ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

В это время позвонил Вилкс. До него тоже дошли сведения, что с востока получены новые известия.

Большой Джон сообщил, что «именинники» у него. Кажется, этому опытному человеку нравилась все разгорающаяся ссора между Ребане и Лидумсом. А может быть, из привычной осторожности он пытался как-то перепроверить радиограммы Тома. Во всяком случае, он немедленно пригласил Вилкса к себе.

Ребане примолк. Вероятно, придумывал еще какие-нибудь доводы, чтобы унизить Лидумса и всю группу Будриса. Лидумс успел заметить, что помощников Маккибина и полковника Скотта постоянно разделяла некая ревность. Каждая группа пыталась доказать, что именно ее деятельность приносит удачу. Если Ребане ратовал за «эстонский» вариант, то литовцы тут же предлагали свой, «литовский», план, Вилкс немедленно принимался восхвалять доблесть своих латышских друзей. Лидумс старался не вмешиваться в эти мелкие дрязги, но и из мелочей можно извлечь порою некоторую пользу. Поэтому он был рад появлению Вилкса.

С Лидумсом Вилкс последнее время держался холодно: знал, что в отделе все еще идет проверка гостя, и не хотел вмешиваться в это грязное дело. О своем отношении к проверке он Лидумсу сказал и, возможно, помогал ему чем мог, но любовь свою перенес на одного Будриса. Лидумс молчал, он понимал, что похвалы Будрису косвенным светом озаряют и его самого.

Вилкс появился на пороге в темном костюме из отличного твида, в меру помятом, чтобы он не походил на только что полученный от портного, в отличной сорочке с янтарными запонками и янтарной булавкой в галстуке, купленными в Риге. Невзирая на всю свою почтительность к заместителю начальника отдела Большому Джону и его консультантам Лидумсу и Ребане, он осмелился пошутить:

— Как я слышал, есть свежие лавры? Мистер Ребане, отдайте их мне — и я приглашу вас на уху из молодого осетра с лавровым листом! Бульон сделаю тройной, по нашему рыбацкому обычаю: сначала отварю мелкую рыбешку, отожму, выкину, подброшу несколько рыбин покрупнее, тоже выну, а уж потом заряжу бульон крупными осетрами. Пальчики оближете!

Большой Джон, впервые, наверное, услышавший такой оригинальный рецепт приготовления ухи, заулыбался. Но Ребане не принял шутку. Он сухо спросил:

— Вы были в Риге, Вилкс, и прожили там полгода. Как, с вашей точки зрения, там можно легализоваться?

— У нас были документы электриков, и этого оказалось достаточно. Но мы все-таки держались осторожно.

— А откуда вы вели передачи?

— И из Риги, и из Майори…

— Ну, вот видите, — как будто решая какой-то спор, обратился Ребане к Большому Джону. — Значит, там можно работать.

Вилкс почувствовал себя уязвленным. Получалось, что он, Вилкс, не сумел обосноваться в Риге и бежал в лес, а какие-то другие парни, Том и Адольф, преспокойно ведут передачи из Риги и их никто не беспокоит. Он язвительно добавил:

— Я забыл только сказать, что из Майори мы еле унесли ноги после первых пяти минут передачи. Пеленгаторы проползли прямо под окнами. Мы едва успели спрятать передатчик.

— Значит, вам просто не повезло, — равнодушно сказал Ребане. — А мои ребята в первой же передаче сообщили отличные данные о работе Рижского порта.

— Рижский порт? — Вилкс нахмурился, и Лидумс понял, что похвальба Ребане сильно задела его. Наверно, вспомнил, чем кончилась его попытка завербовать бывшего дружка, работавшего в порту механиком. Тогда он схлопотал по физиономии и еле ушел от чрезмерно бдительного и полностью перевоспитанного бывшего приятеля. Но рассказывать об этом Вилкс не стал, только жестко сказал:

— Я с удовольствием поздравлю вас, мистер Ребане, если ваши парни передадут не одну, а десяток радиограмм. Но я-то знаю, что лучше всего им было бы действовать через Будриса.

Ребане поморщился, и Лидумс понял, что не следует перегибать палку. Ребане опасный противник для такого бесшабашного человека, как Вилкс. А Вилкс пока еще очень нужен в комбинации Вилкс — Лидумс — Будрис. Лидумс осторожно предложил:

— Может быть, попросить Будриса направить кого-нибудь в порт?

— Как, вы проверяете моих парней? — возмутился Ребане.

— Наша задача — проверять и перепроверять! — отрезал Большой Джон.

— А что, мистер Джон, это правильная идея! Если Будрис пошлет в порт Юрку, от того ничто не укроется! — поддержал Вилкс.

— Кто такой Юрка? — живо заинтересовался Большой Джон.

— Бывший работник Вентспилского порта. Работал там помощником стивидора еще при немцах. Юрка мне говорил, что Будрис давно предлагает ему легализоваться, даже «чистые» документы достал для работы в порту, но Юрке жалко оставлять товарищей…

— Это ваш человек, Казимир?

— Да, — неохотно сказал Лидумс. — У него тяжело больна мать, поэтому Будрис предлагал ему легализоваться. Но парня увлекла романтика.

— Черт возьми, вот это находка! — с несвойственной для него пылкостью проговорил Большой Джон. — Мистер Казимир, подождите меня, кажется, есть интересный разговор! Я покину вас на минуту!

Он вышел, а Вилкс и Ребане уставились на Лидумса. Вилкс удивленно, Ребане сердито. А Лидумс размышлял о другом: если Том и Адольф были арестованы сразу после выхода в эфир, то к чему было Будрису выпускать «умершего» для англичан Тома после двух месяцев молчания? Придется ждать. И быть еще осторожнее, хотя он и так ничем не показал интереса ко второму рождению Тома и Адольфа. Но у Будриса, несомненно, есть железная цель. Как хорошо было бы поговорить сейчас со старшим товарищем! Увы, это невозможно…

Вернулся Большой Джон, коротко кивнул Ребане и Вилксу, прощаясь, а Лидумса взял под руку:

— Вам, мистер Казимир, придется немного задержаться…

6

Этот высокий длиннолицый англичанин никогда не носил форму. Внешне он был похож на министра больше, чем любой настоящий министр. И хотя все звали его полковник Скотт, никто не знал ни его настоящего чина, ни его подлинного имени.

Перед светлыми очами полковника Скотта и предстал Казимир, сопровождаемый Большим Джоном.

Полковник благосклонно осведомился о здоровье мистера Казимира, о том, нравится ли ему Лондон, и Лидумс кратко ответил, что на здоровье не жалуется, что во владениях ее величества дышится легко и свободно, но что ему не хватает активной деятельности, — в лесу он привык быть в напряжении…

Полковник Скотт улыбнулся, пошутил:

— Не вздумайте стрелять в наших полисменов…

— О, мы и у себя в лесу давно сократили количество выстрелов, — пожаловался Казимир. — Наш руководитель считает, что следует оберегать людей, которым еще придется возглавлять решительную операцию по освобождению Латвии.

— Я с ним вполне согласен, — чуть строже сказал Скотт.

— Но молодые рвутся в бой, — начал было Казимир, однако полковник внезапно спросил:

— У вас, кажется, есть люди самых разных профессий?

— Да, если считать и наших пособников, так мы называем легализовавшихся участников групп.

— Бывшие моряки?

— Наш руководитель и сам отличный моряк. В нашей группе есть еще двое.

— По словам Джона, Вилкс назвал какого-то Юрку?

— Это портовик. Был помощником стивидора в порту Вентспилс.

— Он может легализоваться?

— Только в случае крайней необходимости. Что поделаешь, фанатически не любит большевиков и чекистов. Два его старших брата погибли в лесных боях.

Скотт помолчал немного, постукивая своей дымящейся пенковой трубкой по столу, затем спросил:

— Наш офицер, преподающий стратегию и тактику подпольной борьбы, говорил вам, вероятно, о новых возможностях проникновения по ту сторону «железного занавеса»?

— Только о порядке связи с прибывающими в Советский Союз туристами, студентами, актерами, которыми начали обмениваться русские с западными странами…

— Вот-вот! — оживился полковник. — В связи с этой акцией Советской страны, а также с учетом расширения торговых и мореходных связей возникает масса проблем. Правда, иные ретивые головы, — с осуждением произнес он, — готовы на этом основании свернуть подлинную агентурную разведку и все функции возложить на профанов-туристов, как будто большевики будут возить их в те места, которые нас интересуют! — Он поморщился от досады, затянулся, утонул в табачном дыму. — Особенно по душе пришлась эта идея американцам, впрочем, все их попытки прорваться в Россию неизменно проваливались! — подчеркнул он. — Однако отвергать всю идею бессмысленно: кое-какие данные мы, несомненно, можем получить и через туристов, и через студентов, и через наших славных моряков, особенно если сумеем хоть немного подучить их. И тут, джентльмены, на нашей стороне та самая романтика, о которой так холодно отозвался мистер Казимир!

6
{"b":"191358","o":1}