ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— А как вы относитесь к порнографии в Интернете?

— Хорошо отношусь. То есть меня это не интересует, но отношусь к этому хорошо. Я точно не против рисованной порнографии, но когда речь идет об использовании живых людей, то это иногда оставляет тяжелое впечатление. Видно, например, что девушки явно не получают никакого удовольствия от этих забав. Все это плохо не потому, что лежит на Сети, а потому, что девушек жалко. В принципе это вовсе не специфически сетевая проблема.

Конечно, некая порнографичность Сети в том, что она постоянно «подсовывает» соблазн: соблазн превращений, игры со сменой пола, некоторой непристойности. Жаль, что рано или поздно этот контркультурный заряд пропадет. Как и в кино, будем ходить только на голливудскую продукцию, а не на настоящее независимое кино.

— Но независимую страничку сделать гораздо проще, чем снять независимый фильм…

— Это заблуждение! Конечно, каждый может сделать свою страничку, но скоро придет время, когда маленькие странички почти не будут посещаться. Сколько нужно показов в день, чтобы привлечь рекламодателя? — 10 тысяч, 100 тысяч? Ни одна персональная страничка такого не имеет и иметь не может: нужны большие расходы на раскрутку. Кроме того, страничку нужно постоянно поддерживать в рабочем состоянии, капитально дополнять. Те, кто одновременно были Web-мастерами и сами делали какую-то графику, и умели делать все, — такие люди неизбежно уйдут в прошлое. Уже сейчас почти не встретишь профессионального программиста и одновременно верстальщика — это не нужно.

Вот я давно хочу сделать сервер, посвященный Пелевину. Пелевин сейчас — культ номер один по России. Мне пишут письма из самых экзотических стран только потому, что я положил интервью с Пелевиным на Web! Вот положить бы на сервер портреты, которые никому не известны, свежие тексты с разрешения Пелевина… Но — нет времени заниматься техническими вопросами, поэтому я открыт для предложений.

— Кто впервые открыл Пелевина — вы или Аксенов?

— Ни тот, ни другой. Пелевина первым открыл журнал «Химия и жизнь» в 88-м году, когда напечатал рассказ «Затворник и Шестипалый», который остается по сей день одним из лучших рассказов Пелевина. Я сомневаюсь, что Аксенов тогда этот рассказ прочел. Я его читал тогда, но никому, кроме двух-трех друзей, ничего «открыть» не мог. А поклонники фантастики знали Пелевина уже тогда. Когда в прошлом году вышел «Чапаев и Пустота», вот тогда случился бум.

— У меня есть ощущение, что скоро монитор, телевизор, экран кинотеатра будут понемногу сливаться. С чем можно будет сравнить страницу Web — с кадром фильма? Что играет основную роль — текст, расположение картинок, звук?

— Ответа, разумеется, нет. Играет роль все — что-то больше, что-то меньше, в зависимости от сайта. Например, во всем, что делаю я, на «Сеновале» или на «KuzNet», графика не имеет почти никакого значения, потому что графики, как таковой, нет. Там имеет значение исключительно текст, ну и ссылки.» На что больше похожа Web-страница?» — это вопрос из серии «На что больше похож телевизор — на кино или на радио?». Телевизор похож на телевизор.

— Появится когда-нибудь Web-режиссура?

— Конечно, появится. Она уже появилась. Есть разные Web-искусства. Например, Оля Лялина. Ну и, конечно, лет через десять то, что мы сейчас имеем на CD-ROMe, — вместе с режиссурой, мультимедиа и так далее — появится и на Web'e.

— А сами вы бы хотели сделать фильм?

— Хотел и хочу. Но меня отпугивает одно — что у фильма нет того главного достоинства, которое есть у Интернета. Фильм делается с людьми, а с ними надо как-то общаться, что-то им объяснять. Когда делаешь что-то в Интернете, знаешь, что, если получится дерьмо, виноват в этом сам. А в кино всегда можно сказать, что оператор плохо снимал, актеры играть не умеют, музыка дрянная.

— Вы много времени проводите в Интернете?

— Немного. Зависит от настроения, к тому же я не очень люблю сидеть в Интернете. У меня одновременно работает телевизор, и я смотрю кино. Для развлечения в Web хожу достаточно редко. Магический процесс щелканья по ссылкам и блуждания по Сети уже не прикалывает, как в первое время. Обычно я твердо знаю, чего хочу.

С присущей мне скромностью скажу, что применительно к Интернету я человек будущего, то есть человек, который использует Сеть, когда она ему нужна. С одной стороны, я в нем работаю и что-то сам делаю. С другой стороны, это только часть моего жизненного культурного проекта.

— Вы ведете «культурные новости» на «Сеновале». Как он был организован?

— Отлично помню: в начале этого года я неожиданно понял, что в Интернете нет международных культурных новостей на русском языке. К этому моменту я уже несколько месяцев читал ежедневные культурные новости агентства «Рейтер». И выяснилось, что есть куча интересных вещей, которые никогда не попадают в газеты. Захотелось сделать в Сети что-то такое, что продолжало бы традиции газеты «Сегодня»: культурные новости с ярко выраженной авторской позицией. Я позвонил Антону Носику, и он свел меня с Емельяном Захаровым, руководителем и основателем» Ситилайн», и Дамианом Кудрявцевым, менеджером всего проекта. А в марте мы уже выпустили «Сеновал».

— Откуда взялось название?

— Оно на совести Артемия Лебедева. Помните эпиграф на заглавной странице?

«Кузнец нам не нужен.» Так вот, «Кузнец» — это от моей фамилии…

— Много писем приходит на «Сеновал»?

— Не сказал бы. Но интересно то, что часто приходящие письма служат началом какого-то долгого общения. Люди обычно пишут по делу. После пяти выпусков было много писем, что все хорошо, но хотелось бы побольше о России. Поэтому я стараюсь одну-две новости делать про то, что здесь происходит.

— Удалось ли познакомиться с кем-нибудь через Интернет лично?

— Я не сторонник превращения интернетовских знакомств в личные — это не всегда по кайфу.

Я в реальной жизни большой любитель общения достаточно интенсивного, с повышенным эмоциональным градусом. Письма пишу, когда есть соответствующее настроение. А когда встречаешь человека, и оба уставшие, что делать? Идти водку пить? С барышнями то же самое. Одно дело по почте глазки строить… Тем более что мне часто мальчики, а не девочки пишут.

— А почему мальчики?

— Стоит несколько раз поставить в ключевые слова странички слово «гей», проявить положительное отношение к их субкультуре, как на страницу начинают заглядывать представители этой ориентации. Они, конечно, пишут про кино, рекомендуют свои странички… Свиданий пока не назначали.

Меня всегда интересовал физический аспект общения — взгляды, касания, пластика. В Интернете он естественным образом снят. А в реальной встрече он для меня важен и иногда разочаровывает.

— В журнале «Звезда» Сергей Парамонов освещал тему «Сексуальность и искусство». На ваших страничках также активно обсуждается сексуальная тема. Это подсознательно происходит?

— Я не читал Сергея Парамонова, зато читал, скажем, Деррида, Фуко или Батая. Тезис о сексуальности искусства (или об эротизме искусства) настолько общий, что я даже затрудняюсь назвать его автора. То, что у меня много «секса» в «Сеновале», не связано с фрейдистскими механизмами, то есть с моим подсознанием и комплексами. Сексуальность сама по себе очень важна для культуры, и естественно, что эта тема у меня постоянно вылезает.

— Правда ли, что вы хотели стать главным редактором журнала «Искусство кино»?

— Нет, конечно!

— Давайте сядем за компьютер, я буду загружать странички, а вы их откомментируете двумя-тремя фразами.

— Давайте!

— «Кулички».

— Редко посещаю. Отношусь с большим уважением, но это развлекательный сайт. А на развлекательные сайты, как я уже говорил, я почти не хожу.

— «Перекресток».

— Захожу не очень часто, потому что жанр, в котором создается «Перекресток», мне не кажется очень интересным. Кроме того, я подписан на несколько общих листов рассылки с Олегом Буниным и… ээээ… чтение его писем отбивает желание читать другие его проекты…

17
{"b":"191383","o":1}