ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Трава для Тортилы

Широкая тенистая дорожка тянулась мимо их терраски куда-то в глубь сада. По левую её сторону и по правую стояли одинаковые стандартные домики, похожие на тот, в котором они только что поселились.

По этой дорожке и побежали мальчики — впереди Вася, за ним Игорёк и Гриша.

Показав на один из домиков, Васька сказал:

— Тут Лёша живёт…

— Ты откуда знаешь? — удивился Гриша.

— Знаю. Видишь, на доме написано «третий отряд». А Лёша — в третьем. Он даже помощник вожатого у них.

И правда, на терраске стоял сам Лёша, только без удочек и полевой сумки.

— Это куда же мелюзга собралась? — увидав их, полюбопытствовал Лёша. — Эй, как тебя… Вася!

Васька кинул на Гришу взгляд, в котором блеснула не только гордость, но и превосходство: вот как он подружился с Лёшей из третьего отряда — Лёша не только узнал его, но тотчас окликнул по имени.

— Мы за травой, — ответил Вася.

— За какой травой? — спросил Лёша и шагнул к ним сразу через все четыре террасные ступеньки.

— Для Тортилы! — вступил в разговор и Гриша.

Ему тоже не терпелось поскорее подружиться с таким важным мальчиком из третьего отряда.

— Для какой Тортилы?

Игорёк показал корзинку, в которой сидела черепаха:

— Вот для этой!

Лёша сперва заглянул в корзинку, а потом сказал:

— Идёмте, я вам покажу, где лопухи растут. Вот эдакие! Каждый как шляпа.

— Игорёк, — спросил Гриша, с интересом посмотрев на корзинку, — твоя Тортила лопухи ест?

— Не знаю. Я ей не давал ещё лопухов.

— Можно спросить Лену Фокину из второго отряда, — подумав, проговорил Лёша. — Она у нас знающая…

Мальчики с Лёшей во главе побежали к самому крайнему из домиков, стоявшему почти в лесу.

— Лена Фокина! Лена Фокина, где ты? — крикнул Лёша, подойдя к окошку.

Из окошка выглянула девочка в очках. Вид у нее был действительно очень знающим.

— Кто меня?

— Скажи, черепахи едят лопухи или нет? — Спросил Лёша.

— Вечно с глупостями! — рассердилась Лена. — Вечно с чепухой!

— Ничуть не с глупостями. Отряд малышей привёз черепаху, а не знает, чем её кормить. Дай справку.

— Тогда погодите! — Лена исчезла в комнате.

Она появилась ровно через минуту. В руках у неё была толстая книга.

— Здесь написано целых двадцать страниц про черепах, — сказала она. — Я сейчас прочту и вам скажу. А пока кормите обыкновенной травой. Не повредит, я думаю.

Васька торжествующе взглянул на мальчиков:

— Я же говорил, что высмотрел, где тут растёт хорошая трава!

Лёша с ними не пошёл, но крикнул им вдогонку:

— Далеко не убегайте — там болото!

Хотя травы вокруг было сколько угодно и Грише казалось, что всюду она одинаково хороша — и густа и зелена, — Вася бежал всё вперёд и вперёд, и оба мальчика от него не отставали.

Наконец он покрутил головой туда-сюда, зачем-то похмыкал носом и свернул с дорожки в сторону. Здесь, на круглой полянке, со всех сторон скрытой кустами, трава пестрела жёлтыми одуванчиками. Некоторые уже отцвели и стояли на высоких ножках, круглые и прозрачные, готовые улететь, лишь только сильнее подует ветер….

— Вот! — сказал Васька. — Тут!

Таня ищет мальчиков

Гриша с Игорьком присели на корточки и принялись рвать траву. Но Васька ничего этого делать не стал, а просто взял корзинку, перевернул набок и вывалил из неё черепаху: пусть сама ищет, чего ей хочется.

Сначала черепаха никуда не двигалась. Наверно, ей понравилось, что вокруг столько солнца и зелёной травы, и она тихонько посиживала под своим панцирем. Но потом она выпростала четыре короткие серые лапы, высунула головку, огляделась и пошла. Она шла не торопясь, всё время тыкаясь носом, будто выискивала, чем бы ей закусить после дороги.

— Очень проголодалась, — вздохнул Игорёк.

Гриша подсунул ей целую пригоршню сорванной травы. Но траву черепаха есть не стала. Обошла её стороной и побрела дальше. Потом остановилась у куста одуванчика, словно о чём-то раздумывая.

И мальчики увидели, как она жадно стала грызть вырезные листья.

Вот тут и догадайся! Оказывается, из всех трав ей нужны были именно эти горькие листья, из стеблей которых выступало липкое белое молоко.

И вдруг все трое услыхали сначала издали:

— Гриша Бочаров!..

Потом ближе:

— Вася Скалкин!..

Потом ещё ближе:

— Игорёк… Где вы?

— Ой! — тихонько сказал Гриша, лицо у него стало растерянным. — Это Таня… Она нас ищет.

Он хотел было выглянуть из-за кустов, но Васька не позволил.

— Пусть поищет… Пусть поищет… — с каким-то злорадством прошептал он несколько раз.

А Танин голос, всё приближаясь, выкрикивал по очереди их имена:

— Гриша… Вася… Игорёк…

Потом они увидели и саму Таню. Она остановилась возле тех кустов, за которыми они сидели. Наверно, она их давно искала. Лицо у неё раскраснелось, а глаза были теперь не сердитые, а испуганные.

Гриша снова сделал было движение, чтобы показаться Тане, но Васька с силой пихнул его в бок и погрозил кулаком.

Гори, наш костёр! - i_013.png

А Таня, постояв немного возле кустов, побежала дальше по отлогому спуску.

Гриша с негодованием посмотрел на Васю:

— Не хочу я больше здесь сидеть! Она нас ищет, а мы не откликаемся. Не хочу так… Это — нечестно!

У Васи тоже был какой-то пристыженный вид.

— Ну, чего ты… — пробормотал он. — Ну давай выйдем…

И тут они увидали Лёшу. Вероятно, Лёша тоже их искал: он шёл медленно и внимательно глядел по сторонам.

— Смотрите, смотрите, как она хрупает! — своим тоненьким голосом закричал Игорёк.

В порыве нежности, наклонившись к черепахе, он поцеловал её твёрдый коричневый панцирь.

Лёша услыхал, шагнул за кусты и увидал всех троих.

— Чего ж вы сидите и молчите? Не слышите, что ли, как вас вожатая ищет? — И тут же он принялся кричать: — Таня, Татьянка, иди сюда! Они здесь. Вот они!

Таня не бранила не стыдила, хотя она и поняла, что они нарочно ей не откликались, когда она только что стояла рядом с ними и звала их. Она только посмотрела на Гришу, потом на Васю и тихо сказала:

— Эх, вы!..

Зато Лёша их как следует отчитал. Он сказал, что в лагере такой порядок: если вожатая зовёт, ей сразу отзываются. И пусть они это запомнят раз и навсегда.

Затем они все пошли обратно в лагерь. Впереди шёл Лёша. В одной руке он нёс корзинку с черепахой, другой держал за руку Игорька. А тот взахлёб рассказывал, с каким аппетитом его Тортила ела одуванчики: она ими так хрупала, будто сахар грызла!

Сзади с виноватым видом плелись Вася и Гриша. Вася ещё старался сохранить какую-то независимость, а Гриша, тот окончательно приуныл. Ему хотелось, чтобы Таня хоть что-нибудь сказала им, хотя бы побранила как следует. Но она шла молча, лишь у неё было усталое. Она даже не отбивалась от своей всегдашней надоедливой прядки, хотя прядка эта сейчас уныло свисала ей прямо на глаза…

А навстречу им бежала Лена Фокина:

— Мальчики!

Она остановилась возле них. В руках у неё была всё та же толстая книга, которую она и раскрыла, остановившись подле них. Поправив очки, хотела было читать:

— Тут вот что написано про черепах…

— Уже не надо, — остановил её Лёша. — Оказывается, она лопает простые одуванчики…

— Одуванчики? — переспросила Лена Фокина. Лицо у неё стало очень удивлённым. Она поправила очки и снова открыла книгу. — Здесь про одуванчики ничего не сказано. Здесь сказано, что черепахи едят лягушек, саламандр и разных червяков…

— Нет, — сказал Лёша и засмеялся. — Эта черепаха у них, видно, другой породы. Она такого есть ни за что не станет…

После трудного дня

Наконец окончился первый лагерный день и наступила ночь. День этот был труден для всех в лагере: и для поваров, и для врача Веры Михайловны, и для начальника лагеря Вадима Николаевича, и для старшего вожатого Серёжи.

5
{"b":"191516","o":1}