ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Они, конечно, обжаловали свой приговор. Ближайшая судебная инстанция, Восточно-Африканский апелляционный суд в Найроби через несколько месяцев формально аннулировал приговор на основании того, что судья допустил ошибку, обращаясь к членам апелляционного суда, как к суду присяжных. Но здесь апелляционный суд сам допустил ошибку. Он не потребовал пересмотра дела. Оно и не было пересмотрено.

К тому времени Мооса Баба уплыл к себе на родину, а Луазо и Гобин заново предстали перед судом, который на этот раз обвинил их в непреднамеренном убийстве. И, несмотря на то что свидетельские показания были противоречивыми, суд приговорил их к длительным срокам заключения. Сомнительное поведение судьи обсуждалось даже в нижней палате английского парламента в 1956 году, но Луазо и Гобину все же пришлось отсидеть полный срок заключения в тюрьме на острове Маэ, хотя они и не раз пытались обжаловать свой приговор.

Прошло более десяти лет, прежде чем их дело снова было пересмотрено. Один англичанин из Индии, некий X. Тайндейл-Бискоу, поселившийся на Сейшелах, узнал об этом судебном скандале и стал изучать его досконально. В результате более высокая судебная инстанция в Лондоне аннулировала решение Сейшельского суда на том основании, что одних свидетелей вынуждали давать ложные показания и молчать тех свидетелей, которые выступали в пользу обвиняемых.

Многое в сейшельской администрации изменилось к лучшему. Необходимо, однако, отметить, что хотя все и указывает на то, что приговор Луазо и Гобина был результатом гнусного заговора и подкупа, эта сторона дела никогда не расследовалась. Похоже, что в высших кругах сознательно замалчивали судебные махинации Сейшельского суда, говорящие о том, во что может обернуться попытка использовать маленькую колонию как место ссылки не только для «повстанцев» из других колоний и протекторатов, но и для собственных чиновников, профессиональная непригодность которых в другом месте больше бросается в глаза.

Луазо и Гобин так и не получили денежной компенсации за свое противозаконное тюремное заключение, несмотря на то что хорошо документированный отчет о произволе и пьянстве судьи в 1968[28] году стал достоянием палаты общин. Судя по всему, выплата компенсации зависит от решения самого Законодательного совета Сейшельских островов. Лишь левая оппозиция в нем проголосовала «за», в то время как «демократическое» большинство воспротивилось выплате.

«Демократы» извлекают прямую выгоду из того, что в этом деле до сих пор существует как бы некоторая неясность. Так и по сей день можно распространять слухи, что приговор за убийство был вынесен неправильно, и что лидер левых Филибер Луазо на самом деле не был признан невиновным. Лично мне не раз приходилось слышать фразы типа: «Остерегайся этого человека. Ты разве не знаешь, что он сидел в тюрьме за убийство?»

Когда в ноябре 1970 года состоялись новые всеобщие выборы, власти ввели новый порядок голосования, который не только обеспечил тайну выборов, но и помог неграмотному населению сделать правильный выбор. На избирательном участке голосующим выдавали конверты и избирательные бюллетени на двух кандидатов от каждой партии, баллотирующихся в данном районе. Исключение составил лишь маленький Ла-Диг, где надо было выбрать лишь одного представителя. На бюллетене имелись фотографии кандидатов, их имена и «цвет партии»: темно-синий для «демократов», красный для ОПН и другие цвета для двух новообразовавшихся партий. Избиратели заходили за ширму, клали в конверт бюллетень той партии, за которую хотели проголосовать, выбрасывали оставшиеся бюллетени в белую корзину для использованной бумаги и выходили из-за ширмы, чтобы опустить закрытый конверт в черную урну.

На этот раз предстояло избрать правительство нового типа. Раньше председателем Законодательного совета Сейшельских островов был губернатор. Кроме него в совет входили три официальных члена (английские чиновники): вице-губернатор, королевский юрист (генеральный прокурор) и секретарь по финансовым делам; четыре члена, назначенные губернатором, и восемь — избранных народом. Теперь же надо было выбрать Законодательную ассамблею. Она состояла из председателя палаты, трех официальных членов и пятнадцати, а не восьми, депутатов, избранных всеобщим голосованием.

Впервые должен был быть образован из кандидатов победившей партии небольшой кабинет министров во главе с премьер-министром. Это нововведение — результат переговоров, состоявшихся в марте 1970 года в Лондоне, куда английское правительство вызвало губернатора и партийных лидеров на «конституционную конференцию».

Давно было ясно, что англичане не собираются удовлетворять наивное требование «демократов» об интеграции Сейшельских островов с Великобританией. За несколько месяцев до конференции газета ОПН писала, что правительство в Лондоне «никогда не было готово, неготово сейчас и никогда не будет готово предоставить сейшельцам тот же статус, что и англичанам». Находясь, в Англии, Мэнчем напрасно пытался получить аудиенцию у власть имущих, чтобы поговорить с ними на эту тему. Как сообщала английская печать, ему так и не удалось пойти выше второстепенных чиновников министерств.

Не помогло ему и выступление на конференции, где он выразил желание превратить Сейшелы в интегрированную часть Великобритании. Новая конституция явилась скорее шагом в сторону автономии, хотя и с ярко выраженным оттенком прежней колониальной опеки. Три должностных лица будут входить в состав кабинета министров, губернатор обладает полномочиями отклонять рекомендации совета, и лишь Ее Величество в Лондоне может изменить или отменить конституцию.

Перед выборами можно было наблюдать обычную картину: демагогического характера агитацию с обветшалыми лозунгами о призраке «коммунистической угрозы». Большую роль в обычной пропаганде «демократов» сыграли и взрывы бомб. В ход были пущены различного рода слухи, призванные очернить левую оппозицию в глазах избирателей. Не менее важным было и то обстоятельство, что многие сейшельцы — в том числе те из них, которые по долгу службы жили какое-то время в Восточной Африке, — несмотря на свой цвет кожи, считают себя! наполовину европейцами. Это дает почву как для расовых предрассудков, так и для реакционной демагогии.

Результаты выборов снова удивили меня: партия Мэнчема победила большинством (52,8 процента) голосов ОПН, набравшую не более 44,1 процента. Голоса на выборах разделились таким образом, что «демократы» победили в пяти избирательных округах и тем самым провели десять своих представителей в законодательный орган. ОПН завоевала большинство в трех оставшихся избирательных округах (один из них Ла-Диг) и удовольствовалась пятью выборными местами в новом маленьком «парламенте». Тем самым Джеймс Мэнчем впервые в истории острова стал премьер-министром колонии и, если не произойдет ничего непредвиденного, останется им в течение пяти лет, до следующих всеобщих выборов в 1975 году.

Естественно, англичане и американцы приветствовали победу буржуазной партии на выборах гораздо больше, чем если бы победила ОПН, которая могла бы потребовать расширения права на самоопределение. Поскольку планы строительства военного аэродрома на островах Альдабра были на неопределенное время отложены — а Великобритания принялась за аэродром на Маэ — стратегическое значение Сейшельских островов заметно возросло. В 1969–1971 годах на Маэ была построена трехкилометровая посадочная полоса, стоимостью в пятьдесят миллионов крон, протянувшаяся вдоль восточного побережья острова, близ Пуант-Ла-Рю, примерно в десяти километрах от Виктории.

Было бы странно думать, что такие большие деньги были вложены в Сейшелы лишь для того, чтобы улучшить коммуникации прежде изолированной островной колонии с населением в 50 тысяч жителей и тем самым облегчить доступ туристов к островам. Недаром же Сейшелы — за исключением маленьких коралловых островов в системе БТИО — последняя территория во всем Индийском океане, которая находится под британским контролем, и в горах на Маэ расположен передовой пост американских ВВС…

вернуться

28

House of Commons. Official Report. Parlamentary Debates (HANSARD). Vol. 758, № 56, с. 562–568 (примеч. авт.).

51
{"b":"190303","o":1}