на связь с ними вышел полковник Рысинов, который знал лично не только комбата Судоплатова, но, как оказалось, и старшего прапорщика Архиереева.

– Вижу тебя, Владилен Федорович, – сообщил подполковник Судоплатов.

– Я вас тоже. Того и другого. Потороплюсь, потому что связь ненадежная. Я только что отправил в Махачкалу самолет. Три китайских офицера с нашим сопровождающим. По твою душу, Павел Анатольевич. Правда, они будут работать в контакте с местным управлением ФСБ, но ты к ним подключайся. Скажи мне, знаешь что-нибудь про банду амира Азамата Тимирбекова? Он в Дагестане. Ты же там все, кажется, знаешь.

– Всего никто не знает. А Тимирбеков… Знаком с ним только по оперативным сводкам. Пути наши не пересекались, против него я не работал. Иначе ты не спрашивал бы. Сам знаешь, если я прицеплюсь, то как клещ, и уже не оторвешь меня никакими силами. Даже сбежать будет невозможно, потому что я уже прицепился.

– За это тебя командование и ценит. Готовь отряд под свою команду. Желаю тебе поскорее вцепиться в Тимирбекова. Ваш командир бригады и начальник штаба в курсе. С собой возьми Алексея Александровича. В этой операции он тебе будет необходим.

– Алексей Александрович у нас специалист по рукопашному бою. Зачем он мне в реальной операции? На то есть какие-то объективные причины?

– Есть причины. Это тебе китайские офицеры объяснят. Или тот сотрудник ФСБ, который будет их курировать. Некто Крикаль Виктор Львович. Он недавно проводил операцию вместе с отрядом подполковника Устюжанина. Не слышал?

– От нас до Махачкалы не близко. Мне тоже туда лететь придется. Марш-броском добираться можно, но долго, на машинах рискованно. Так что Устюжанин про этого Крикаля говорит?

– Он, как я понимаю, сотрудничеством вполне удовлетворен. Основной упор делает на способность Крикаля быстро добывать любую необходимую информацию из самых разных источников. Это хорошее качество. Надеюсь, и ты останешься довольным. Короче говоря, готовь отряд. Силы стандартные. В пределах роты, плюс-минус взвод или два. Сам смотри, кто тебе понадобится. Кто такой Тимирбеков, ты, надеюсь, знаешь, хотя вы и не встречались.

вернуться

4

ЗАС – засекречивающая аппаратура связи. Обычно работает в телефонном и телеграфном режимах. Видеосвязь пока только осваивается российскими специалистами.

11
{"b":"190256","o":1}