ЛитМир - Электронная Библиотека

Люси совершенно не понимала Сэма. Он вёл себя не как мужчина, старательно избегающий привязанности – скорее наоборот: как тот, кто стремится к близости. Они часто обсуждали очень личное, делились мыслями и детскими воспоминаниями. И чем больше Люси узнавала о Ноланах, тем больше сочувствовала Сэму. Дети алкоголиков нередко, вырастая, не доверяют сильным эмоциям. Слишком долго им приходилось отстраняться – боясь, что их будут бить, подавлять волю, или, что хуже всего, бросят. В результате близость кажется опасной, чем-то, чего следует избегать изо всех сил. И всё же Сэм раскрывался всё больше, он постепенно начинал доверять ей, казалось, сам того не осознавая.

«Ты лучше, чем ты думаешь», – хотелось сказать Люси. Ей верилось, что когда-нибудь Сэм сможет любить и быть любимым. С другой стороны, для такой большой перемены, для того, чтобы наконец суметь разобраться в себе, могло потребоваться очень много времени. Может быть, вся жизнь. А может, и жизни не хватит. Почти наверняка сердце женщины, отданное Сэму, будет разбито.

И лишь себе Люси признавалась в том, что, похоже, это будет её собственное сердце. Было бы так легко позволить себе влюбиться. Её так неудержимо тянуло к Сэму, они были так счастливы вместе, что она понимала – время их дружбы быстро подходит к концу. Если тянуть с разрывом слишком долго, ей это дорого обойдётся. Гораздо дороже, чем разрыв с Кевином.

А пока она решила радоваться каждой минуте, что оставалась у них с Сэмом. Украденным мгновениям, полным сладкой горечи понимания, что счастье так же эфемерно, как лунный свет.

* * *

Хотя Люси не поддерживала непосредственных контактов с Элис, однако благодаря матери была в курсе подготовки к свадьбе сестры. Церемонию планировалось провести в часовне Богоматери-Путеводительницы в Рош-Харборе, на западе острова. Крохотная белая часовенка вот уже сто лет стояла, глядя на залив, на самом берегу. Приём после церемонии решили организовать во внутреннем дворике Мак-Миллина, старинного ресторана с видом на океан.

Люси раздражало, что мать, по-прежнему прохладно относящаяся к Кевину, всё с большим энтузиазмом говорила о самой свадьбе. Казалось, Элис в очередной раз прощают всё.

Получив приглашение, Люси положила его на угол кухонного стола и каждый раз, как оно попадалось ей на глаза, в ней волной поднимались горечь и досада.

Сэм, придя к ней на ужин, сразу заметил запечатанный конверт:

– Что это?

– Приглашение на свадьбу, – скривилась Люси.

– Ты не собираешься его распечатывать?

– Надеюсь, если достаточно долго тянуть и игнорировать его, оно как-нибудь исчезнет.

Люси возилась у раковины, мыла салат. Сэм, подойдя сзади, притянул её спиной к себе, нежно провёл губами по мочке уха и терпеливо ждал – такой надёжный и сильный. Люси выключила воду, вытерла руки полотенцем и угрюмо пробурчала:

– Не знаю, смогу ли я пойти туда… Не хочу, но надо. Я просто не вижу выхода.

Сэм развернул её лицом к себе, и, уперевшись ладонями в стойку, заключил её в плен своих рук.

– Думаешь, тебе будет тяжело видеть, как Кевин ведёт Элис под венец?

– Немного. Но не из-за Кевина, а из-за сестры. Я до сих пор злюсь, что она предала меня, что они оба лгали мне, а теперь родители, как всегда, готовы заплатить за всё – и, значит, Элис никогда не научится, никогда не узнает...

– Дыши глубже, – напомнил ей Сэм.

Люси вдохнула и резко выдохнула:

– Как бы ненавистна ни была мне эта свадьба, я не могу сидеть дома во время церемонии. Будет выглядеть так, будто я всё ещё страдаю по Кевину, ревную или что-то ещё в этом духе.

– Хочешь, увезу тебя куда-нибудь?

– Ты имеешь в виду – на время свадьбы? – недоумённо наморщила лоб Люси.

– Куда-нибудь в Мексику, на симпатичный курорт, на пляж. Ты не сможешь слишком переживать из-за свадьбы, нежась на беленьком песочке и потягивая мохито.

– Ты готов сделать это ради меня? – изумилась она.

– Я с этого тоже кое-что поимею, – улыбнулся Сэм. – Полюбуюсь на тебя в бикини для начала. Скажи, куда бы тебе хотелось? Лос-Кабос? Баха? А может, куда-нибудь в Белиз или Коста-Рику...

– Сэм! – Люси заколотила ладонями по его груди. – Спасибо. Я очень ценю твоё предложение, но никаких мохит не хватит, чтобы вытравить из моего сознания тот факт, что это день их свадьбы. Мне придётся пойти. Не думаю, что ты...

Она замолчала, не в силах попросить его.

– Ты согласилась составить мне компанию на свадьбе Марка и Мэгги, – ответил Сэм. – По-честному, мне нужно пойти с тобой на свадьбу твоей сестры.

– Спасибо.

– Не за что.

– Нет, правда. Мне уже лучше просто оттого, что ты будешь со мной.

Стоило словам сорваться у неё с языка, как ей отчаянно захотелось взять их назад – она боялась, что слишком выдала себя. Сэм сбежит, стоит ему почувствовать, что он ей нужен, что она к нему неравнодушна.

Но он обхватил её голову руками и поцеловал. Его ладонь прокралась вниз по спине, остановилась на бедре, а потом Люси оказалась прижатой к Сэму. Её глаза расширились, стоило ей ощутить, что он возбуждён. Сэм уже слишком хорошо знал её, её чувствительные местечки, знал, что её заводит. Он не переставал целовать Люси, пока её глаза не закрылись, сердце не помчалось вскачь, и силы не покинули, заставив прислониться к нему. Ах, эти медленные, обжигающие поцелуи, лишающие сил и обостряющие чувства.

Люси отвернулась лишь на секунду, чтобы выдохнуть:

– Наверх.

И он подхватил её на руки.

* * *

В следующие выходные Марк и Мэгги поженились. Приём проходил в Сиэтле, на списанном пароме. Был дивный тёплый день, воды озера Юнион блестели сапфировой синевой. На свадьбе царила удивительная идиллия: ни признака нервозности или неуверенности, никакой суеты, никакого напряжения – только ничем не замутнённое счастье сияло на лицах жениха и невесты.

Мэгги в чудесном платье-миди, сшитом из шероховатого плотного шёлка цвета слоновой кости и с отделкой из нежнейшего кремового шифона, была прекрасна. Её простую высокую причёску украшали бутоны белых роз. На Холли было похожее платье того же цвета, но с пышной юбкой и кружевным подъюбником. Люси тронуло, что Марк и Мэгги жестом попросили Холли встать с ними, когда приносили брачные обеты перед судьёй. И Марк, поцеловав невесту, следом нагнулся поцеловать Холли.

Во внутренних помещениях парома был накрыт роскошный фуршет: изобилие фруктов, ярких, разноцветных закусок и гарниров, свежайшие дары моря, аппетитная выпечка, сыры, копчёности, соусы, ряды пирожных и рулетов. Вместо традиционного свадебного торта на столе стояла башня из крохотных пирожных на подставках из оргстекла. Джазовый квартет играл Гершвина.

– Жаль, что Элис выходит замуж после них, а не наоборот, – сказала Сэму Люси.

– Почему?

– Потому что все так счастливы, и очевидно, что Марк с Мэгги любят друг друга. Теперь, на этом фоне, свадьба моей сестры будет выглядеть ещё хуже.

Сэм рассмеялся и протянул ей бокал шампанского. Он был умопомрачительно красив в тёмном вечернем костюме с галстуком, хотя и носил парадную одежду с нетерпением человека, не привыкшего стеснять себя формальностями дресс-кода.

– Предложение отдохнуть в Мексике всё ещё в силе.

– Не искушай.

После того, как гости наполнили свои тарелки едой и расселись, Сэм вышел вперёд, чтобы произнести тост. Марк слушал стоя, обняв одной рукой Мэгги, другой – Холли.

– Не будь на свете общественного транспорта, – начал Сэм, – мой брат не женился бы сегодня. Они с Мэгги влюбились друг в друга на пароме, плывшем из Беллингэма в Анакортес. Что напомнило мне о древней мудрости, гласящей: жизнь – это путешествие. У некоторых людей есть врождённое чувство направления. Их можно бросить посреди чужой страны, они всё равно найдут дорогу. Мой брат к таким не относится. – Раздались смешки, и жених посмотрел на сделавшего паузу Сэма с видом «я тебе покажу». – Поэтому, когда Марк каким-то чудом оказывается именно там, где нужно, это оказывается приятным сюрпризом для всех, включая самого Марка. – Сэм снова переждал смешки. – Как-то, несмотря на все препоны, заторы и тупики, Марк сумел найти дорогу к Мэгги. – Сэм поднял бокал: – За совместное путешествие Марка и Мэгги. И за Холли, которую любят больше всех девочек на свете.

49
{"b":"191611","o":1}