ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Следует подчеркнуть, что хартия предусматривала также постепенную передачу земли сельскому населению. Но вскоре после прихода к власти в НФ образовались два крыла. Левое энергично выступало за проведение кардинальной аграрной реформы и передачи всей земли крестьянам, национализацию банков, промышленных предприятий и крупной торговли. Другое крыло в лице первого президента республики Кахтана аш-Шааби осуществляло политику, предполагавшую известные уступки силам, выступавшим за капиталистическое развитие.

Экономическое положение страны было катастрофическим. Аден, по существу, был своего рода огромным предприятием по обслуживанию заезжих иностранцев. Кроме того, город существовал в значительной степени за счет военной базы. Когда в 1967 г. базу ликвидировали, число безработных подскочило до рекордных размеров. Казалось, подтверждалась правота англичан, которые, уходя, заявили южнойеменцам: «Не пройдет и года, как вы сами нас вернете!» В том, что этого не случилось, — несомненная заслуга левого крыла НФ, взявшего 22 июня 1969 г. всю полноту власти в стране. С тех пор Народная Демократическая Республика Йемен последовательно идет по пути национально-демократической революции.

V съезд НФ, состоявшийся в марте 1972 г., принял программу, поставившую перед трудящимися массами задачу создания в ходе национально-демократической революции условий для вступления на путь построения социализма.

Плановая экономика, использование опыта социалистических стран, укрепление государственного сектора при одновременном привлечении национального частного капитала, создание национальной промышленности — вот важнейшие пункты этой программы. Конгресс принял также решение о создании в НДРЙ авангардной партии, теоретическим фундаментом которой является теория национального социализма.

В октябре 1975 г. на объединительном съезде была образована Объединенная политическая организация Национальный фронт (ОПОНФ). В нее вошли НФ, Народно-демократический союз (НДС) и Партия народного авангарда (ПНА). 1 сентября 1976 г. в ОПОНФ начались выборы в комитеты первичных организаций, районные, окружные и провинциальные комитеты.

Мухаммед, взявший на себя миссию экскурсовода, показывает нам еще один снимок. Фотография любительская, кажется даже сделанная в спешке. Снимок четкий и уже пожелтел от времени. На нём изображена могила, выложенная из камней, посреди голого, скалистого ландшафта. Рядом с ней юноша лет пятнадцати с автоматом в руках. Мухаммед спрашивает меня: «Узнаешь это место?» Конечно, как же мне его не узнать: ведь это горы Радфана, где мы познакомились с Мухаммедом.

Хабилейн — гордость всех южнойеменцев

«Осторожно! Мины!» — таблички с такими предостерегающими надписями на арабском и английском языках установлены у Хабилейна, небольшого городка в горах Радфана, километрах в ста к северу от Адена. Радфанские горы сложены из буро-черных пород, пересеченных небольшими серебристыми жилками, переливающимися и сверкающими на солнце. Они образуют естественную границу с Йеменской Арабской Республикой. Их средняя высота — от 600 до 800 метров. На окраине города нашу туристическую группу встречает один из представителей местной власти Мухаммед Галеб Лаббуза.

— Прошло немало времени, — говорят он, — местность давно разминирована, но таблички остались в память о яростных сражениях. В октябре шестьдесят третьего наш народ отсюда начал свою вооруженную борьбу. Хабилейн имеет огромное стратегическое значение. Это ворота, открывающие путь в глубину Радфанских гор к горам Яфи и в Северный Йемен. Англичане построили здесь военный аэродром и разместили небольшую воинскую часть. На рассвете четырнадцатого октября бойцы НФ неожиданно атаковали опорный пункт англичан и овладели им. Силы были неравными, и патриотам пришлось снова отступить в горы. Но эта операция послужила сигналом для всех южнойеменцев.

Началась суровая борьба. Только тот, кто сам nобывал в этих местах, может представить себе всю тяжесть боев. Солнце безжалостно выжигает на склонах зелень. Здесь не найти ни деревца, ни кустика, где можно укрыться. В лощинах воды уже не было, а немногие оставшиеся источники, несмотря на то что их тщательно маскировали, англичане разрушали с самолетов бомбами. Каждому борцу за свободу приходилось не только преодолевать собственный страх, но и быть готовым в любую секунду к внезапным налетам и засадам, также к предательству в собственных рядах. Тесная связь с народом и хорошее знание местности позволили патриотам нанести ощутимые удары по врагу. Верными помощниками мужьям и сыновьям были женщины, многие из которых сражались с оружием в руках, что несомненно, повысило престиж всех женщин Южного Йемена, положение которых во многом отличается от положения женщин в других арабских странах. В праздники, когда заканчивалась официальная демонстрация, мне часто приходилось видеть уже немолодых женщин, которые вместе с мужьями, сыновьями и дочерью прогуливались по улицам Адена с оружием в руках.

Мухаммед подводит нас к одной из многочисленных, сложенных из камней могил. Это могила его отца. 14 октября 1963 г. он был в числе первых, кто отдал свою жизнь за свободу родины. Раджаб Галеб Лаббуза родился в 1918 г. Юношей он вместе с единомышленниками начал борьбу против имама Севера. После провозглашения на Севере республики, пройдя современную боевую подготовку, он в 1963 г. возвратился на родину. Как и тридцать его боевых товарищей, он погиб в горах Хабилейна. Участвовал в борьбе за национальное освобождение и его сын Мухаммед. Один из снимков был сделан после боя у могилы отца.

— Тогда у нас был на всех единственный автомат Калашникова, — рассказывает Мухаммед. — Его доверили мне, так как это было оружие отца. Следуя отцовскому завещанию, я не расставался с ним. После победы я передал фотографию в аденский Военный музей.

У могилы лежат свежие горные цветы, и мы тоже кладем свой небольшой букет к камням, в которых посвистывает неугомонный горячий ветер, и при этом нам невольно вспоминается старая партизанская песня бойцов Радфана:

Я народ.
Я нарастаю,
Как мощное землетрясение.
Мой гнев задушит пламя врагов.
Я народ.
Моя железная воля
Повергнет и самого сильного наземь.
Ничто не способно остановить
Мое движение вперед.
Я народ.

Помощь Салему

Когда я обхожу больных, Салем неизменно встречает меня словами: «Сабах аль-хэйр, рафик доктор! Кейф халяк?» («Доброе утро, товарищ доктор! Как дела?»)

Он молод, среднего телосложения, глаза карие, волосы темные. Деревушка, где он родился, расположена в горах Яфи. Здесь он три года проучился в школе. Умер его отец, и ему пришлось вместе с братьями взять на попечение трех женщин, оставшихся в доме после смерти отца. В 1972 г. Салем вступил в один из созданных в его области боевых отрядов и вскоре был направлен в район Сайвуна для борьбы с вооруженными бандами бывших султанов. В этих боях он проявил особую храбрость. При выполнении опасного боевого задания Салем получил ранение: у него были прострелены левое бедро и голень. Бедро быстро зажило, а вот голень пришлось ампутировать. В культе остались осколки, которые вызвали воспаление. Нужны были повторная ампутация и хороший протез. Тогда Салем смог бы обходиться без костылей. Поскольку в самом Адене изготовить протезы и ортопедическую обувь не было возможности, мы запросили разрешение на лечение в ГДР, после чего Салем ежедневно спрашивал меня, не пришел ли ответ. Все его надежды были теперь связаны с нашей страной, о которой он слышал много добрых слов. Ему очень хотелось расстаться с костылями и вернуться в родную деревню, где его ждала невеста Хамама. Он часто мне о ней рассказывает. Хамама по-прежнему живет с матерью. Он, бывало, приходил в их дом повидаться с невестой. Помню, как в одну из пятниц Салем, возбужденный и счастливый, приковылял ко мне, опираясь на деревянные костыли. Хамама, оказывается, прислала, ему небольшую посылку — стакан горного меда, рис, немного жидкого масла и платок с чудесной вышивкой. Такие платки местные мужчины носят на голове для защиты от солнца.

15
{"b":"190304","o":1}