ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- Гасить Лысого! - с пионерским задором призвала Эммануэль.

Однако братва не спешила ее поддержать. Уж больно высока крыша.

- Я спросил, какие будут идеи, - повторил босс, строго посмотрев на Ядреного.

- Сдается мне, педераст Дрочилло над нами конкретно постебался, - сказал Ядреный, лишь бы уйти от конкретного ответа.

- Педераст Дрочилло над нами или Лысый мудило над свадебной кассетой? - риторически скаламбурил Большой.

- Мочить Лысого!!! - воскликнула Эммануэль.

- Заткнись, чернушка, я слышу, - попросил Патрон и начал по-новой сверлить глазами Вячеслава Ивановича.

- Хм... Хм... - хмыкнул генерал. - Вне всяких сомнений, имело место половое извращение, - гибко заметил он, обходя кличку Лысого и норовя свалить всю ответственность на педераста Дрочилло. - По последним сведениям, на свадьбе были замечены пятнадцать-двадцать заключенных, без моральной поддержки которых педераст Дрочилло никогда бы не рискнул приблизиться к ягодицам нашего общего друга ближе, чем на расстояние пистолетного выстрела. Милиция также располагает неопровержимыми свидетельствами того, что варварское уничтожение памятника новорусской архитектуры на Зеленом острове - дело орудий импортного производства: переносной итальянской гаубицы, малогабаритной японской пушки и изящного французского миномета.

Патрон уничижительно улыбнулся Законному, осторожная речь которого ничуть не затронула существа дела.

- И почему я тебя до сих пор не съел, зараза? - Потом он повернулся к Подсудному: - А ты что скажешь?

Подсудный малодушно пожал плечами:

- Сладострастие Дрочилло иррационально, Патрон. Овладей он нашим общим другом не по расчету, а по любви, сенсации бы не произошло. Те, кто близко знал педераста Дрочилло, со мной должны согласиться. - Подсудный доверительно оглядел присутствующих.

Но никто с ним не согласился.

- Ядрёный! - позвал Патрон, оставив в покое малодушного Подсудного. - Ты бы хоть не молчал, друган.

И тем не менее друган Ядрёный продолжал молчать.

Доведенный до ручки Патрон плеснул в стакан триста граммов водки и безнадежным залпом испил чашу до дна.

Да, мужики не горели желанием без явных улик обострять отношения с Лысым. И Эммануэль поняла, что ее час пробил. Она вдруг на глазах начала перерождаться из глупой трусливой коровы в отважного мужлана и брать нити базара в свои черные руки.

- Если Большой Патрон не против, я позволю себе высказать то, что пока никто из вас не решился озвучить.

- Не темни, чернушка, - попросил Патрон.

- Если Большой Патрон не против, я добавлю себе молочного коктейля.

- Я хочу, чтобы ты добавила себе молочного коктейля, - милостиво кивнул босс.

- И децел пошмалю. - Пользуясь случаем, Эммануэль обнажила конопляную пионерку.

- Пошмали, пошмали, - разрешил Патрон.

Задымив парево, Эммануэль еще более непринужденно продолжала:

- Давайте так, пацаны... Коли мы тут забурились шмонать козла отпущения, будь то педераст Дрочилло или сам сатана, весь наш базар ни к черту. Пока мы реально не вычислим конкретную падлу, которая оттопыривается с наших обломов, хрен чё у нас встанет.

- Складно брешет, сучка! - похвалил Подсудный.

- Хм! - хмыкнул Законный. - В этих слова есть зерно истины.

- Дело базарит тетка, - одобрил Ядрёный.

- Говори, Эммануэль, - кивнул Патрон.

- Если затраханный медиамагнат Булыжник, бомбежка на Зеленом острове и ночные пожары на почти принадлежавших Назару бензоколонках не звенья одной спланированной цепи, то я больше не чернуха Эммануэль, а Золушка на посудомойке. Мы с вами прекрасно понимаем, что коварный план рассматриваемых здесь злодеяний мог родиться лишь в гладкой балде авторитета Лысого: никакой другой дундель не в состоянии вместить в себя столько гнили и тухлятины (исключая разве что почтенную голову присутствующего в наших рядах Большого Патрона)...

- Это комплимент? - не понял Патрон.

- Это очень даже комплимент, - подтвердила Эммануэль.

- Говори дальше, чернуха, - кивнул Патрон.

- Нас не должен вводить в заблуждение внешний блеск макушки Лысого. Доколе нам суждено стрематься и шугаться Василия Бляху?! В натуре он такой же прогнивший, как и мы с вами. Давайте наконец смело взглянем на то, что он натворил перед носом Большого Патрона, сделаем далеко идущие выводы и примем кардинальные решения! - распалялась Эммануэль. - Все, чё наша братва поимела от ликвидации бензинового короля Квалдецкого, это несколько жалких кусков мяса и ни единой реальной бензоколонки! От замужества Булыжника - то же самое, сплошной убыток. От шикарного особняка Патрона не оталось дырявой головешки. А кто скупил акции нашего телеканала?! Какой гаврик впихнул шнобель в нашу информационную клоаку?! Если так дальше пойдет, нас скоро не пропустят в здание телецентра! Сколько это будет продолжаться? Доколе мы будем уходить от ответа? Я утверждаю, что нам всем стоит немедленно ответить на вызов: назвать вещи своими именами в прямом эфире (пока к нему еще есть доступ) и завтра же ввязаться в крупномасштабную войну, которую исподтишка начал вести Лысый мудак против Большого Патрона. Если мы сегодня проглотим нанесенные моральные и материальные увечья, завтра нас заставят глотать друг друга. Итак, война, кенты, война любыми средствами! - амбициозно призвала Эммануэль, взмахнув косяком. - Другого выхода я не вижу.

От столь изящного дедуктивного пасьянса Большой Патрон с уважением открыл рот, а генерал Законный ревниво хмыкнул, он понимал, что его собственная версия данных преступлений и поиска средств к возмездию заметно проигрывала трактовке Эммануэль в смелости и красноречии.

Кстати, о средствах. В Черном зале воцарилась озабоченная интеллектуальная пауза: авторитеты усиленно шевелили мозгами, приблизительно прикидывая, в какие "средства" обойдется им "крупномасштабная война" с Лысым, ведь у Лысого со средствами тоже было недурно.

- Жанна д'Арк, твою мать... - с сомнением произнес Большой Патрон.

Законный осторожно хмыкнул. Ядреный с Подсудным колебались. Пока никто не воспылал воинственными настроениями. Зная, что уголовники больше доверяют крапленым картам, нежели человеческой логике, Эммануэль рассыпала колоду коварных картинок на черном столе, и ее черные пальцы начали ловко доводить дедуктивные выкладки до зримого и, увы, печального результата. В противном случае она рисковала застрять со своими революционными идеями на полпути и снова глотать оскорбления подозрительного Большого Патрона.

Перед братвой сразу появились два короля.

- Какой резон Лысому добиваться устранения Патрона? - начала комментировать расклад сил Эммануэль, коварно щурясь. - В первую очередь это оборот наркоты... - Она солидно попыхтела пионеркой в правом углу рта и выкинула следующую карту - крестовую девятку. - Лысый желает полностью перевести снабжение города товаром на внутреннего производителя.

- А чё он еще желает? - усмехнулся Патрон, понимая тщетность претензий Лысого на рынке транквилизаторов.

- Еще он желает подмять под свою лапу Законодательное собрание. - Эммануэль сбросила две шестерки.

- Да ты че?! Ты спятила, снегурочка?! - Патрон расхохотался, словно десятилетнее дитя, которому показали палец.

- Так говорят карты. - Эммануэль спокойно подвинула Большому две шестерки.

- Да ты че? - Он вдруг понял, что она не шутит, прекратил ржать, надел очки и тревожно уставился на разложенные картинки.

Тем временем, покосившись на Законного, Эммануэль скинула ему двух валетов:

- Лысый постепенно берет под контроль милицию, Славик. Будь начеку.

Вячеслав Иванович раздраженно хмыкнул.

- Лысый стремится встать во главе всех противоправных элементов Отвязного края, -- продолжала заряжать мисс Каннибал, демонстрируя Подсудному пиковую семерку и крестового туза, - чтобы объединить их под крылом дубосаровской ОПГ.

Борис Подсудный машинально обнажил заточку.

- На твоем месте, Борька, - усмехнулась Эммануэль, - я бы не хлопала ушами ни днем, ни ночью. А на твоем, Назар... - Она извлекла из колоды червовую даму и накрыла ее пиковым тузом: - ...Я бы ваще застрелилась, твою мать: вместо любовного приключения тебя ждут финансовые проблемы!

44
{"b":"191486","o":1}