ЛитМир - Электронная Библиотека

— Ты вызвал недовольство короля, — сурово промолвил он. — А недовольство короля отражается на мне. Больше ты не совершишь подобной ошибки. Ты меня понял, поваренок?

Джон кивнул.

— Станешь перед ним на колени. Не поднимай глаза, пока он не позволит. Не открывай рта, пока он не обратится к тебе. Называй короля «его величество». В нужный момент нижайше испроси прощения.

Шрам на щеке побагровел, словно вдруг воспалившись. Горячее дыхание обдавало лицо Джона. Потом высокопоставленный чин повернулся к мистеру Паунси и сердито прошипел:

— Вы обещали, все будет в лучшем виде! Кухня, погреба, королевские покои. Если вы не можете предоставить дворец, так хотя бы выгребите навоз из своего сарая. Вы мне слово дали. А я, в свою очередь, дал слово вам. И вот нá тебе!

Тяжелая рука сэра Филемона схватила Джона за загривок и потащила к ширме в конце коридора. С каждым шагом шум голосов и стук тарелок слышались все громче. Перед самой ширмой вельможа остановился и рывком развернул Джона к себе:

— Видишь эту улыбку, поваренок? — Он поднял свободную руку, и в первый миг Джон подумал, что сейчас мужчина его ударит. Но сэр Филемон провел кончиком пальца по багровому шраму. — Подведешь меня — сделаю тебе такую же.

Сильный толчок в спину послал Джона вперед. Он, спотыкаясь, обогнул ширму и вступил в Большой зал.

Головы едоков, тесно сидящих за длинными столами, покачивались взад-вперед, и создавалось впечатление, будто столы колышутся, как лодки на волнах. Прямо напротив вздымалась стена, сплошь увешанная сверкающими мечами и копьями. В самой глубине зала стоял на возвышении поперечный стол. Джон мельком увидел лордов и леди, восседающих за ним.

— Глаза долу! — прошипел сэр Филемон и повел Джона между продольными столами.

Когда они приблизились к помосту, в зале установилась тишина. Потом сверху раздался голос. Знакомый Джону голос.

— П-поднимитесь с ним сюда, сэр Филемон.

Овеянные меланхолией черты, аккуратно подстриженная бородка. Теперь понятно, почему лицо домашнего клерка, встреченного накануне вечером, показалось Джону знакомым. Он видел его в первый день своего пребывания в усадьбе, на картинке в новостном листке, купленном Беном Мартином. Теперь вчерашний клерк-заика, наряженный в дублет из блестящего черного шелка и черную бархатную шляпу с двумя пышными перьями, внимательно разглядывал Джона со своего места в центре «высокого» стола. В одной руке король вертел ложку, пальцами другой постукивал по краю большого круглого блюда с надъеденным «Танталовым прудом».

— Вот п-повар, который никогда не п-плошает, — иронично произнес он.

Придворные захихикали. Поднимаясь по ступенькам следом за сэром Филемоном, Джон вспомнил свои слова, сказанные вчера вечером. Ну почему он просто не выдворил прочь незваных гостей, без лишних разговоров? С одной стороны от его величества развалился раскрасневшийся Пирс Кэллок, положив локоть на стол между серебряными тарелками. С другой стороны сидели две женщины в богатых шелках и сверкающих ожерельях. Одна из них была в диадеме. Другая, с густо напудренным лицом и черными волосами, уложенными в замысловатую прическу, больше походила на фарфоровую куклу. На неестественно белом лице резко выделялись темные глаза и черная мушка, украшавшая щеку. Платье из серебристо-голубого шелка свободно болталось на худых плечах. Опускаясь на колени, Джон внезапно понял, что кукла эта не кто иная, как Лукреция.

— Итак, мастер Сатурналл, ты д-достаточно искусен, чтобы стряпать для короля?

За столом опять пробежал смешок.

— Ваше величество, я допустил ошибку…

Король опять постучал пальцами по краю блюда:

— Неужели? А по-моему, ошибку д-допустил я, попробовав эту… соляную копь.

Хихиканье переросло в смех. Пирс разразился грубым хохотом. Украдкой глянув сквозь опущенные ресницы, Джон увидел, что даже сэр Уильям улыбается. Среди людей, сидящих за «высоким» столом, одна только Лукреция хранила безразличный вид. Джон почувствовал, как у него запылали щеки.

— Да, у тебя есть все п-причины краснеть, — продолжал король. — Но как ты п-посоветуешь мне поступить? П-подними глаза, мастер Сатурналл.

Смех за столом стал неуверенным, а потом, когда король подался вперед, и вовсе стих. Джон медленно вскинул взгляд.

— Молчишь? Или ты тоже набрал в рот воды из этого соленого моря?

Соленое море. Джон лихорадочно порылся в памяти. Что там говорила матушка, когда они стояли вместе высоко на склоне долины, глядя на болотистые пустоши Равнин? Сверху вода соленая, а внизу пресная…

— Тебе нечего сказать, мастер Сатурналл?

Король поднял ладонь, требуя тишины. В памяти Джона прозвучали слова, произнесенные этим человеком вчера вечером, а потом он услышал собственный голос, громко повторяющий их:

— Окуните ложку глубже, ваше величество.

У ближайших к нему придворных отпала челюсть. Брови Пирса взметнулись вверх. Но слова уже вылетели — и после них наступила такая тишина, что Джону показалось, все до единого мужчины и женщины в зале должны слышать тяжкое биение его сердца. Король опять подался вперед, темнея лицом:

— Что?

— Я хочу лишь спросить, ваше величество, какая сладость может скрываться под горькой коркой?

Придворные оцепенели от ужаса. Пирс весь обратился в зрение и слух. Королева казалась слегка удивленной. Лукреция тоже смотрела на него, но с непроницаемым выражением. Глаза короля сузились. Вовсе они не печальные, увидел Джон, а острые и цепкие. Мужчина взглянул на десерт и оставленную в нем ложку:

— Окунуть глубже, говоришь?

Джон смотрел, как он погружает серебряный прибор глубоко в «пруд» и извлекает из янтарных недр ломтик прозрачного желе. Король открыл рот, потом закрыл и принялся жевать, размазывая языком желе во рту. С ничего не выражающим лицом. Наконец он проглотил. Джон ждал, не сводя с него глаз. Король приподнял бровь. Потом поджал губы. Потом расплылся в довольной улыбке:

— Под горечью и впрямь кроется сладость.

Он повернулся к своей супруге, и та ласково улыбнулась. Придворные вскинули руки от радости, кто-то захлопал в ладоши. Джону почудилось, будто во взгляде Лукреции мелькнуло одобрение. Король повернулся к хозяину дома:

— Сэр Уильям, нельзя ли мне взять во временное пользование вашего повара? У меня есть для него задание.

Получив позволение хозяина, его величество подал знак:

— П-подойди и сядь рядом со мной, Джон Сатурналл.

Джон встал с колен. Глаза короля, королевы, придворных, сэра Уильяма и высших служащих домохозяйства следили за ним, пока он шел вдоль стола. Сэр Кенелм на голову возвышался над всеми.

— Поживее, мастер Сатурналл, — бросил великан. — Иначе он забудет, зачем тебя звал.

Остальные придворные неодобрительно хмурились и качали головами. Епископ Каррборо, сидевший рядом с сэром Кенелмом, махнул мясистой рукой с аметистовым перстнем, подгоняя Джона. Далее размещались леди Каролина и краснолицый сэр Гектор. Ее величество слабо кивнула юноше, но Лукреция неподвижно смотрела прямо перед собой. Стоявший за королем слуга держал в руках табурет.

— П-подвиньтесь, лорд Пирс. Освободите место для мастера Джона, — велел король, не замечая, как молодой человек темнеет от гнева. — Во времена моего отца дегустатор снимал пробу со всех королевских кушаний, п-проверяя их пригодность. Сегодня я п-понял, насколько полезен п-подобный слуга. — Он придвинул надъеденный «Танталов пруд» к Джону. — А ну-ка, возьми ложку, господин дегустатор.

Джон копнул ложкой и попробовал кусочек. В глубине, под соленым слоем, желе осталось сладким. Он принялся пробовать ломтик за ломтиком, сообщая, какого тот вкуса. Для того чтобы отлавливать сладкие кусочки дрожащего прозрачного желе среди соленых сгустков, Джон не нуждался в помощи своего демона. Похоже, Коук сыпанул в десерт с полкулька морской соли. Король поглощал продегустированные ломтики, теперь с интересом расспрашивая о рецепте десерта, и скоро на дне тестяной корзины остались только царские сокровища.

51
{"b":"191585","o":1}