ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Швец понимающе покивал головой. Еще не так давно он работал опером в ОРУ[7] ГУВД Москвы. По ряду причин он вынужден был уйти из главка и вернуться на прежнее место службы, в разыскной отдел УВД столичного Южного округа. Кое-какой опыт у него имелся, да и профиль работы после перевода остался прежним.

– Меня сильно беспокоит судьба моей сестры Светланы, которая старше меня на год и три месяца, – выдержав паузу, сказала Данилова. – А также мужа сестры – его зовут Игорь…

– Вы подали на них в розыск?

– Гм… Я консультировалась с Полухиным. Слава сказал, что давать их в розыск – преждевременно… Да и остальная родня пока не одобряет эту мою инициативу.

Швец бросил на нее недоумевающий взгляд:

– Странные вы какие-то говорите вещи… Да и Полухина я что-то не понимаю… Эти ваши пропавшие, они москвичи?

– Да, конечно. Света еще после окончания института зацепилась в столице… У них с Игорем была своя квартира в районе Тушино… Ну и потом они еще собирались выкупить новую квартиру в престижном комплексе «Золотые ключи»…

– Вот видите?! Нужно было наведаться в отделение милиции по месту их жительства… и всех-то делов. Случается, конечно, что мои коллеги, гм… не торопятся принимать заявление… Но вообще-то обязаны принять сразу! Если не удается найти человека сразу, по «горячим следам», на него заводится разыскное дело, которое может быть закрыто лишь по истечении пятнадцатилетнего срока! Помимо этого, через год вы имеете право обратиться в суд, который признает пропавшего «безвестно отсутствующим». А по истечении еще четырех лет – «официально умершим».

– Не приведи господи, – охнув, сказала Данилова.

– Кстати… Когда они пропали?

– Кто? – переспросила Данилова.

– Как это – кто? Ваши родственники, Игорь и Светлана. Или еще кто-нибудь пропал, кроме этих двоих?

– Нет, нет, все остальные… на месте. – Данилова заметно смешалась. – Трудно вот так вот в двух словах объяснить… Я очень… очень обеспокоена тем, что происходит в последнее время вокруг Светы… Мама, конечно, тоже переживает, но в отличие от меня она считает все происходящее бытовым конфликтом между Светой и Игорем. Гм… А дело меж тем очень и очень непростое! Тревожные вещи происходят… с тем же Игорем, например. Нам с мамой известна лишь такая версия: Игорь трудится в закрытом учреждении, а его работа в последнее время связана с длительными служебными командировками… Вот уже полгода он обретается неизвестно где! От него, правда, приходят короткие письма – он пишет на адрес своих родителей. Поддерживает ли он какую-то связь с супругой, то есть моей Светкой, я не в курсе. Пыталась расспросить сестру как-то, но Света сказала: «Оставь! Это не твое дело!»

– Стоп, стоп… Не врублюсь никак… А этот Игорь…

– Глебов его фамилия.

– Значит, родители Глебова получают от сына какие-то весточки? И не собираются подавать в розыск?

– Я же говорила, что дело у меня непростое. – Данилова вновь замялась, подбирая нужные слова. – Отец Игоря – бывший крупный спец из «оборонки». Сейчас он на пенсии, кажется, генерал-майор запаса. Он мне как-то рассказывал, что ему по молодости доводилось самому служить на каких-то секретных объектах, где возможности переписки сильно ограничиваются… Но они, то есть старшие Глебовы, тоже сильно встревожены, хотя и стараются не подавать вида…

По мере того как Швец выслушивал этот бессвязный рассказ, он ощущал, как внутри у него поднимается волна раздражения. Многое ему теперь было ясно. Не с самим делом о двух якобы пропавших человеческих душах, а с Машей Даниловой и заодно со своим другом, который перепоручил ему эту полоумную провинциальную дамочку. Вполне возможно, что Данилова когда-то была пассией Полухина…

– Ну так вот, – торопясь выложить самое главное, произнесла Данилова. – Светлану я видела в последний раз немногим более двух недель назад: сестра заезжала к нам с мамой, в Сергиев Посад. Да… Потом еще раз звонила на домашний, неделю назад…

«Дура набитая, – подумал про себя Швец. – Ты хоть сама понимаешь, что ты несешь?»

– Пойдемте, Маша, обратно, – не дав ей договорить, сказал Швец. – Идемте, я провожу вас до места парковки.

Молодая женщина как-то разом сникла… и потащилась вслед за Валерой, уже не пытаясь взять его под руку.

– Вы, наверное, за дурочку меня приняли, – едва сдерживая слезы, сказала Данилова. – Поймите, Валерий, я бы не стала беспокоить вас по пустякам! Кстати, забыла сказать о важном… Если вы возьметесь за мое дело, я готова выплатить вам…

Не успела она закончить фразу, как в кармане у ее спутника запиликал сотовый телефон.

Сделав извиняющийся жест, Валера поднес трубку к уху.

– Что ты себе думаешь, Швец? – поинтересовался у него напряженный женский голос. – Ты обещался быть еще вчера и занести деньги! Хотя бы тысячу рублей.

– А-а… Извини, был чертовски занят.

– Знакомая песенка, – хмыкнула в трубку экс-супруга. – Ты еще не забыл, что у тебя есть восьмилетний сын? Что его нужно кормить, поить, одевать?.. Ты решил, что если с тебя выдирают алименты, то…

– Ладно, я все понял, – торопливо произнес Швец. – Не сегодня, так завтра я к вам заеду…

Вздохнув про себя, Валера сунул сотовый в карман.

– Начальница моя звонила, – зачем-то соврал он. – Ух и сердитая женщина…

Когда они перешли проспект по подземному переходу, Швец, чуть придержав свою спутницу за руку, сказал:

– Да вы не переживайте, Маша! Дел у меня, конечно, до черта… Но просьбу вашу, а заодно и нашего общего знакомого я непременно выполню. Вы только дайте мне полные данные ваших родственников: домашние адреса, номера телефонов, а заодно и ваш. Укажите место их работы, род занятий, адреса фирм или организаций… Личный транспорт, если имеется, или дачный участок… это тоже все укажите!

– А у меня все готово, – оживилась Данилова. Щелкнув замком сумочки, она достала два сложенных пополам листа писчей бумаги. – Здесь записаны и мои телефоны: домашний, рабочий и сотовый…

Швец, перегнув листы в четвертушку, сунул их в свой пухлый бумажник (пухлый не в плане содержащейся там налички, а набитый разными бумаженциями и визитками, часть из которых давно пора выбросить в урну). Маша намеревалась передать ему пакетик с фото Игоря и Светы, а заодно хотела сразу выплатить денежный аванс – не знала лишь, сколько именно, какую сумму потребует за свои услуги Валерий. Но, заметив, что Швец поторопился убрать бумажник в карман, и перехватив его взгляд, устремленный в сторону входа в станцию метро, она решила, что эти и другие вопросы они смогут обсудить в другой раз, но уже без спешки: все это было написано на ее чуть наивном лице.

– Я вам сам позвоню, – сказал ей на прощание Валера. – Завтра вряд ли, а эдак денька через три…

Они постояли еще несколько секунд под какой-то светящейся, на манер электрического солнца, вывеской, а затем разъехались каждый по своим делам: Маша отправилась на машине в свой Сергиев Посад, а Швец в Чертаново, где он проживал после развода в милицейском общежитии; причем в голове у него, как назойливый мотивчик, вертелась одна и та же мысль: «У кого бы из ребят перехватить полторы штуки до получки?..»

Глава 3

Как хороши, как свежи были розы

Помещение, в которое законопатили зэка Анохина, было настоящим каменным мешком два метра на полтора; потолок нависал над головой, так что, когда он пытался выпрямиться во весь рост, его темя упиралось в холодную бетонную плиту. Один из вертухаев – а его сопровождали в подвальную часть тюремного комплекса сразу четверо сотрудников СИЗО – попытался вручить ему какое-то тряпье и бахилы. Он отказался напялить все это на себя, потребовав, чтобы тюремщики вернули ему его собственную одежду. Его в чем мать родила затолкали в сырой каменный мешок. Кто-то бросил ему униформу и обувку. Прежде чем запереть дверь камеры, один из вертухаев лениво процедил:

вернуться

7

Оперативно-разыскное управление.

6
{"b":"191","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Циник
Йога между делом
Может все сначала?
Дама с жвачкой
Профиль без фото
Там, где цветет полынь
Роберт Капа. Кровь и вино: вся правда о жизни классика фоторепортажа…
Искушение архангела Гройса
Перебежчик