ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

   На этом запись обрывалась, но она меня сильно озадачила. Похоже, что я был прав относительно возможного вторжения из другого измерения. Впрочем, уже одно то, что Дарван был так осторожен и при малейшем намёке на опасность смылся, говорило о том, что он, скорее всего, просто аферист, но аферист хорошо знающий магию. Копия была уже отправлена на Небеса, так что особенно волноваться мне было не о чем, как и Мамонту, численность отряда которого достигла уже трёхсот плечистых ангелов-воинов и магов.

   Десятого февраля, попрощавшись с друзьями, мы с Ликой рано утром сели в автобус и отправились в путь. Наш путь из Москвы лежал на северо-восток, а моей первой целью, о чём я никому не говорил, была знаменитая на всю Россию колония "Белый лебедь" с её режимом особой строгости. О том, что я собираюсь исцелять особо опасных преступников, большинство из которых были кончеными негодяями, я никому не говорил, даже Лике. Ехал же я туда по одной единственной причине. Вот пусть мне говорят всё, что угодно, но если я смогу найти там хотя бы одного преступника, которому самой Судьбой суждено стать пусть и не праведником, то хотя бы просто честным человеком, я обязательно сделаю его целителем и, чтобы мне об этом не твердили - земным ангелом и магом. Разумеется, на всякий случай я приставлю к нему ангела-соглядатая и если тот станет ещё большим злодеем, то моментально его уничтожу. Так что у него будет шанс не просто исправиться, а начать творить добро.

   В начале девятого мы выехали на Ярославское шоссе и я, чтобы не мучиться, нагнал не слишком густого тумана и наш автобус быстро растворился в нём, чтобы невидимым взлететь в небо, как когда-то на своей крылатой колеснице модели "Сильфида-3000". Ну, по сравнению с нашим "Неопланом" то была самая настоящая развалюха, хотя и с крылышками. У автобуса, как и летевшего за ним на жесткой сцепке прицепа крыльев не было, но это не помешало бы ему долететь даже до Луны, прокатиться по ней и вернуться на Землю. Магия полёта великая вещь и с её помощью любая железяка, даже якорь океанского судна, сможет летать ничуть не хуже ласточки. Подниматься в небо слишком высоко я не стал и полетел на высоте всего в триста метров, но со скоростью не менее трёхсот километров в час. С земли нас не смог бы увидеть не то что человек, но и маг. Мы были полностью невидимы, и не было слышно даже работающего на полных оборотах мотора. Алику такой способ передвижения привёл в восторг.

   В половине второго мы долетели до Соликамска и только тогда, когда наш автобус завис на высоте в триста метров над знаменитым "Белым лебедем", о котором я вычитал в Интернете, Лика поняла, куда нас занесло. Всю дорогу я говорил с ней о чём угодно, но только не о том, зачем лечу на север. Когда же моя спутница увидела внизу здания, сложенные из белого кирпича и мощные заграждения вокруг них, то сразу же поняла, куда я её затащил и спросила:

   - Авик, зачем тебе это надо? Ты хоть понимаешь, что внизу, под нами, находится "Белый лебедь", тюрьма, в которой сидят самые страшные преступники? Зачем мы здесь?

   Лика сидела справа от меня, чуть позади. Повернувшись к ней, я спокойным, ровным голосом ответил:

   - Не забывай, меня на Небесах тоже признали преступником и сбросили к вам на Землю. Хотя, конечно, это всё было подстроено специально, но это же было. Так что же мне считать теперь всю вашу планету одной большой тюрьмой?

   Моя подруга насторожилась и спросила:

   - Так ты что же, считаешь, что в "Белом лебеде" тоже могу сидеть невинно осужденные? Нет, Авик, вот тут ты заблуждаешься. В этой тюрьме сидят только самые опасные преступники. Я где-то читала, что в среднем каждый из них убил трёх человек, а их тут сидит, насколько я помню, почти две с половиной тысячи. Ты понимаешь это, Авик? Все вместе эти сволочи убили семь с половиной тысяч человек - мужчин, женщин и даже детей. Их нужно убить всех до одного, а не держать их здесь. Пусть и в клетках, но они здесь живут, а те семь с половиной тысяч человек умерли и очень многие страшной, мучительной смертью, а ты прилетел сюда, чтобы их исцелить. Ты хоть думаешь, что ты хочешь сделать, Авик?

   - Думаю, - ответил я с улыбкой, - во-первых, Лика, я и сам не такой уж праведник. В прошлом году взял и старенького дедушку жизни лишил. Ну, и что с того, что тот был даже внешне похож на чудовище? Поверь, он ничуть ни меньше меня или тебя хотел жить...

   Не успел я сказать про, во-вторых, как Алика перебила меня строгим, учительским тоном:

   - Авраэль, не городи чушь! Тот старенький дедушка был самым настоящим дьяволом, так что избавь меня от этих глупостей.

   Поскольку мне всё равно нужно было довести начатое дело до конца, то я тоже сказал строго и наставительно:

   - Запомни, девочка моя, хотя люди имеют полное право судить преступников и приговаривать их к смертной казни, окончательную точку поставит Божий Суд. По нему праведников, а также несправедливо осуждённых ждёт Рай, а грешников, то есть преступников - Ад, но это вовсе не говорит о том, что грешнику не дано право раскаяться и своими праведными поступками загладить свою вину перед людьми. В то, что их помилует Господь Бог, как об этом говорится в вашей Библии, я не верю, но предполагаю, что такие люди вполне могут надеяться на смягчение наказание. Пойми, Лика, я просто хочу дать шанс тем, кто этого не только достоин, но и отмечен, нет, не Богом, а самой Судьбой. Ты что, забыла про наши цифровые прялки? Если мы найдём в "Белом лебеде" хотя бы одного человека, пусть даже и убийцу в прошлом, который, став земным ангелом принесёт людям куда больше пользы, чем до этого принёс зла, то я немедленно исцелю его, вдохну в него воздух жизни и ещё вручу учебник магии.

   Алика глянула на меня, как на сумасшедшего и прошептала:

   - Авик, ты либо святой, либо совсем чокнулся на Земле. Может быть, ты не станешь этого делать? Ну, подумай сам, что будет, если ты в итоге вместо ангела породишь дьявола?

   Широко улыбнувшись, я со смехом сказал:

   - Да, нужно отдать должное древним иудеям. Классную сказку они сочинили про бунт в Раю и падших ангелов. Ну, ты знаешь, Лика, в чём-то я с ними согласен. Глядя на своего папашу, я охотно верю в то, что такое было бы возможно, если бы на Небеса и Аид никогда не подвергались нападениям титанов, лемурийцев, атлантов и гипербореев. Вот тогда бы мой папаша и все его кореша, такие же бравые вояки, как и он, точно устроили мятеж в Раю и пошли на кого-нибудь войной. Вряд ли это были бы демоны. С теми просто невозможно воевать, настолько они миролюбивы, а те из них, которые отличаются воинственным нравом, давно уже несут службу в райском войске. Ну, а поскольку люди никак не тянут на роль дьявола, так как не являются магами и не могут напасть на Небеса и Аид, то воевать ангелам просто не с кем. Ну, а чтобы так оно было и дальше, Алика, я и хочу показать кое-кому на Небесах, что люди достойны уважения хотя бы потому, что могут усилием воли изменить свою Судьбу, но при условии, что кто-то даст им для этого реальные возможности. Ты ведь понимаешь, девочка моя, что между хотеть и мочь лежит огромная пропасть. Вот скажи мне, какой прок людям от праведников, если те ни хрена не могут сделать? Читал я как-то про ту чушь, которая называется непротивление злу и всякое всепрощение. Чёрт, да, я всем этим добреньким слюнтяям за такие дела головы бы пооткручивал. Они ведь даже не понимают, сколько преступников породили своим благодушием потому, что вместо того, чтобы встать против зла и насилия, которое нужно пресекать силой, причём в корне, заранее оправдали все их преступления.

   Алика внимательно выслушала мою тираду и с сомнением в голосе поинтересовалась:

   - Авик, неужели ты думаешь, что им можно это доверить? Знаешь, мне очень понравилось, что Лида поставила перед своими целителями конкретную и чёткую задачу - исцелять не только тела, но и души, и самое главное, делать всё возможное, чтобы люди не садились кому-то на шею, а сами делали всё возможное, чтобы изменить свою жизнь к лучшему, то есть учили их преодолевать трудности и достигать поставленной цели. Ну, и чему их научат убийцы, которых ты хочешь сделать земными ангелами-целителями?

73
{"b":"191523","o":1}