ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Полковник меланхолично пожал крепкими плечами и в очередной раз подивился лингвистическим способностям американских актёров, умудрявшихся так фонетически исказить в общем-то несложные русские ругательства. Кстати говоря, кроме этих ругательств, гэбисты в американских фильмах почему-то почти ничего не произносили. Разведчик философски подумал, что в этот раз заокеанские киношники хотя бы забыли воткнуть каждому в рот по сигарете без фильтра и всунуть в кадр чугунный чайник с водкой. Гэбистов он, впрочем, будучи сотрудником конкурирующей спецслужбы, любил ещё меньше, чем американские режиссеры. О ней слышали и говорили гораздо меньше, но, по его просвещенному мнению, сия организация отличалась от бывшего «комитета» так же, как шампанское французское от шампанского советского. Ведь он работал в Главном Разведывательном Управлении — военной разведке российской армии, имевшей давние корни и великую историю.

Полковнику было скучно. Не так давно, расследуя дело о жёлтых алмазах и убийстве или исчезновении всех сотрудников ангольской миссии ГРУ, он узнал много нового. После африканских командировок его угнетала сегодняшняя кабинетная работа. С обедом по расписанию и с перешёптыванием сослуживцев о пенсии и бабах в пропавших стоялым табачным дымом коридорах, не ремонтированных со времён Карибского кризиса. Каждодневное сидение в офисе вызывало у него удушающее ощущение двадцатилетней женитьбы по расчёту. Ему мучительно хотелось опять прикоснуться к загадочному миру, в существование которого он ещё недавно не верил. Его тянуло пообщаться с кем-нибудь, кто, услышав об инструкциях, передаваемых через умершую сотрудницу родного ведомства агенту, находящемуся в потустороннем мире, не побежал бы за санитарами и смирительной рубашкой. «Хлорофос» — оперативник военной разведки, рассказавший ему о своём недолгом, но запоминающемся пребывании в Небесном Чертоге, был единственным, кто смог бы понять его. Если бы, конечно, не проходил сейчас очередной интенсивный курс лечения в закрытом ведомственном санатории «Аквариума» (штаб-квартиры ГРУ), специально предназначенном для слишком впечатлительных сотрудников. Зайдя в ванную комнату и зачем-то оглянувшись, Полковник достал из хитроумного контейнера — полого баллона с бритвенной пеной — свою реликвию. Осторожно, кончиками пальцев, он вытянул из пластикового пакетика обыкновенное с виду перо — белое, похожее на лебединое и почему-то немного пахнущее фиалковым туалетным освежителем. Он осторожно отпустил пёрышко, и оно чудесным образом осталось висеть в воздухе. Полковник долго и с благоговением смотрел на этот предмет, доставшийся ему от ангела, попавшего в засаду спецназа. В этот момент, по эмоциональной заряженности напоминающий молитвенный экстаз монаха или острое удовлетворение миллиардера, разглядывающего свою коллекцию драгоценных камней, раздался пронзительный зуммер специальной, защищённой от прослушивания, телефонной линии. Полковник невольно вздрогнул и быстро спрятал перо. Перед тем как поднять трубку старомодного с виду телефонного аппарата, он посмотрел на часы в гостиной. Было глубоко за полночь, а потому звонок явно не касался предстоящего совещания о порядке списывания командировочных расходов при проведении заграничных операций. Когда он услышал первые фразы взволнованного дежурного офицера из «Аквариума», у него часто забилось сердце.

* * *

Когда Полковник, побеспокоенный ночным звонком, прибыл в находящийся в густом подмосковном лесу центр радиотехнической разведки, ему пришлось пройти несколько ступеней идентификации. Они включали проверку документов, использование специальной магнитной карточки и сканирование радужной оболочки глаза. Дело в том, что в бункерах под выпирающими из земли травяными буграми находился аналог американской станции электронного слежения в Мэриленде. И пусть в нынешней России падали от старости вертолеты, а атомные субмарины ржавели у причалов, безопасность на этом объекте по-прежнему оставалась на максимально возможном уровне. Огромные антенные поля секретного объекта могли уловить сигналы сотовой связи в половине Европы и услышать разговоры марсиан, если бы таковые действительно имели место. Потратив на всевозможные проверки пятнадцать минут и сгорая от нетерпения, Полковник наконец проник в святая святых — огромный зал с несколькими колоссальными телевизионными экранами, на которые можно было проецировать, в том числе и в режиме реального времени, изображения, полученные со спутников-шпионов и самолётов-разведчиков, ежедневно патрулировавших по-прежнему бесконечные границы остатков советской империи.

Полковник был довольно популярной личностью, насколько это, разумеется, возможно в такой параноидально секретной организации, как ГРУ О нем ходили невероятные слухи, включавшие легенды о возвращении библейского Ковчега и об умении общаться с потусторонним миром. Неопределенность в отношении того, кому, собственно говоря, был возвращён Ковчег, лишь придавала шпионской саге особую пикантность. Когда очередному повествователю задавался подобный вопрос, в ответ нужно было загадочно ухмыльнуться и сказать нечто вроде: «Да неужели ты, старик, не понимаешь?» И хотя «старик» действительно обычно ни черта не понимал, он всё же, как правило, делал вполне определённый вывод. Этот вывод заключался в том, что вдобавок к супербомбам и морям наиядовитейших химикатов Родина, сплотившаяся вокруг непьющего патриота-Президента, получила ещё одно секретное средство борьбы с никогда не дремавшими сонмами внешних и внутренних врагов. В общем, при появлении Полковника «контролёры», управляющие спутниками, не стали демонстрировать свою обычную наглость слишком ценных специалистов и объяснили суть дела без привычного снисхождения к оперативникам с железными мускулами и одной извилиной (той, что ниже спины). Суть дела заключалась в том, что примерно в полночь по местному времени один из спутников-шпионов засёк работу уже знакомого радиомаячка. И радиомаячок тот, если верить амбарным книгам специалистов радиоэлектронной борьбы, был имплантирован в тело загадочного персонажа «интрузивным» способом — то бишь с помощью миниатюрного ракетного снаряда. Совершил этот подвиг аналитик ангольской резидентуры военной разведки России примерно два года назад — накануне своего внезапного и бесследного исчезновения.

Конечно, Полковника уже предупредили по телефону о внезапно появившемся сигнале маячка, и он успел удивиться долголетию вставленной в него батарейки. И всё же не смог сдержать радостного удивления. Возбуждённые реакцией на их известия обычно невозмутимого разведчика, «коноводы» — так называли себя контролёры спутниковой группировки — продолжали свой доклад. Выяснились дополнительные подробности. Так, оказалось, что сигнал появился в точке, координаты которой практически полностью совпадали с местом, известным среди учёных-историков и туристов как Стоунхендж. Услышав об этом занимательном факте, Полковник даже не удивился. Он и так примерно догадывался, в чьей филейной части путешествовало рукотворное электронное чудо, сотворённое полуголодным научным сотрудником ведомственного НИИ, тщетно пытавшимся заработать честным путем на однокомнатную квартиру. Ещё одной любопытной подробностью, сообщённой полковнику, оказался маршрут перемещения носителя продукта российской прикладной науки.

— Вы знаете, как он двигался? — задал Полковнику риторический вопрос один из «очкариков».

Его собеседник привычно сдержал немедленно возникшее раздражение мужчины-волкодава в отношении хилого учёного пинчера и вежливо обозначил отрицание.

— Маршрут пролегал по почти прямой линии с едва обозначенной дугой! А ведь это происходило не в ровной, как стол, пустыне, а в Англии — одной из самых густонаселенных и застроенных стран мира! Я забил его маршрут в компьютер, и знаете, что получилось?

Полковник всё так же терпеливо, но уже с меньшей добротой в очень спокойных глазах вновь отрицательно покачал головой.

— Учитывая кривизну Земли и направление ветра в этом районе в означенное время, так должен был бы лететь лёгкий летательный аппарат! Причём чтобы попасть в очень определённую часть Лондона. Понимаете, ваш «клиент» летает!

10
{"b":"191581","o":1}