ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Он рассчитал точно и метко попал в цель. Неля Максимовна, всю жизнь лелеявшая мысль о беспредельной душевной уязвимости дочки, засуетилась и на глазах окрепла. Видимо, пришла к определенному выводу. Шура про себя усмехнулся. Кажется, дело сделано… За будущее Сашки и Катерины можно больше не волноваться.

— Это верно, — произнесла Неля Максимовна и перепугалась задним числом. — Катюше такого ни за что не пережить… Как я сама сразу не сообразила… Вы умница, молодой человек! Спасибо вам! Без вас мы бы просто пропали! Даже страшно представить, что бы произошло, если бы вы не вмешались!

«На вас мне наплевать, вы мне безразличны, как клочки прошлогодних листьев и обрывки старых школьных тетрадок на земле, — невозмутимо и жестко подумал Шура, — а вот пропасть Сашке я не дам! Пока смогу, буду за него бороться… Хотя он, конечно, настоящий шантрапа, но я его люблю… Такого, какой он есть…»

Шура вежливо попрощался, оставив Полонских вдвоем. Предоставив им добираться до дома без его общества, он вернулся в школу. В зале неистово веселящиеся выпускники — черно-белые клавиши новой, раскрепощенной жизни — отчаянно откалывали какой-то дикий танец. Такую взрывоопасную смесь в виде нестареющего бурного рок-н-ролла, позабытой простенькой летки-енки и строгого фокстрота можно увидеть только на выпускных балах, двигающихся к раннему рассвету. Столь несуразный, бредовый коктейль на паркете способны выдать лишь выпускники, одуревшие от долгожданной свободы и отпущенные, наконец, на волю вольную от строгих контролирующих глаз учителей, школьного режима и расписания. Это звучали бешеные ритмы сердец, навсегда уходящих в неизведанное прекрасное бытие…

Шура отозвал в сторону Сашку отчитаться о проделанной работе. Саня увязался за ними по собственной инициативе.

— Полный порядок! — доложил Шура. — Твоя судьба вне опасности!

— Спасибо, Атос! Ты настоящий друг! — расчувствовался изрядно поддатый Сашка.

— Пить надо меньше, а думать — больше! — посоветовал Шура. — Пойди успокой Катерину!

Успокаивать ее отправились втроем, и, когда ее глаза окончательно потеряли даже малейший намек на тревогу, Саня вдруг все чуть не испортил, хихикнув:

— А может, еще передумаешь, Сашок? Переиграешь назад всю рокировочку? Могу уступить, как ты мне когда-то!

Катя недоуменно захлопала ресницами, а Сашка зарычал:

— Убью! — и бросился на Наумова.

Шура с трудом разнял их, объяснив ошеломленной Кате, что они еще никогда в своей жизни столько не выпивали, а потому несут чушь, и в углу шепотом пригрозил Сане жестокой кулачной расправой.

— Если еще вякнешь…

Но Саня, похоже, больше вякать не собирался. Он как-то обмяк, устал и пошел отправить домой родителей, до сих пор сидящих у стола.

А Шура отослал домой своих. Аккуратные, по-немецки педантичные врачи, родители Шуры, потомки немцев Поволжья, раскланялись с учителями, еще раз всех поблагодарили и ушли.

Катя прилипла к Сашке. Все ждали автобуса, который собирался отвезти выпускников на Красную площадь. Традиция…

На темной брусчатке Сашка почему-то затормозил. И вдруг вспомнил одну странную, каким-то чудом, одним уголочком зацепившуюся картинку в его тогда еще детской памяти…

Молодая красивая мать в простеньком платье, какой-то незнакомый улыбающийся светловолосый тип возле нее, Александровский сад… И мать почему-то разговаривает с этим веселым длинным по-английски… И что-то связывает их, это точно, что-то давнее, странное, нехорошее… Что именно?..

— Ты заснул? — дернула его за руку Катя и откровенно прижалась всем телом.

Школа окончена, теперь стесняться и бояться некого и нечего.

— Да нет, ничего, вспомнил кое-что из детства… — пробормотал Сашка. — Так, чепуха… Всякие глупости… Не актуально… Вон мой дом, видишь? «А из нашего окна площадь Красная видна…» — И он с трудом избавился от внезапно родившегося подозрения.

20

В тот вечер квартира на Никольской утомилась от майского солнца. В гостиной тихо играла Наденька, всегда бесшумно скользившая по полу на невыразительных штилевых каблуках. Варвара Николаевна куда-то ушла. Владимир Александрович был в институте. Маленький Олег, сын Нади и Сани, привык заниматься сам с собой. Приятелям никто не мешал.

Они удивились, что Саша неожиданно собрал их именно здесь, специально, с какой-то целью приехав сюда со своей обожаемой Кутузки, где довольно давно наслаждался жизнью с Катериной и дочкой Таней.

— То, что нельзя остановить, надо возглавить! — решительно заявил Сашка. — Это понятно?

— Не очень, — отозвался Шура Умберг. — Нельзя ли конкретнее? О том, что невозможно остановить и что стоит возглавить. Очевидно, именно нам?

— Ну конечно, — хмыкнул Александр. — Кому же еще? Или вас устраивает зарплата инженера? А не остановим, друзья, мы в России только криминал. И у каждого поколения свой спектакль… Кому какой показывают… Или кто какой разыгрывает… Все равно…

Конечно, зарплата всех троих не устраивала.

— Предлагаешь убивать и грабить? — буднично поинтересовался Шура.

Сашка скривился:

— Ни в коем разе! И близко не стоял… Кому это выгодно? Все куда проще. Всего-навсего торговать. Хорошая задача и смысля.

— А что же здесь криминального? — удивился Саня.

— Торговать лекарствами. Наша новая задача и смысля. Не важно, что делать, важно — как.

Шура откинулся на спинку стула и задумчиво посмотрел на Гребениченко.

— Опять не понял, — продолжал Саня. — В чем источник прибыли? И снова — где криминал?

— Объясняю. — Саша склонился к журнальному столу и махнул рукой, предлагая сесть поближе. — Слушайте сюда… Терпение, мой друг, и ваша щетина превратится в золото…

Головы приятелей тесно сомкнулись над полированной поверхностью, горячей от солнца…

В гостиной тихо звучал «Венгерский танец» Брамса…

Саня прислушался. Сашка всегда как холодный воздух из окна… Торговать… Но денег ни на что вечно не хватает. Хотя Надю это просто не интересует.

— Да, — скептически хмыкнул однажды Сашка, — Надежда живет неземными интересами. И как тебе, друг Портос, с ней живется?

Саня привычно отмолчался.

Она играла, выступала, ее стали приглашать за границу. Варвара Николаевна и Владимир Александрович помогали растить Олега.

Продуманность системы у Гребениченко была налицо, и уже довольно четко обозначены пути создания нового бизнеса. Саша многое наметил и разработал. Друзьям предлагалось лишь присоединиться и спокойно качать деньги.

— Закон о частном предпринимательстве, то бишь об индивидуальной трудовой деятельности принят? — рассуждал вслух подковавшийся юридически на все сто Саша. — Государственная программа приватизации имеется? И кончается двадцатый век… Сейчас самое время строить новую жизнь. Мы получили на нее все права! Компании-производители ищут оптовиков и предпочитают работать с меньшим количеством, но зато более крупными дистрибьюторами. Значит, пришла пора нам объединиться, сплотиться и координировать общие усилия по продвижению всяких там таблеток и гелей. — Гребениченко солидно помолчал. — В сфере оптовой торговли уже выделилось несколько крупных компаний, завоевавших рынок в большинстве регионов. Попробуем вклиниться туда и мы с вами… Именно сейчас активно формируются качественно новые связи между аптеками и дистрибьюторами лекарств. Отдельные аптечные киоски заменяются на сети аптек. У них единая структура, ценовая и маркетинговая политика и централизованное управление. Довольно часто за их спиной сильные оптовики. Это актуально. Хорошо идут дженереки…

— А это что такое? — Шура поправил очки, напомнив Саше отца. — Словами новыми сыплешь… Шпаришь как по писаному… Начитался средств массовой дезинформации? Долго речь заучивал?

Замечание насчет речи Саша проигнорировал. Не до того…

— Это химические аналоги какого-нибудь распространенного препарата известной марки, например парацетамола. Дешевые средства, вполне легальные, но не очень эффективные.

46
{"b":"191653","o":1}