ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Как в камыше, – пояснил Роджер. – Это местный диалект.

– Стало быть, продольные, – резюмировал Питер. – А какое между этими пеньками расстояние? Сколько раз ступню можно поставить?

– Ступню нельзя! – испуганно воскликнул Суслик. – Плоская ступня станет, потом ходить нельзя и есть нельзя!

«Какой же он тупой, – подумал Питер. – А я еще подозревал, что это полукровка. Я здесь тоже тупею».

– Представь себе, что ты ставишь ненастоящую ступню, – сказал Питер. – Воображаемую. Знаешь, что такое воображение?

Орк отрицательно помотал головой.

– А сколько плоских ступней можно положить в ряд от одного пенька до другого? – спросил Шон.

Суслик стал считать:

– Раз. Раз – раз. Раз – раз – раз. Много.

– Плевать, – сказал Питер. – На месте разберемся. Пойдемте развлекаться, ребята, я узнал все, что хотел. Роджер, там уже все готово?

– Да – да, конечно, готово, – Роджер вскочил из-за стола и засуетился. – Сейчас я вас провожу, святой отец, и вас, благородные сэры.

– Мы сами найдем дорогу, – сказал Питер. – Лучше отведи этого твоего Суслика в купальню какую-нибудь. И скажи, чтобы трапезную проветрили, а то воняет.

6

Выступление перед заезжим жрецом прошло отлично. Это было опасное испытание, Серый Суслик очень боялся, и не зря – жрец заподозрил неладное, но первые же слова Серого Суслика развеяли все подозрения. Ловко он в свое время придумал – прикидываться не просто орком, а орком, изображающим человека. Главное – не забывать выстраивать из слов мысленную цепочку перед тем, как произносить вслух. Причем цепочку эту перед произнесением можно не упрощать, а усложнять, так даже смешнее.

Слава Никс, жрец избавился от подозрений. Молодец Серый Суслик – пилигрима третьего уровня обманул! Никогда еще Серый Суслик не был так близок к провалу. И никогда уже, наверное, не будет – столь ученые люди, как этот дьякон, нечасто забредают в оркландское захолустье. Не такое уж оно глухое, это захолустье, все артефакты древних давным – давно выбраны, одно только Плохое Место осталось, но оно никому не по зубам, оно умеет себя защитить. Интересно, кстати, что такое – имплозионное силовое поле? Что такое силовое поле, Серый Суслик примерно представлял, он прочел об этом в книге, которую украл из балагана в позатом урожае. Но что значит «имплозионное»? Может, имеется в виду эксплозия наоборот, взрыв, направленный не от центра, а к центру? Но силовое поле – это не взрыв, это совсем другое.

Все эти мысли промелькнули в голове Серого Суслика в те секунды, пока гости доброго господина Роджера Стентона вставали из-за стола. А потом они подошли к двери, и добрый господин Роджер Стентон вырвался вперед с явным намерением избить Серого Суслика за то, что тот посмел явиться к доброму господину Роджеру Стентону в неподобающем виде. Но не стал бить, побрезговал – удачно подул сквозняк, и густой запах орочьего и лошадиного пота окутал доброго господина Роджера Стентона и его высокородных гостей.

– Фу! – хором завопили рыцари и стали ржать, зажав носы пальцами.

Смешливые они, эти рыцари; по всему видно, недолго служат. Или из столицы приехали, из стольного града Барнард – Сити. Там, Серый Суслик однажды подслушал, рыцарям живется куда вольготнее, чем в провинциях и особенно в Оркланде.

– Жаба! – обратился к Серому Суслику добрый господин Роджер Стентон. – Ты когда мылся в последний раз?

– Перед разведкой, – ответил Серый Суслик. И быстро добавил, воспользовавшись паузой: – Эльфы приближаются.

– Да я тебя сгною! – рявкнул добрый господин Роджер Стентон, и тут до него дошло. – Чего? Эльфы?

– Истинно эльфы, – подтвердил Серый Суслик. – Сто особей приблизительно. Восточнее путь держат, но недалече. Сей ночью след протропят, а второй ночью животы станут резать.

Добрый господин Роджер Стентон растерянно обернулся к отцу высокорожденных Питеру Пейну.

– Эльфы, – сказал он.

– Не надо так на меня смотреть, – ответил ему жрец, нехорошо улыбаясь. – Эльфы ничего не меняют. Хотя нет, меняют. Организуй-ка нам по кисетику твоего опиума, вот такого размера каждый кисетик, – он показал пальцами. – Хороший в твоем загоне опиум растет, забористый, хоть и гадкий на вкус. Обидно будет, если пропадет.

– Но эльфы… сто особей… – жалобно проблеял добрый господин Роджер Стентон.

– Может быть… – начал говорить тот рыцарь, который чаще улыбался, но жрец его оборвал:

– Нет, Хайрам! Мы следуем своим курсом, и нам нет дела ни до эльфов, ни до орков. Барнард для людей, понял? Наш путь лежит на восток, эльфы нам не помешают.

– Загон разорят, – сказал Хайрам. – Вам же на обратном пути…

– Один раз в поле переночевали и не померли, – отрезал жрец. – Сухпайков у нас в достатке, лишний день ничего не решает. Завтра на рассвете выступим, этот Суслик вонючий тоже с нами пойдет, и пусть лошадь свою возьмет, у нас лишних лошадей нет. Только чтоб помылся!

– Еще воды возьму, – сказал Серый Суслик. – Чтобы пить.

Жрец Питер и рыцарь Хайрам озадаченно переглянулись. Вдруг лицо жреца просветлело, он воскликнул:

– Точно, вода! Суслик говорил, у Плохого Места нет воды! Молодец, Суслик, хорошая скотинка. Роджер, выдашь моим оркам три, нет, пять вьючных лошадей и бурдюков соответственно. И не делай такую морду, это не грабеж, а справедливое распределение ресурсов. Грабеж тебе пучеглазые устроят завтра в полночь.

– Может, откупимся, – растерянно произнес добрый господин Роджер Стентон.

– Конечно, откупишься! – рассмеялся жрец и хлопнул пастуха по плечу. – От сотни эльфов откупишься, ага, запросто! Блажен, кто верует, учат нас пророки американского континента.

– Какого континента? – переспросил Роджер Стентон.

– Американского, – повторил жрец. – Тебе это неведомо, неуч захолустный, это из первой эпохи. Ладно, друзья, пойдемте веселиться.

– Подождите, святой отец! – воскликнул Роджер Стентон и упал на колени, пытаясь обнять бедра жреца.

– Нет – нет, я предпочитаю самок, – сказал тот, брезгливо отодвигаясь.

– Не позорься, слизь, – вступил в разговор Шон. – Сам подумай своим мозгом прокуренным, что могут сделать три воина против ста эльфов?

– Три воина? – переспросил жрец.

– Я считаю вас за воина, святой отец, – пояснил Шон. – Мне кажется, вы владеете мечом не хуже нас с Хайрамом. Насчет лука не уверен.

– Теперь понял, – сказал Питер. – Ты как бы делаешь мне комплимент. А мне уж показалось было, что ты собрался меня оскорбить…

– Не имею в мыслях, – сказал Шон. – Я, конечно, прошу святого отца принять мои смиренные…

– Забей, – отмахнулся Питер. – Лучше стукни этому трусу в бубен вместо меня, а то я мараться не хочу.

– Ногой можно? – деловито осведомился Шон.

– Можно, – кивнул Питер.

Роджер Стентон проворно вскочил и отступил на два шага. На его глазах выступили слезы.

– Как вы можете?! – воскликнул он. – Это же скот, живые твари, у них тоже души есть! Товар, в конце концов! Как можно?!

– Ну, все, ты меня утомил, – сказал Питер. – Пшел вон. И ты тоже, скотина, пшел вон.

Серый Суслик поспешно выполнил приказ. Покидая балаган, он думал о том, что, когда жрец говорил, что три воина ничего не сделают против сотни эльфов, в его глазах читалась ирония. Его взгляд как бы говорил, что будь в том нужда, он лично отправит в черное посмертие не сотню, а целую тысячу беложопых тварей, сил хватит. А он не похож на сумасшедшего…

7

Они вошли в залу, предназначенную для пастушьих развлечений. Здесь было бедненько, но чисто, Питер ожидал худшего. Не иначе ковры только что почистили.

У дальней стены толпились самки, при виде господ они вскочили и построились в шеренгу. Питер с удивлением обнаружил, что одна самка держит в руках гусли, другая – барабан, третья – дудку, а еще две самки – какие-то трещотки.

– О, музыка! – воскликнул Хайрам. – А танцы будут?

Одна самка вышла из строя и поклонилась.

6
{"b":"191368","o":1}