ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Барон положил перед собой трубку, и Андрей понял, что аудиенция окончена. Он поднялся и вышел из шатра.

Таня ждала его возле входа.

– Нам скоро ехать, – сказала она. – Табор тоже уходит; похоже, я навлекла и на них беду. Нам с тобой здесь больше нельзя оставаться. Сейчас я переоденусь, мы отправляемся на вокзал. Утром уезжаем в Великий Устюг. Там мои родители – поживем у них.

Таня обвила Андрея за шею и поцеловала в губы. Андрей освободился из ее объятий.

– Хорошо, я согласен ехать. Но только… Только я должен вернуться.

– Как вернуться?! Зачем?! – Таня изумленно вскинула брови. – Это очень опасно.

– У меня там в квартире мальчик остался.

– Мальчик?!.. Ах да, мальчик, мне говорили. А родители его где?

– Родителей нет. Это тоже долгая история, но я не могу его так просто бросить. Ведь ты сказала, табор уходит. Значит, эту квартиру больше некому будет снимать, ведь так?

– Да, ее снимали только для тебя.

– Ну вот видишь. – Андрей улыбнулся. – Я должен вернуться и предупредить его.

Таня обвила его шею руками:

– Но я боюсь потерять тебя. Будь осторожен, будь очень осторожен. Давай я поговорю с бароном, и он даст тебе охрану.

– Нет, мне будет спокойнее, если я поеду один.

– Ну пусть тебя хоть довезут.

– Хорошо, а черные волосы тебе идут. – Андрей поцеловал ее в губы. – Ты самая красивая цыганка в мире.

Они договорились встретиться в поезде перед отправлением, Таня назвала вагон, место, и они распрощались. Поезд уходил в десять часов утра – Андрей должен был успеть.

Молодой цыган довез Андрея до Московского проспекта и высадил там, где начиналась Варшавская улица.

– Может, мне с тобой пойти, – предложил он.

Андрей, поблагодарив, отказался.

Для начала он обошел дом, чтобы убедиться, что машины Артема поблизости нет. Небо затягивали тучи, поэтому было довольно темно, белью ночи заканчивались.

В такое позднее время свет горел только в одном окне, и это было окно его кухни. Он улыбнулся, представив Руслана, ожидающего его прихода. Андрей даже не предполагал, что так сильно привязался к мальчику. Да и мальчик, похоже, тоже: трубку телефонную для него украл и вот сейчас не спит, ждет… Понимая, что телефон, скорее всего, прослушивается, Андрей решил прийти без звонка.

Он через кусты прокрался к окну, занавески были зашторены наполовину, но в кухне, видно, никого не было. Чувство опасности, подстерегающей где-то поблизости, вдруг проснулось и зашевелилось в душе. Андрей уже научился чувствовать опасность заранее, это странное ощущение уже приходило к нему не раз. Значит, что-то не так.

Прижавшись к стене, в тени растущих вокруг дома кустов и будучи в темноте почти невидимым, Андрей стал бесшумно обходить дом. Если Артем устроил где-нибудь здесь засаду, обнаружить ее будет нелегко – Артем человек в этом деле опытный.

Но Андрей не заметил ничего подозрительного. Постоял возле парадной, но войти так и не решился; пожалуй, лучше попробовать через окно. Он вернулся назад к освещенному окну. Какая-то тень мелькнула по занавеске, но кто это, разобрать не удалось. Рядом с окном проходила водосточная труба, Андрей легонько потряс ее, проверяя надежность, потом достал из-за пояса пистолет, передернул затвор, досылая патрон в патронник – возможно, придется пострелять; сунув пистолет обратно за пояс, взялся за трубу и стал медленно, стараясь не шуметь, подниматься по ней к окну.

Изогнувшись, Андрей заглянул в окно, но, кроме раковины и края газовой плиты, ничего не увидел. Тогда левой ногой он тихонечко наступил на подоконник… Но тут случилось непредвиденное… нога его вдруг соскользнула, и, ударившись всем телом о водосточную трубу, он повис на руках, ухватившись за металлическое крепление, наделав этим акробатическим трюком столько шуму, что, должно быть, перебудил всех соседей.

Какая-то тень метнулась за кухонной занавеской. Из освещенной кухни кто-то вглядывался в темноту, но Андрею было не видно, кто это, он только видел край плеча. Петли открываемого окна скрипнули.

– Дядя Андрей, это ты? – донесся до Андрея голос Руслана.

– Я, Руслан! – прошептал Андрей. Андрей подтянулся и, найдя опору для ноги, выглянул из-за трубы.

– Погаси свет.

Руслан тут же исполнил приказание.

– А теперь что? – донесся из темноты его голос.

– Открой окно, я к тебе сейчас влезу, – прошептал Андрей.

Руслан распахнул обе створки. Андрей, изогнувшись и ухватившись за оконную раму, перебрался на подоконник и спрыгнул в кухню.

– Свет пока не зажигай, – проговорил он, закрывая окно. – Придется пока без света побыть. А теперь расскажи, кто тут без меня приходил?

– Приходил один, тебя спрашивал, – послышался из темноты голос Руслана. – Но я ему сказал, что тебя нет. Спрашивал меня, кто я такой, но я ему не ответил. Ну и ушел.

– Я же тебе говорил дверь никому не открывать.

– А я и не открывал – мы через дверь разговаривали.

– Ты молодец, Руслан.

Андрей положил руку на худенькое плечо мальчика:

– Больше ничего подозрительного не было?

– Нет, больше ничего… Вот только в окно кто-то заглядывал, я спать не ложился, боялся.

– Послушай меня внимательно, – негромко зашептал Андрей, склонившись над мальчиком. – Здесь нам больше оставаться нельзя. Так что давай соберем вещички и уходим. Я тебе потом все объясню. Свет зажигать не стоит.

– Я понял, – сказал Руслан, что-то грустное прозвучало в его голосе.

Андрей прошел в комнату, на ощупь разыскал в своей сумке фонарик. Света от него оказалось немного, и Андрей пожалел, что не купил батарейки. Но что уж теперь, приходилось обходиться чем есть.

Андрей собрал вещи в сумку, у Руслана вещей было немного.

– Трубку телефонную не забудь, – сказал Руслан, когда они уже собрали вещи и вышли в прихожую.

Андрей сунул трубку в карман и застегнул на сумке молнию.

– Ты не боишься прыгать в окно? – спросил он.

Руслан в темноте только хмыкнул.

– Ну тогда будем через окно вылезать, я первый – потом ты.

Андрей постоял у окна, послушал, потом тихонько открыл раму… И тут вдруг в дверь раздался звонок. Андрей напрягся, замер.

– Кто это? – тихо, одними губами прошептал Руслан, в голосе его слышалась тревога.

Но Андрей не ответил. Он стоял, замерев, вслушиваясь в тишину квартиры и улицы. Прошла минута-другая… Звонок не повторялся, и это было странно, и это пугало, пугало особенно своей бессмысленностью, как будто звонивший и не надеялся, что ему откроют, а позвонил просто так, мол, здесь я – жду.

Андрей вслушивался, оцепенев, и не мог двинуться с места. Он вдруг понял, ощутив почти физически, что ему уже не уйти, что его обложили красными флажками, как волка. И звонок этот был предупреждением: бегай не бегай – никуда не денешься, словно кто-то с поганой рожей улыбнулся и этак помахал ручкой: «Здрасте пожалуйста!»

– Дядя Андрей, – вдруг вывел его из оцепенения детский голос.

«Не-ет! Мы еще поборемся!» Андрей выглянул в окно.

– Значит, я вперед, ты сумку выбросишь и сам прыгай, – сказал он Руслану.

В мальчике он был уверен, он знал, что Руслан сделает все так, как нужно.

Андрей вынул из-за пояса пистолет, встал на подоконник и прыгнул в темноту. Приземлившись, он бросился к стене дома, поймал сумку, потом спрыгнул мальчик. Пока все получалось как задумано.

– Вдоль дома, не отставай! – еле слышно прошептал он в ухо Руслану.

Они побежали вдоль дома. Андрей нес в левой руке сумку, в правой держал пистолет. Но не успели они сделать и десяти шагов, как свет, ударивший сквозь кусты, ярко осветил их. Это был свет фар стоявшего за кустами автомобиля. Андрей, не прицеливаясь, выстрелил два раза в сторону света и, повернувшись, побежал дальше. Только сделав пять шагов, вдруг вспомнил о мальчике, оглянулся. Руслан бежал за ним.

– Не отставай! – на ходу бросил Андрей, не стараясь понизить голос – таиться не имело смысла, их заметили.

45
{"b":"1917","o":1}