ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Вожатая Людочка с довольным видом рисовала галочки в своих отчетах. У нас в школе теперь есть художественная самодеятельность. А с марта месяца по рекомендации Людочки я начал выступать в нашем районном Дворце пионеров. Раз в неделю, по четвергам, я приходил и читал со сцены.

Поначалу народу было совсем мало. В основном приходили ребята из нашей же школы, которые меня знали. Но по мере расползания слухов обо мне количество слушателей все увеличивалось, и к началу лета зал стал заполняться больше чем наполовину. Я читал Пушкина и Ершова, Марка Твена и Джека Лондона, Носова и Драгунского, Гайдара и Агнию Барто. Да много чего читал. Слушателями чаще всего были школьники средних классов, но приходили и старшеклассники, а иногда и взрослые.

Дома же я по вечерам писал книгу. Вернее, не писал, а воровал. Я по памяти своровал у Филатова его сказку про Федота-стрельца. Насколько я помнил, эта сказка была написана где-то в середине восьмидесятых, а сейчас шел всего лишь 1969 год. Ничего, Филатов человек талантливый, другую сказку напишет. Тем более что у меня имелись наполеоновские планы на первую половину 80-х. И если мне будет сопутствовать успех, то в те годы историческая реальность резко свернет в сторону от памятной мне по моей прежней жизни ситуации. И совсем не факт, что в этой новой реальности Филатов сможет создать свой шедевр. Так что можно было считать, что это я не ворую книгу, а спасаю от гибели великую рукопись…

…Филатовскую сказку про Федота-стрельца я закончил в середине мая. В прошлой жизни я перечитывал ее не один десяток раз и помнил наизусть больше половины. Где не смог точно вспомнить оригинальный текст, сочинил сам. На мой взгляд, получилось достаточно близко к авторской версии.

Конечно, просто так выйти на сцену и начать читать совершенно новый текст было немыслимо. Я, кстати, свои выступления во Дворце пионеров всегда согласовывал. Была там одна тетечка от райкома комсомола, и я ей перед чтением докладывал, что именно собираюсь сегодня читать. А то мало ли, вдруг на меня внезапное помешательство накатило, и я с горя начну со сцены бредни Солженицына озвучивать.

Так вот, принес я этой тетечке свою рукопись со свежеворованной сказкой. Почитала, посмеялась, откуда такое, спрашивает. Я говорю, сама сочинила. Теперь прочитать хочу народу. На всякий случай сходили еще и к директору Дворца пионеров, ему тоже показали. Тот почитал, но также ничего антисоветского не обнаружил. Попросил только эпизод с голым негром убрать. Все-таки слушатели будут большей частью несовершеннолетними. Ни к чему им это.

По случаю окончания очередного учебного года во Дворце пионеров в конце мая – начале июня планировалась целая серия выступлений детской самодеятельности. И меня заодно включили в эту серию. С чтением сказки в стихах собственного сочинения я смотрелся ничуть не хуже выступления хора или секции народных танцев.

Мое представление поставили на вечер 1 июня. Художник Дворца пионеров нарисовал афишу, а мы с Сашкой дома изготовили из плотной бумаги несколько обручей с крупными надписями «Царь», «Федот», «Нянька», «Генерал» и так далее. Я во время выступления собирался по необходимости надевать эти обручи себе на голову, чтобы зрителям понятно было, какой именно персонаж сейчас говорит.

На удивление зал почти заполнился. И не менее трети мест занимали взрослые зрители. Я заметил в зале сидящих на соседних креслах Тамарочку с Людочкой, а через ряд от них – директора нашей школы. Мои одноклассники пришли почти всем классом. Сашка, естественно, тоже присутствовала. Вообще, было много знакомых лиц. Но много было и новых, совершенно мне неизвестных. Столь большое количество взрослых, вероятно, объяснялось тем, что сегодня воскресенье. К тому же афишу художник нарисовал достаточно качественно.

Про само мое выступление говорить особенно нечего. Я в парадной школьной форме и с красным галстуком на шее ходил по сцене, менял на голове обручи с именами персонажей и читал сказку, почти не подглядывая в текст. Наизусть выучил, пока записывал. Страха перед зрителями я вовсе не ощущал. Чего их бояться, что они мне сделают? Я ведь не девчонка восьмилетняя, хотя внешне именно так выгляжу. Да и далеко не первое это у меня выступление, я ведь читал уже раньше со сцены не один десяток раз.

Пока я читал, то думал, что новая сказка людям, похоже, понравилась. Слушали внимательно, ржали почти непрерывно. Оказалось, я ошибался. Не понравилась. Не понравилась, а привела в восторг. Я сразу догадался об этом, когда после окончания чтения мне начали аплодировать. Стоя. Впрочем, тут это обычная практика. Достаточно посмотреть записи заседаний любого съезда КПСС. Аплодисменты стоя – широко распространенное явление в текущий исторический момент. Хотя, справедливости ради следует признать, что восьмилетним девчонкам даже и тут стоя обычно не аплодируют.

А еще мне подарили цветы. Два букета. Какие-то мальчишки. Одного я немного знаю, он из нашей школы. Кажется, 6 «А». А второго и вовсе не знаю кто, хотя лицо немного знакомо. Вроде бы он уже раньше приходил меня слушать. Это что, у меня уже поклонники появляются?

Самое же интересное в этот день произошло уже после моего выступления. Сашка в раздевалке помогала мне собирать вещи, и тут раздался стук в дверь, и к нам вошел директор Дворца пионеров. А с ним еще какой-то мужик средних лет. Первый раз вижу его. Хотя нет, сейчас припоминаю, он был в зале во время моего выступления. На втором ряду сидел и иногда что-то в блокнот записывал. Так вот, это незнакомый мне мужик поздоровался, улыбнулся и сказал:

– Наташа, я хочу сделать тебе одно неожиданное предложение.

– Надеюсь, не руки и сердца? – отвечаю я.

– Что? О, нет-нет! Я уже женат. Наташа, не хотела бы ты сниматься в кино?..

Глава 24

А ведь я в прошлой жизни этот фильм видел не один раз. Он мне не очень нравился, но и плохим я его назвать не мог. На мой взгляд, вполне достойный фильм. Называется «Приключения желтого чемоданчика». Только теперь, в данном варианте истории, роль девочки-плаксы досталась мне.

Согласие на съемку в кино я дал сразу, как только узнал, что это будет за фильм. Очень удачно мне этот дядечка подвернулся. Попадание на большой экран по моему Плану не проходило, но вполне вписывалось в него. У меня как раз сейчас намечался перерыв в несколько лет, и я мог посвятить его съемкам в кино.

Сложнее всего было пристроить близнецов. Папа-то работал, и отпуск на лето у него не планировался. Опять меня выручила Сашка (что бы я делал без нее?). На все время моего отсутствия она полностью переселялась к нам и пыталась меня заменить. Сашка и раньше неоднократно у меня ночевала и была уже почти сестрой. Ухаживать за мальчишками Сашка умела, да они теперь были и не такими уж беспомощными – полтора года им скоро. Во всяком случае, проситься на горшок ребята уже научились. Вот только Степка по ночам сам не просыпался, а так и дул в штаны.

Большая часть фильма должна была сниматься в Таллине (я так и не понял, почему там, а не в Москве). Как бы то ни было, но спустя пару недель после первого моего чтения сказки про Федота я с другими актерами и съемочной группой отбыл на поезде в столицу советской Эстонии. Вместе со мной в купе ехал и Андрюшка Громов, исполнитель роли труса. А также еще двое мальчишек чуть постарше, которые в фильме будут хулиганами.

Ничего, нормальные ребята. На остановках бегали в буфет за мороженым для меня. А я читал им свою сказку. Кстати, взрослым тоже сказка понравилась. В наше купе во время чтения набивалось человек по шесть-семь, и в коридоре еще примерно столько же стояли. А наш режиссер, Илья Абрамович Фрэз, выпросил у меня рукопись, прочел ее и загорелся идеей снять по филатовской сказке фильм. И еще он сказал, что эту вещь следует непременно издать на бумаге. У него есть связи, и если я не против, то он может поспособствовать.

Для меня съемки фильма проходили по большей части в первой половине дня. Да и не так уж и много эпизодов было с моим участием, так что я особенно не перетруждался. Жили мы все в одной гостинице. Конкретно я жил в двухместном номере с девушкой Надей, ассистентом оператора.

20
{"b":"190269","o":1}