ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Камелефата еще спал. В углу хижины, в очаге, радостно потрескивал огонек. Сума потряс спящего за плечо:

— Вставай, лентяй! Солнце уже высоко.

— Ох! — проворчал Камелефата, протирая глаза. — И устал же я!

— Ну и задал тебе вчера этот Агба! — поддел его Сума. — Еще немного, и ты бы носом в землю ткнулся.

— Молчи уж! Сам-то небось позади тащился. Может, я вру?

— Да нет, все так и было, — согласился Сума. — А вот догадайся, кто в наши ловушки попался!

— Ящерица какая-нибудь, — пробормотал Камелефата.

— Совсем не угадал, — заявил Сума. — Дикобраз!

Друзья от всей души порадовались удаче, потом разговор пошел о другом и, разумеется, снова о работорговле.

— Что-то давненько в нашей местности работорговцы не показывались. Так ведь и возгордиться недолго да и успокоиться, — сказал Сума.

Камелефата только вздохнул и помрачнел.

— Да нет, гордиться пока особенно нечем, а успокаиваться и вовсе рано. Пока что мы справились лишь с первым порывом ветра, а настоящая буря еще далеко, и нам, друг Сума, нужно быть готовыми встретиться с ней, когда придет время.

Камелефата принадлежал к тому редкому типу людей, которые сочетают в своем характере осмотрительность и умение при любых обстоятельствах владеть собой с безудержной храбростью.

— В деревне ходят подозрительные слухи, я чувствую, что против нас что-то затевается. Тут надо держать ухо востро.

— Что ж, в любом случае рассчитывай на меня. С тобой мне и море по колено, — тут же откликнулся Сума. — Но ведь у нас везде выставлены посты, никто не может проникнуть в деревню незамеченным.

Камелефата только грустно улыбнулся. Он поднялся с циновки, умылся и уселся перед миской горячей жидкой каши из миля[15], жестом пригласив друга разделить в ним трапезу. Завтрак приготовила и принесла в хижину Ситье.[16]

Друзья взяли в руки деревянные чашки и принялись за еду. Камелефата вдруг снова заговорил, словно отвечая Другу:

— Ты вот все говоришь о том, что враг не может проникнуть в деревню извне… А если этот враг находится в самой деревне, среди ее жителей?

Сума чуть не подавился:

— Ты думаешь, что…

— Это пока только мои догадки, — спокойно ответил молодой вождь, — Но осторожность никогда не помешает. Все возможно, друг мой.

Они не спеша продолжали разговаривать за едой. Решение столь непростой новой проблемы требовало деликатности. Кроме того, у Камелефаты были и другие планы.

— А как ты думаешь, Сума, что, если мы отправимся на побережье — слоновой костью торговать?

Камелефата указал на сложенные в углу бивни.

— Хорошая мысль, — одобрил Сума.

Хоть Камелефата и говорил, что не в деньгах счастье, он понимал, что без денег в этом мире не проживешь, хотя именно из-за них людей постигают многочисленные беды.

Чтобы пополнить запасы слоновой кости, Камелефата и его друзья несколько раз выходили на охоту. Они старались не убивать слонов зря, выбирали тех, у кого бивни крупнее. И кроме того, убить слона — дело не простое. Для этого какой-то охотник должен приблизиться к огромному зверю в одиночку. Остальным же до поры до времени следует держаться подальше.

Камелефата - i_005.png

Самым лучшим охотником среди ашуку считался длинный и костлявый старик. Все его тело было опутано бусами из раковин каури и зубов различных зверей и увешано разными амулетами.

В деревне говорили, что он колдун и сам может превратиться в любого зверя.

Камелефата частенько и с удовольствием беседовал со старым охотником. Тот действительно знал очень много. Юноша успел, конечно, кое-чему научиться у своего отца, но слишком большая ответственность была теперь на нем, пока еще не обладавшем достаточным опытом. Старик рассказывал ему историю племени ашуку, делился секретами охоты на различных животных. Например, чтобы убить слона, нужно было прежде всего понять, откуда дует ветер, и постараться подойти к толстокожему гиганту так, чтобы он тебя не заметил, а отравленной стрелой непременно попасть в хобот — самое уязвимое место слона. В конце охоты необходимо было совершить некий магический обряд, пока Камелефате неизвестный по причине его молодости.[17]

Что ни говори, а старый охотник был, без сомнения, необыкновенным человеком: ночью он всегда ходил без факела.[18] И говорил Камелефате:

— Ты можешь выследить врагов и защитить народ ашуку днем, а я несу свою службу ночью.

И это было правдой. Потому что старый охотник был к тому же еще и могучим колдуном — защитником племени.

13. Слишком долгая ночь

Наконец Камелефата и Сума закончили приготовления к путешествию и с отрядом из двенадцати человек, вооруженных и нагруженных слоновой костью, покинули деревню. Вышли они довольно поздно, уже после обеда, и хотя продвигались по заросшей густым кустарником местности довольно быстро, ночь застала их в пути и пришлось сделать привал. Разбили лагерь, поужинали и улеглись спать прямо под открытым небом. В ночной темноте искрами вспыхивали мириады светлячков; в ближайшем озерце радостно заливались лягушки.

Ночь прошла спокойно, и на рассвете отряд снова двинулся в путь. Пересекли границу владений племени ашуку. Навстречу стали попадаться тихие и печальные деревушки, заброшенные, заросшие поля. Все молодые мужчины ушли отсюда в город в поисках счастья или вступили в банды проклятых пособников работорговли. Словно злой паук, дьявол наживы опутал все вокруг своей паутиной.

Камелефата вел отряд дальше и дальше. Гнев и возмущение не утихали в его душе при виде этого запустения. Но сейчас перед ним стояла вполне конкретная задача: продать слоновую кость, добытую в течение долгих месяцев упорного труда. Молодой вождь рассчитывал на вырученные от продажи деньги купить огнестрельное оружие. Он успел оценить его преимущества. А его племени перед лицом могущественного врага необходимо позаботиться о защите. Но хотя Камелефата и понимал, что из ружья можно поразить гораздо более далекую цель, чем из лука, сам все же предпочитал лук. Этот вид оружия, хоть и весьма древний, имел в его глазах неоспоримое преимущество — бесшумность.

Однако, кроме ружей, нужны были порох и пули. Камелефата все рассчитал. За свой товар они должны были получить достаточно раковин каури. Эти небольшие раковины, продолговатые, овальной формы, служили разменной монетой на всем побережье Гвинейского залива.

И вот Камелефата со своим отрядом достиг большого города, ставшего для европейцев рынком, где торгуют живым товаром. Это и была конечная цель путешествия нашего героя. В коротком жилете из толстой, словно кольчуга, ткани и в тесно обтягивающих ноги штанах он гордо шагал во главе своего отряда и был так же спокоен, как если бы находился в родной далекой деревне. Городские жители не обращали на ашуку ни малейшего внимания, и путешественники спокойно продолжали свой путь по узеньким и извилистым улочкам города.

Высоко над городом, на холме, возвышался богато украшенный королевский дворец, царивший над старыми низенькими хижинами горожан, разбросанными тут и там. Как же сильно отличались эти жилища друг от друга!

До чего же несправедлива судьба! Одни лишены самого необходимого, другие обладают множеством благ, и вовсе не потому, что замечательно трудились, — просто так захотелось судьбе. Камелефата гнал эти мысли прочь; он нисколько не завидовал королевским богатствам. Он вообще никому никогда не завидовал. Да и своими собственными успехами Камелефата не слишком гордился, разве что тем, что удачно провел свое первое сражение с работорговцами и вел себя тогда достойно. Продолжая идти вперед, он все время посматривал по сторонам. Из кузниц не слышалось ни ударов тяжелого молота по наковальне, ни перезвона молотков. Не слышно было и ткачей, обычно весело насвистывающих за работой. Все было так непохоже на родную деревню Камелефаты!

вернуться

15

…каши из миля… — одна из разновидностей мелкого проса.

вернуться

16

Завтрак приготовила и принесла в хижину Ситье. — Во многих странах Африки весьма распространенная форма добрачных отношений между молодыми людьми или подростками, принадлежащими примерно к одному возрастному классу. В некоторых районах Западной и Тропической Африки такие отношения сохранились и поныне. Отношения эти во многом напоминают семейные, однако юноша обязан, подчиняясь закону, беречь часть порученной ему так называемой подружки; как правило, он даже не женится на ней, а отдает в жены другому, до появления которого он должен охранять девушку и оказывать ей должное уважение. Девушка же днем приходит в его жилище, убирает, стирает, готовит, а часто и обрабатывает поле друга. Делается все это, разумеется, только с согласия родителей, которое друг девушки должен предварительно испросить. Таким образом, девушка как бы готовится к будущей женской доле, а юноша берет на себя ответственность за ее обучение. Оба они при этом проходят часть необходимых молодым людям, готовящимся к самостоятельной жизни, испытаний, за которыми наблюдает все племя.

вернуться

17

…неизвестный по причине его молодости. — Как уже говорилось, возрастных классов у народов Западной Африки несколько. Последние из них, посвящение в которые происходит уже в зрелом возрасте, обязательны не для всех. Соответственно, магические знания, получаемые в результате такого посвящения, доступны далеко не всем — лишь жрецам и особо уважаемым старейшинам. Очевидно, что старый охотник такое посвящение прошел, тем более что и назван колдуном-защитником племени.

вернуться

18

…ночью он всегда ходил без факела. — Очевидно, старый охотник был никталопом, то есть обладал способностью видеть в темноте, что безусловно приписывалось его колдовским качествам.

9
{"b":"191576","o":1}