ЛитМир - Электронная Библиотека

Данвер нехотя подчинился, хотя лицо его выражало сомнение.

– Всего доброго, мистер Питт, – вежливо попрощалась Вероника и отвернулась. Данвер открыл перед ней дверь, и она скрылась в коридоре.

На звонок Данвера явился озабоченный дворецкий, мужчина средних лет, словно сохранивший недоуменную невинность юноши. В нем странным образом смешивались достоинство и осознание важности своего положения. Объяснив ему задание Питта, Данвер удалился, и дворецкий повел Томаса по коридору, через обитую зеленым сукном дверь в гостиную экономки, в данный момент свободную.

– Я точно не знаю, какая в то время была прислуга на первом этаже, – с сомнением произнес дворецкий. – Большая часть слуг сменилась после смерти мистера Роберта. Я сам тут человек новый, экономка – тоже. Но прислуга из буфетной тогда точно работала. Она может помнить.

– Позовите ее, – согласился Питт.

Около двадцати минут он сидел в гостиной, размышляя о Веронике Йорк, пока не появилась симпатичная девушка лет двадцати пяти. На ней было синее форменное платье, маленький белый фартук и чепец. Совершенно очевидно, что это не прислуга из буфетной: изящная и аккуратная внешность, а руки не красные от постоянного соприкосновения с водой. Прошло много времени с тех пор, как она в последний раз мыла пол. Ее сопровождал дворецкий – предположительно для того, чтобы девушка не нарушала приличий в своих ответах.

– Меня зовут Далси, сэр, – сказала горничная, приседая. Полицейские не заслуживали полноценного реверанса, поскольку сами считались кем-то вроде слуг. – Я была тут помощницей горничной, когда убили мистера Роберта. Из слуг остались только мы с Мэри, прислугой из буфетной. Мистер Реддич сказал, что я могу вам помочь, да, сэр?

Жаль, что дворецкий не ушел, но Томас был к этому готов: на его месте так вел бы себя любой старший слуга.

– Будьте так любезны. – Инспектор снова достал серебряную вазу и протянул девушке. – Посмотрите на нее внимательно, Далси, и скажите, та ли это ваза, что стояла в библиотеке вплоть до гибели мистера Роберта Йорка.

– Ой! – Похоже, она испугалась. Очевидно, Реддич был краток и сообщил ей лишь то, что с ней хотят побеседовать из-за того, что она работала в доме три года назад. Взгляд широко раскрывшихся глаз девушки остановился на вазе в руке Питта. Дотронуться до вазы она не решалась.

– Ну, Далси? – спросил Томас. – Это та самая ваза? Должно быть, вы часто стирали с нее пыль.

– Очень похожа, сэр, но мне кажется, это не она. Помнится, у той было четыре стороны. Но я могу ошибаться.

Лучшего ответа горничная дать не могла. Он позволял Питту продолжить расспросы.

– Не волнуйтесь, – сказал он. – Просто вспомните свои обязанности три года назад. Помните ту неделю?

– О, да. – Голос девушки звучал приглушенно.

– Расскажите мне. В доме было много гостей?

– О, да, – воспоминания заставили ее улыбнуться. – Тогда тут было много людей. – Улыбка девушки погасла. – Конечно, после смерти мистера Роберта все прекратилось, и люди приезжали только с соболезнованиями.

– Наверное, дамы наносили визиты после полудня? – предположил Питт.

– Да, почти каждый день, к миссис Пирс или к миссис Роберт. Обычно одна из них оставалась дома, а другая сама отправлялась с визитами.

– Званые ужины?

– Довольно редко. Чаще они ужинали не дома или ходили в театр.

– Но в доме бывали гости?

– Конечно!

– Мистер Данвер?

– Мистер Джулиан Данвер, его отец мистер Гаррард и мисс Харриет, – без раздумий ответила она. – И еще мистер и миссис Эшерсон. – Горничная назвала несколько имен, которые Питт записал в блокнот, не обращая внимания на осуждающий взгляд дворецкого.

– Теперь попробуйте вспомнить тот день, – продолжил Томас. – И расскажите о том, чем занимались, по порядку.

– Хорошо, сэр. – Девушка опустила взгляд на сцепленные пальцы и принялась медленно перечислять свои обязанности. – Я встала в половине шестого и спустилась вниз, чтобы почистить все каминные решетки и вынести золу. Мэри дала мне чашку чаю, а потом я проверила, что все камины чистые, поддоны и подставки для дров блестят, разложила дрова и зажгла огонь, чтобы к тому времени, как хозяева сойдут вниз, в доме было тепло. Потом убедилась, что лакей принес уголь и ведерки для угля полные – иногда за ним приходится следить. После завтрака я начала вытирать пыль и мыть пол…

– Вы убирали в библиотеке? – Питту пришлось задать этот вопрос, чтобы оправдать свое любопытство.

– Да, сэр… Сэр! Я вспомнила: ваза очень похожа на ту, что была у нас, но это не она!

– Ты уверена? – строго спросил дворецкий.

– Да, мистер Реддич. Это не наша ваза. Могу поклясться.

– Спасибо. – Томас не мог придумать, что еще спросить. По крайней мере, у него есть несколько имен, и он может начать поиски возможного преступника из числа непрофессионалов.

Реддич смягчился.

– Не откажетесь выпить чашку чаю на кухне, мистер Питт?

Инспектор, не раздумывая, согласился. Его мучила жажда, и чашка чаю была бы весьма кстати. Кроме того, это прекрасная возможность понаблюдать за другими слугами.

Через полчаса, после трех чашек чаю и двух кусочков торта с мадерой инспектор вернулся в главный коридор и открыл дверь в библиотеку. Это была красивая комната. Две стены занимали книжные полки, а третью – окно от пола до потолка со шторами из красно-рыжего бархата. У четвертой стены расположился мраморный камин, а по обе стороны от него – полукруглые столики, инкрустированные редкими породами дерева. В комнате также был массивный письменный стол из дуба и зеленой кожи, обращенный к окну, и три больших кожаных кресла.

Питт стоял посреди библиотеки и пытался представить, что тут происходило в ночь убийства Роберта Йорка. Услышав за спиной какой-то шорох, он оглянулся. В дверях стояла Далси. Увидев, что Питт ее заметил, горничная вошла в комнату. Лоб ее был наморщен, глаза сияли.

– Что-нибудь еще? – спросил Томас, уверенный, что не ошибся.

– Да, сэр. Вы спрашивали о гостях, людях, которые сюда приходили…

– Ну?

– Понимаете, на той неделе я в последний раз видела ее или ее вещи. – Горничная умолкла и прикусила губу, внезапно засомневавшись, не сочтут ли ее поведение бестактным.

– Кого видели, Далси? – Не нужно давить на нее или проявлять чрезмерный интерес, чтобы не испугать девушку. – Кого вы видели?

– Я не знаю, как ее зовут. Женщина, носившая пурпурные платья, всегда что-нибудь этого цвета. Она была не из гостей – по крайней мере, никогда не входила в парадную дверь вместе с другими людьми. И я не видела ее лица, только один раз, когда на него упал свет от газовой лампы на лестнице – всего одну секунду, а потом она исчезла. Но у нее всегда было что-нибудь пурпурного цвета: платье, перчатки, цветок или еще что. Я знаю вещи мисс Вероники, и среди них нет ничего такого же тона. Однажды я нашла перчатку в библиотеке, под одной из подушек. – Девушка указала на дальнее кресло. – А в другой раз – кусок ленты.

– Вы уверены, что это не старшая миссис Йорк?

– О, да, сэр. Я знала тогдашних горничных мадам, и мы обсуждали одежду хозяйки. Это редкий цвет, вот; я точно знаю, что они обе его не носят. Это была женщина в пурпурном, сэр, но клянусь, я не знаю, кто она такая. Знаю только, что она появлялась и исчезала, как тень, чтобы никто ее не видел, и с той недели я ее не видела, сэр. Мне жаль, что это не та ваза. Хорошо бы вы поймали того, кто это сделал. И дело не в серебре – мистер Пирс говорит, что деньги можно всегда получить по страховке, как тогда, когда миссис Лоретта потеряла жемчуга с сапфировой застежкой. – Девушка внезапно умолка и прикусила губу.

– Спасибо, Далси. – Питт посмотрен на ее встревоженное лицо. – Вы правильно сделали, что рассказали мне. Я ничего не буду говорить мистеру Реддичу без крайней необходимости. А теперь проводите меня к двери, и никто не заметит, что вы были здесь.

– Да, сэр. Спасибо, сэр. Я… – Она замялась, будто хотела что-то сказать, а потом передумала, присела в реверансе и повела Питта через большой холл к парадной двери.

16
{"b":"191530","o":1}