ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

   Как же я хохотал, прочитав эти строки! Бедный, бедный Хианк-Сарн. Он так старался, а в конечном итоге оживлять его стали не какие-то там пунктуальные и педантичные немцы, а русские, народ творческий, который стремится улучшить своими рационализаторскими предложениями даже то, что улучшать не требуется. Такими своими действиями они хотя и оживили мага, но сделали его при этом чуть ли не калекой на очень продолжительный срок, почти инвалидом, ведь магические формулы, прямо связанные с такими сложными способами физического воздействия, не терпят никаких усовершенствований. Ох, и вопил же, наверное, Хианк-Сарн, когда понял, чем именно русские учёные согревали его тело и смывали с него ядовитую мазь. Впрочем, прочитав ещё несколько страниц, где Дмитрий Сергеевич Ильин описывал, как они зверски издевались над невезучим магом, я дошел до таких строк:

   - Три дня назад дьявол проснулся и взревел столь чудовищно громким голосом, что его было слышно, даже не смотря на то, что я выключил на ночь динамики. Я немедленно бросился к телевизору и включил его. Атлант открыл все свои три глаза и изрыгал проклятья в наш адрес. Встать со своего постамента он не мог, но орал так, что его было слышно даже в жилом отсеке. Хорошо зная к этому времени язык атлантов, я вскоре понял, что он кричал нам: - "Подлые, мерзкие твари! Что вы наделали? Вы отняли у меня почти всю мою силу! Даже ангелы и те не смогли бы сделать со мной этого! Ну, погодите, вы плохо знаете того, кому бросили вызов. Я восстановлю свои силы и покараю вас. На Земле не останется ни единого живого существа. Я всё уничтожу!" Вот тут-то я и понял, что мы возродили к жизни не древнего воина-мага из погибшей Атлантиды, а дьявола и принял решение замуровать его в этом подземелье, что и сделал, приказав дежурной смене срочно подняться наверх. Как только лифты поднялись, я нажал на кнопку, и ствол шахты заполнился компонентами быстросхватывающегося, невероятно прочного бетона и теперь дьяволу предстоит сначала выбраться из стального ящика, а затем прогрызть пять метров прочнейшего железобетона. Господи, я всегда был атеистом, прости меня за все мои грехи.

Глава четырнадцатая

Не так всё просто, как порой кажется

   Прочитав последние строки, я улыбнулся. Секретный русский учёный, злодей Берия, а также множество других советских людей, давно уже умерших, сделали всё, чтобы люди не пошли по пути атлантов и их предшественников. Благодаря их усилиям, мне противостоял полудохлый маг-инвалид, которому нужно было ещё тридцать лет восстанавливать свои силы, а вовсе никакой не дьявол. Что же, с таким противником был согласен сразиться даже я, вот только мне вовсе не хотелось брать в руки кирку и лопату, чтобы прорыть проход к нему. Что же, если дела обстояли таким образом, то моя преждевременная смерть точно отменялась и это меня радовало. Магическую синюю дрянь я ведь мог уничтожить всё тем же огнём, но уже не применяя заклинаний высшей магии. Тут вполне хватит самой обычной металлургической магии, и я сотворил ещё пять двойников, но уже не таких мощных, как первая троица, и направил их в бункеры.

   Жаль, конечно, что советская экспедиция, направленная в Алжир, не привезла с собой иринитовое кайло. Наверное, они просто не смогли его поднять. Ещё бы, ведь оно весило не менее семи тонн. Иринит это магический сплав, который изготавливали в древности титаны. Очень тяжелый и невероятно прочный. Он высоко ценится на Небесах, так как в руках умелого мага иринит невероятно пластичен. Если бы я имел под рукой пару всего три килограмма этого металла, а это шарик диаметром в полтора сантиметра, то смог бы изготовить из него такие доспехи, что мне уже был бы не страшен даже Хианк-Сарн. Вот тогда я точно не поленился бы изготовить себе из иринита не только доспехи, но и магического крота, который быстро прорыл бы туннель к этому подземелью. Однако, если Хианк-Сарн не пустил в дело сианирт, тоже магический металл титанов, он, в отличие от иринита, изготовленного из сплава вольфрама, платины и иридия, является сплавом бериллия, серебра и металлического водорода, отчего очень лёгок, но не так прочен, как иринит, то мне повезло вдвойне.

   Так или иначе, начинать мне в любом случае нужно было с пяти подземных бункеров. Атланты, в отличие от простодушных, но взрывных гипербореев, были хитрыми бестиями. Настоящее дьявольское отродье. Мне не составило особого труда понять, что именно предпринял Хианк-Сарн, а он сделал буквально следующее. Потеряв из-за рационализаторских предложений русских учёных физическую силу, что отсрочило его полное пробуждение на целых пять лет, проснувшись, он первым делом высосал жизненную силу из убитых им животных. Не перестав быть магом, даже оказавшись в столь сложной ситуации, он, прежде всего, принялся её восстанавливать. С этой целью он и отравил весь лес, а также стал травить и высасывать жизненную силу из жителей посёлка. Убивать их ему не имело никакого смысла. Так он мог привлечь к себе излишнее внимание людей.

   Думаю, что он уже успел окрепнуть физически, но в полную силу не вошел и это произойдёт даже не через тридцать лет, а много позднее. Атланты, как и гипербореи, были очень сильны физически. Даже сильнее, чем титаны, хотя и были в два с половиной раза их ниже. Физическая сила и их стремительность, вот что было самым страшным для ангелов-воинов. На нашей же стороне в тех войнах была только мощь нашей магии, умение становиться невидимыми и разить врага бесшумно. Тем не менее, моим магическим двойникам предстояло сразиться с невероятно сильным противником, а из оружия у них с собой имелись только копии парализующих плетей, да, и их магическая сила была не слишком велика, зато они обладали колоссальной прочностью. Во всяком случае, если я быстро уничтожу ту синюю дрянь. Из неё Хианк-Сарн мог изготовить пятерых воинов-големов и напустить их на меня здесь, наверху. Если я так сделаю, то, во-первых, лишу его части силы, ведь он контролировал её не только с помощью магии, но и за счёт своих жизненных сил, а, во-вторых, у меня в тылу не появится опасный и очень быстрый противник.

   Поэтому я превратил пять бункеров с находящимися в них стеклянными чашами в магические тигли и как только все трое моих главных воинов забрались на крышу стальной тюремной камеры атланта, принялся нагревать их содержимое. Хианк-Сарн сразу же это почувствовал и снова взревел нечеловеческим голосом, изрыгая страшные проклятья, но уже в мой адрес. Это меня только развеселило, ведь он не знал моего имени, и даже более того, так и не смог увидеть меня, но догадывался, что ему придётся иметь дело с ангелом-магом. Если Хианк-Сарн не прозвище, а настоящее имя этого атланта, то я ещё и на этом сыграю. Для мага знать имя своего врага великое дело. Можно такого наколдовать, что тот белого света невзвидит, но всё же не более того. Атлант, как я и предполагал, не проявил достаточной мудрости. Вместо того, чтобы спокойно смириться с потерей пяти воинов-големов, он немедленно превратил их в пятерых синих, студенистых атлантов и те бросились в атаку на стенки магического тигля. Глупый, бестолковый ублюдок, да, мне же только этого было и нужно. Известняк и стеклянная чаша расплавились за каких-то семь минут и нагрелись до температуры в тысяча восемьсот градусов, а это очень горячо. Синие големы, прилипшие к стенкам моего магического тигля, быстро стекли вниз, на его круглое дно, подёргались минут пять и прекратили своё бренное существование. Я же продолжил нагревать тигли и довёл температуру до двух тысяч трёхсот градусов, чтобы окончательно дезактивировать эту гадость.

   Хианк-Сарн принялся орать ещё громче и что-то громить внутри камеры. Судя по чистому, мелодичному звону, он швырял в стены сианиртовые цилиндры со своей едой, которой запасся впрок в глубокой древности. Это меня только порадовало, и я запустил своих невидимых двойников внутрь камеры. Пятигранная палатка Хианк-Сарна стояла цела целёхонькая, хотя снаружи валялись металлические обломки, осколки стекла и радиодетали. По всей видимости, когда он смог встать, то первым делом уничтожил телекамеры, хотя за ним давно уже никто не наблюдал. Животное, что я тут могу сказать. Злобная, свирепая и кровожадная тварь знающая магию и умеющая использовать её только во имя разрушения. Другой бы постарался основательно изучить эти устройства, чтобы найти им какое-то применение во имя своего спасения, но только не этот злобный, ограниченный ублюдок. Впрочем, такой враг мне всё же нравился намного больше. Меньше будет хлопот, хотя кто знает, как оно всё повернётся, но на всякий случай я, незаметно для атланта, загерметизировал его стальную камеру. Так, на всякий случай.

58
{"b":"191523","o":1}