ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Конечно, — пообещала девушка.

— Ну, хорошо. Теперь поспи еще немного, детка. Прости, что побеспокоила.

Конечно же, заснуть Хейвен не смогла. После разговора с матерью она еще долго сидела, сжав мобильник в кулаке.

— Что случилось? — поинтересовался Йейн. — Это твоя мама?

— Бью исчез, — пробормотала Хейвен. Дисплей телефона погас, и она уставилась в темноту, окаменев от страха. — Вчера вечером он улетел в Нью-Йорк, и с тех пор — все заглохло. Отец Бью хотел разыскать Роя Брэдфорда, но похоже, такого человека не существует.

Теплая рука Йейна легла на плечо Хейвен.

— Может, Бью прислал тебе письмо?

Надежда всколыхнулась в ее сердце. Ведь она весь день провела в пути и ни разу не проверила входящие сообщения!

— Точно, — кивнула она и ввела пароль почтового ящика. — Да! — прокричала она, увидев значок в виде нераспечатанного конверта рядом с именем Бью.

Хейвен кликнула на иконку, и послание открылось.

«ПЭН-ПЭН, ПЭН-ПЭН»,[5] — вот и все, что написал Бью. Мобильник мягко выскользнул на пол. Ужас с такой силой сковал Хейвен, что она перестала владеть своим телом.

— Хейвен, тебе нехорошо? — Йейн подобрал телефон и прочел письмо. — Что за «пэн-пэн»?

— Мы с Бью так говорили, когда были маленькими, — прошептала Хейвен, когда к ней вернулся дар речи. — Он в беде. Бью послал сообщение через несколько часов после того, как его самолет приземлился. Видимо, что-то случилось, когда он прибыл в Нью-Йорк, но он никому не позвонил, не попросил помощи. Значит, он не мог этого сделать. То ли он ранен, то ли его где-то удерживают против его воли. Черт! Почему я не догадалась, что Ройд Брэдфорд слишком уж хорош! Одного того, что он знал Бью в прошлой жизни, мало. А вдруг Наддо был психопатом? Или Пьеро разбил ему сердце, и Наддо семьсот лет ждал шанса отомстить? И…

Чудовищные варианты. Когда Бью рассказывал Хейвен о предстоящем свидании, она понадеялась на лучшее. А следовало приготовиться к худшему. Она знала, что реинкарнация чревата кровавыми вендеттами, а не только встречами с вечными возлюбленными.

— Что ж, тогда решено, — заявил Йейн и встал с кровати.

— Что? — Глазами, залитыми слезами, она посмотрела на Йейна.

— Сейчас я закажу билет на самолет до Нью-Йорка. Я сумею наскрести денег, чтобы нанять частного детектива и выследить Роя Брэдфорда. У меня есть знакомый…

— Нам не нужен частник, Йейн. Я позвоню отцу Бью и скажу ему, чтобы он связался с полицейским департаментом Нью-Йорка.

Щелкнул выключатель, и в комнате стало светло. Утерев слезы, Хейвен увидела, как встревожен Йейн.

— Скорее всего они не сразу начнут поиски. Бью — взрослый парень, и еще суток не прошло с тех пор, как он пропал.

— Но медлить нельзя! Вдруг он ранен? — произнесла Хейвен в отчаянии.

Если бы она умела путешествовать во времени, она бы своими руками прикончила Наддо, не дала бы ему притронуться к Бью. Она почувствовала, как ее пальцы сжимаются на его глотке… но его лица она вспомнить не могла.

— Погоди, Йейн! — воскликнула она. — Что ты помнишь о Наддо? В те времена в нем было что-либо необычное? Какой-нибудь редкий талант?

— Минутку. — Йейн зажмурился. — Как-то раз Пьеро сообщил мне, что у Наддо здорово подвешен язык. Он работал на одного из важных людей, правителей Флоренции. Но это не поможет нам узнать Наддо в его нынешнем воплощении. Жаль, мне не удалось лично с ним встретиться.

Хейвен внезапно осенило:

— Как ты думаешь, а я могла быть тогда знакома с Наддо?

— Конечно. Наверняка Пьеро захотел бы представить своей сестренке возлюбленного.

— Если так, то у нас есть шанс, — Хейвен пристально посмотрела на Йейна. — Но как нам выследить его?

Йейн сел на стул у окна и провел рукой по волосам.

— Это выстрел вслепую.

— Ты уверен? — напряглась Хейвен, которая уцепилась за свою идею, как за соломинку. — Сегодня у меня уже было видение. А что если я вернусь к тому палаццо и смогу вызвать у себя новое!

— Стоп, Хейвен. Давай все продумаем. Допустим, ты сумеешь удостовериться в том, что Наддо был наделен каким-то необычайным даром. Например, он являлся величайшим лютнистом в Италии. Или блестящим наездником. И что ты скажешь полицейским? Если ты начнешь говорить о реинкарнации, тебя сочтут чокнутой. Нужно отыскать того, кто отнесется к нам серьезно. Вот почему…

— Да! — воскликнула Хейвен. Она не смогла сдержаться. У нее в мозгу словно бомба взорвалась. — Если Наддо сейчас живет в Нью-Йорке и помнит о своих перевоплощениях, готова голову дать на отсечение — он захаживал в Общество «Уроборос». Даже если он официально не вступил в «ОУ», там есть его личное дело!

Она думала, что Йейн встретит ее догадку аплодисментами, а он уставился на нее так, будто не поверил собственным ушам.

— Ты хоть понимаешь, что ты только что сказала? — спросил он. — Нам нельзя и близко приближаться к Обществу «Уроборос».

— Должен быть выход! — настойчиво проговорила Хейвен. — Это же Бью. Я стольким ему обязана.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Однажды, когда Хейвен училась в седьмом классе, она обнаружила в школьном шкафчике веселую розовую открытку. Это было приглашение на вечеринку с ночевкой. Гостей созывала Морган Мэрфи — самая популярная девочка в школе. Они дружили, пока «припадки» Хейвен не отпугнули от нее всех, кроме Бью. И вдруг у Хейвен появилась возможность вернуться на законное место рядом с Морган.

В тот день она сидела за столиком в столовой рядом с Морган и шушукалась с девчонками, которые игнорировали ее целых три года. А Бью ел свой ланч в одиночестве. После уроков Хейвен со всех ног помчалась домой, чтобы похвастаться перед бабушкой. Та сочла приглашение в гости знаком того, что беды их семьи наконец-то останутся позади.

Вечером следующего дня Мэй Мур подвезла свою дочь к коттеджу Мэрфи. Хейвен положила свой спальный мешок у парадной двери и позвонила. Только спустя пять минут она поняла, что Мэрфи уехали. Никакой вечеринки и не намечалось.

Хейвен следовало позвонить матери, чтобы та забрала ее, но она этого не сделала. Смеркалось. Она решила поискать место, где бы разложить спальник. Мысль о том, что придется провести ночь в одиночестве, во дворе Мэрфи, пугала ее. Но она не могла пойти домой. Она едва не сгорела со стыда. Меньше всего ей хотелось сообщать бабушке, что над ней так жестоко подшутили.

А Бью был тут. Он взял в одну руку спальник Хейвен, а другой — обнял ее.

— В следующий раз, когда я тебе понадоблюсь, шли такую смску: «пэн-пэн». Поняла? П-Э-Н П-Э-Н.

— «Пэн-пэн»? — удивленно переспросила Хейвен.

— Отец мне объяснил, что так говорят в армии. Кажется, это что-то означает по-французски.

— Почему бы им просто не позвать на помощь? Зачем произносить такие глупые слова?

— Откуда я знаю? И перестань задавать вопросы. Я голодный, как волк. Хот-догов хочешь?

— Ага, — кивнула Хейвен. Она ничего не ела уже несколько часов, и у нее кружилась голова.

Они вместе прошагали милю до дома Декеров. А потом отец Бью развел во дворе костер, и они жарили маршмэллоу.[6] О несостоявшейся вечеринке никто не упомянул. Это была одна из лучших ночей в жизни Хейвен.

Перебирая детские воспоминания, Хейвен нашла там десятки подобных случаев. Бью всегда выручал ее — даже тогда, когда она этого не заслуживала. И теперь она сможет воздать ему должное. Чего бы это ей ни стоило, она не допустит, чтобы с ним случилась беда.

Миновало два дня со времени исчезновения Бью. Бен Декер обратился в Нью-Йоркский департамент полиции с заявлением о пропаже сына, но никого не устраивало то, как продвигаются поиски. Не было ни единой зацепки. Впечатление создавалось такое, что Бью сошел с трапа самолета в аэропорту Ла Гуардия и исчез без следа. Копы посоветовали отцу Бью приготовиться к худшему. Но Хейвен чувствовала, что еще есть время спасти ее лучшего друга. Маленькая искорка надежды — без каких бы то ни было доказательств — помогала ей не впасть в отчаяние.

вернуться

5

Pan-Pan (от франц. panne — поломка) — сигнал в голосовой радиотелефонной связи, обозначающий возникновение аварийной ситуации. При этом транспортное средство и его пассажиры подвержены конкретной угрозе, однако отсутствует угроза их жизни и немедленная помощь не требуется.

вернуться

6

Маршмэллоу — зефироподобные конфеты, состоящие из сахара или кукурузного сиропа, желатина и других ингредиентов, взбитых до состояния губки. Самый известный способ приготовления в Америке — это жарить пастилки на костре, во время лесных пикников. Разогреваясь, маршмэллоу увеличиваются в размерах, внутри становятся воздушными и тягучими, а сверху приобретают коричневый цвет.

11
{"b":"191427","o":1}