ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Сами?

— Конечно. Хотя бы на этом ручье.

— Разве можно? — удивленно спросил Андрес.

— Можно.

— А как это «сами»?

— Ну, колхоз или совхоз… что тут у вас? Я таких небольших электростанций много видал. Вода крутит турбины, генератор дает ток, во всех домах светло. Очень просто.

— Сами? — то ли спросил, то ли подумал вслух Андрес. — Очень просто?

Кто знает может быть, именно с этого все и началось?..

Глава третья, где ссорятся лучшие друзья

Повесть о славных делах Волли Крууса и его верных друзей - i_007.png

Волли твердо решил прийти в школу пораньше, чтобы успеть рассказать о своей щуке всем-всем. Особенно Андресу. Пусть почешет в затылке — вот, не пришел, а может быть, эта щука попалась бы как раз ему!

К сожалению, явиться в школу раньше всех Волли никогда не удавалось. Просто невезение какое-то. Когда бы он ни поднялся с постели, как бы ни торопился, звонок всегда заставал его в раздевалке. Он даже пробовал обмануть себя и переводил ходики минут на десять вперед; но и это не помогало, только приходилось еще и мучиться, вычитая в уме эти десять минут, чтобы сообразить, сколько же времени на самом деле…

Вот и сегодня он кое-как нацепил пальтишко на вешалку и под аккомпанемент звонка сломя голову помчался по коридору, чтобы обогнать аккуратного и придирчивого учителя Юхана Ка́эра. Подумаешь, ботаника! Кому это нужно? Словно Волли собирался всю жизнь разводить какие-нибудь однодольные или двудольные…

Но Юхан Каэр не только преподавал ботанику, он был еще и директором Метсакюлаской восьмилетней школы. Так что обогнать его в коридоре было совершенно необходимо.

Волли успел таки прошмыгнуть в раскрытую дверь класса раньше, чем в нее вошел директор, и даже добежал до своей парты. Садиться он не стал — какой смысл усаживаться, когда все равно сразу придется вставать?

Он сидел на самой-самой первой парте, рядом с отличником Андресом Салусте. Тот уселся здесь, потому что был немного близорук. Волли любил думать, что выбрал эту парту из-за того, что дружил с Андресом. Впрочем, в душе он понимал, что посадили его сюда неспроста. Как относились к соседству с ним педагоги, Волли мало интересовало. Но самого его близость учителей, или «учил», как он их для краткости называл, честно говоря, обременяла. А директора Волли прямо-таки побаивался, хотя и его за глаза называл куда короче: «дир».

Действительно, не станешь же разговаривать с Андресом под самым носом у дира! Что же теперь, до перемены ни слова не сказать о вчерашней щуке? Да кто же такое вытерпит? Придется писать…

И в тетради по ботанике, под рисунком цветка семейства зонтичных, похожего на истыканный карандашом зонтик, появилась фраза:

«А я вчера поймал щуку».

Учитель что-то рассказывал. Глядя широкораскрытыми глазами ему в рот, Волли локтем подвинул тетрадку поближе к другу. Тот искоса взглянул, прочел, но только пожал плечами.

«Очень-очень большую щуку», — написал Волли. И, поскольку Андрес опять не заинтересовался, обиделся и приписал: «Я тебя ждал. А ты не пришел. Дурак».

Тут уж Андрес не выдержал. Он придвинул к себе тетрадку Волли и вывел своим красивым почерком: «Сам дурак. Я помогал строить линию электропередачи».

«Врешь!» — молниеносно ответил Волли. Для убедительности он написал это очень крупными буквами. Но вдруг тетрадка отъехала от него и начала медленно подниматься. Она поднималась долго и высоко, потому что директор Юхан Каэр был человеком богатырского роста.

Глядя на свою тетрадку, Волли тоже начал медленно подниматься и так и остался стоять за партой, грустно склонив голову набок. Не везет. Ну что будешь делать, если человеку не везет в жизни!

— Волли Кру́ус, я вижу — ты не собираешься стать ботаником, — произнес директор, изучив содержание записей под рисунком зонтичного растения.

— Да, товарищ директор. Не собираюсь, — скромно подтвердил Волли.

— Но ты мог бы уважать если уж не меня, то хотя бы своих товарищей. А то и Андрес Салусте начинает с тобой в почту играть… Ведь это твой почерк, Салусте?

Андрес быстро встал, вытянув шею, близоруко вгляделся в злополучную страничку и очень удивленно сказал:

— Да, товарищ директор, кажется, мой.

— Та-ак… Впрочем, ты тоже интересуешься не ботаникой, а электротехникой. Даже строишь линии передачи!

Класс расхохотался.

И Андрес вдруг обиделся:

— Простите, товарищ директор, конечно, я виноват. Мы больше не будем переписываться на уроке. Но линию передачи я помогал строить. Монтажникам помогал. Это правда. И они говорят, что на нашей речке можно построить гидростанцию. Тогда будет электричество. У нас.

— Садитесь. Оба садитесь, — сказал директор. Сам он тоже сел за стол. Помолчав, добавил: — О такой гидростанции мы уже думали. Но об этом после. Продолжаем урок. Итак, растения этого семейства…

Ох, и шуму было на переменке! Все побежали к речке, откуда было немножко видно, как вдали поднимали опору. Тракторы тянули ее стальными канатами, и вся железная буква «А» медленно вставала на ноги. Андрес объяснял друзьям, что к чему, и все его слушали. Даже Юри Ку́узик из восьмого класса, который тоже пришел на берег.

— Они поведут линию очень далеко, — рассказывал Андрес. А нам они советовали построить свою электростанцию. Тут, на нашей речке.

— Ишь какие ловкие! — наморщил нос Волли. Могли бы нас осветить и от своей линии.

— «Могли бы, могли бы»! — передразнил его Андрес. — Много ты понимаешь! От их линии нельзя, она слишком сильная.

— И хорошо, что сильная, — упрямился Волли. — Значит, можно!

— Нельзя!

— Можно!

— Нельзя!

— Можно!..

Кто их знает, они, наверно, даже подрались бы, если бы не вмешался Юри Куузик. Юри очень любил физику, всегда возился со всякими штучками, и поэтому все его уважали.

— Правду сказали монтажники, — заявил Юри. — Эта линия очень высокого напряжения, и никто не станет строить здесь понижающую подстанцию, ясно? Это все равно что заставить паровоз чай кипятить. А вот если нам действительно гидростанцию построить — блеск! Электроэнергия! Даже иллюминацию могли бы устроить. Ясно? Радио — не от батарей, а от сети!

— Кино свое пускали бы… — помечтал Рауль Паю.

Директорская дочка Юта всплеснула руками и даже взвизгнула от восторга. Андрес, позабыв недавний спор, таинственно отозвал Волли в сторону:

— Слушай, я стихи сочинил! Почти готово. Вот:

Всегда победа рядом с нами,
В труде упорен пионер.
Мы выйдем стройными рядами
И гидростанцию та-та…

— Что мы сделаем с гидростанцией? — не понял Волли.

— Построим. Там рифма не получилась. Пока. Потом доделаю. Нравятся стихи?

— Не нравятся. Пока, — покачал головой Волли. — И вообще все это не нравится.

— Ты не хочешь строить гидростанцию? — поразился Андрес.

— Когда же ее строить?

— Ну… после уроков. Можно по воскресеньям… Будем копать землю, бороться с водой.

— Нет. Не хочу. Копайся и борись без меня. Что я, дурак, что ли?

— Нет, умный, очень умный, это мы дураки! — обиделся Андрес.

— Правильно! — подзадорил Волли. — Вы копайте, а я щук буду ловить. Знаешь, какие щуки ловятся в Большой заводи? Я вчера…

Но и тут Волли ничего не удалось рассказать. Андрес презрительно посмотрел сверху вниз — ему хорошо, он все-таки повыше! — и процедил сквозь зубы:

— А мы и без рыжих обойдемся!

И пошел в класс. Правда, Волли догнал его и здорово треснул по шее. Но Андрес, даже не обернувшись, больно стукнул друга локтем в нос. Да как больно!

Впрочем, и это можно было бы стерпеть, если бы все происходило с глазу на глаз. Чего не бывает между друзьями! Но тут же рядом болтался толстый Рауль. И, конечно, он все слышал. Все! Даже страшное оскорбление — Волли терпеть не мог, когда его называли рыжим!

3
{"b":"191391","o":1}