ЛитМир - Электронная Библиотека

Видя, что его не понимают, селянин махнул рукой и, снова ткнув себя в грудь, сказал:

‑ Я Пьер Ламер, здешний бортник.

‑ Я Фёдор Чугунов. Федя.

Замялся, вспоминая, как по‑французски "учёный". О, вспомнил! Савант!

‑ Я учёный.

‑ О‑о, очень хорошо!

Пьер предложил Феде сесть рядом с ним на облучок и продолжил движение, не прекращая беседы. Если он правильно понял рассказ Пьера, то шёл он через Мерль ‑ самую крайнюю деревню некой Империи, юго‑восточный край местной географии. Действительно, селение было каким‑то полузапущенным, а часть домов ‑ явно заброшенными. Даже их дворы и огороды заросли непонятно чем.

Через некоторое время, как ни странно, оба объяснялись довольно свободно. Способности к языкам у Фёдора всегда были отменные. Да и жестикуляция, что ни говори, значительно упрощает дело. Постепенно, после бурного махания руками и бесконечных уточнений, Федя понял, что действительно оказался "не дома", но не в прошлом, а в параллельном…

Мир, из которого он сюда так нежданно угодил, здесь называют Изумрудным миром, а людей того мира ‑ изумрудниками. Мир, расстилавшийся вокруг, звался Оранжевым миром. Именно это пытался втолковать ему селянин, когда Федя ошибочно решил, что тот представляется ему апельсином. Он, правда, так и не понял ‑ привнесённые это обозначения или самоназвания.

Зверя, который за ним гонялся, Пьер назвал "дронг". Выяснилось, что этот ящер не хищник,а травоядный и просто не любит, когда заходят на его территорию и нагло объедают его малину.

‑ А часто здесь бывают изумрудники?

‑ Нет, ‑ покачал головой бортник, ‑ иногда. Но никто уже не удивляется. Привыкли. Миров много. Таких, как твой и мой. Все разные. И люди тоже разные.

‑ А вы там, у нас, бываете?

‑ Нет. Маги бывают.

‑ Кто? ‑ не понял Фёдор.

Ослышался, что ли? Но маг и по‑французски звучит практически так же… Пёс его знает, это параллельное пространство… А вот интересно… в Феде вдруг проснулся учёный.

‑ А эльфы, тролли и гномы тут есть? ‑ эти‑то слова он помнил великолепно. Они когда‑то, классе эдак в шестом, разучивали французскую песенку про этих сказочных персонажей. Подсознательно он был готов к тому, что Пьер засмеётся или покрутит пальцем у виска… ну, или что‑нибудь в том смысле ‑ что, мол, с ума сошёл? Потому был совершенно ошарашен его ответом.

‑ Есть, есть, ‑ безразлично кивнул головой бортник, ‑ лучше бы не было, конечно. Металлы сейчас только у гномов купить можно. Но они очень жадные! От их цен с ума сойти можно!

Пьер с досадой сплюнул. Видно было, что тема это старая, наболевшая, не раз и не два обсуждаемая среди своих.

‑ Не понимаю, ‑ удивился Фёдор, ‑ они, что, владеют всеми рудниками?

‑ Какими рудниками? ‑ Пьер уставился на парня, как на папуса времён Миклухо‑Маклая, ‑ За пятьдесят тысяч лет нашей истории всё давным‑давно истрачено! А гномы и кобольды ведут сверхглубинную добычу металлов, но тех совсем мало.

‑ Тебе ещё повезло, ‑ хмыкнул неожиданно Пьер, ‑ что ты не нарвался на зоргха.

‑ На кого? ‑ не понял Фёдор.

‑ Зоргх, ‑ не моргнув глазом, повторил тот, но, видя, что изумрудник его не понял, озадачился. Потом объяснил, что это зверь, похожий на дронга. Только гораздо крупнее, мощнее да ещё и плотоядный.

У Чугунова натурально глаза полезли на лоб. Ну, это уже слишком. Тиранозавр, что ли? Он почувствовал себя ребёнком, которому старшие пацаны во дворе сказали, что Деда Мороза на самом деле нет. Придя в себя, он засыпал селянина вопросами.

После пространного объяснения бортника стал вырисовываться образ разумного ящера, добыть которого очень непросто. Регулярно охотиться на него приезжают разные графы и бароны со свитами и проводниками. Для Феди действующие графы и бароны были не меньшей экзотикой, чем сами зоргхи, но он не стал подавать вида. И так уже, похоже, выглядит в глазах Пьера форменным дикарём, не знающим самых простых вещей.

Он не был уверен, что понял правильно, но из рассказа Пьера следовало, что охота на ящера больше походила на "бои местного значения". Где с одной стороны зоргх и группа поддержки из десятка дронгов, а с другой ‑ более сотни охотников в воинских доспехах. Последние годы, причём, по уверению Пьера, совершенно бесчестно, побеждает местный зоргх. Что уж там он такое нарушает из правил, Чугунов так и не понял. Но, тем не менее, охотники упорно съезжаются каждые полгода, несмотря на обилие тяжёлых ранений и даже нередких смертей.

‑ Охота пуще неволи, ‑ согласился Фёдор, думая о своём.

Видя, что собеседник не понял, он, как мог, постарался объяснить смысл этой русской поговорки.

Поняв, не без труда, смысл сказанного, Пьер, смеясь, кивнул.

‑ Да чем тут ещё графам и баронам заниматься? Только охотиться или воевать. Им землю пахать не надо…

Пользуясь удачей, оттого что спутник попался словоохотливый, младший научный сотрудник дал волю своему научному любопытству. Благо, дорога до города Аргента, куда оказывается они ехали, оказалась неблизкой. Постепенно картина здешнего Мира начала, в общем, вырисовываться. Обитатели Оранжевого мира представляли собой довольно разнообразный контингент, включая "малые народы".

Гномы, как им и положено (если верить земным сказкам) занимались, в основном, добычей и обработкой металлов и камня. Впрочем, как теперь понимал Фёдор, добывать тут уже было практически нечего. То есть, металл используется вторичный и стоит очень дорого. Сталь, по крайней мере, стоит намного дороже золота. При этих словах Пьера Федя вспомнил о лежащем в кармане выкидном ноже. Здесь, очевидно, эта штука должна стоить дорого. А ещё наручные электронные часы, монеты в кармане брюк и сотовый телефон. Нет, с голоду он тут, определённо, не пропадёт. Средний рост гномов ‑ метра полтора. Но все, как один, крепкие, плотные, и очень сильные.

Эльфы тоже мало отличались от тех, о которых писали их сказочники. Разве что ростом. В противовес известной книге Толкиена средний рост здешних эльфов был примерно на ладонь выше, чем у гномов. То есть, как с научной добросовестностью прикинул Федя, сантиметров, в среднем, сто шестьдесят. Живут в лесах, очень хорошо их знают, любят, и, как могут, берегут. Попутно, выращивают любые, даже не существующие в природе, растения и деревья. Эдакие не всегда юные натуралисты‑мичуринцы. Людей, гномов и прочих обитателей этого мира неэльфийской породы они не то, чтобы недолюбливают, но сторонятся, считая слишком грубыми и неизящными.

‑ Очень уж нежные, ‑ презрительно скривив губы, прокомментировал рассказчик.

Что такое кобольды и чем они, в принципе, отличаются от гномов, Фёдор, несмотря на попытки уточнить, так и не понял. Разве что ростом пониже и живут совсем обособленно, в горах и предгорьях.

4
{"b":"191403","o":1}