ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Когда она заговорила, голос ее был таким тихим, что Саймону пришлось напрячь слух, чтобы не пропустить ни слова.

— Лживого? Вообще-то он был со мной более честным, чем все остальные мужчины, которых я знаю.

Более честным. Черт! Саймон почувствовал себя неловко. Хотя у него не было для этого никакой причины. Он выполнял свой долг, не говоря всей правды о своих делах с Зэном. За это его нельзя винить.

— Ты говоришь, что он ухаживал за мной только потому, чтобы стать к тебе ближе, — продолжала она, — но ведь он никогда не притворялся, что любит меня. Если бы он был таким лживым человеком, каким ты его выставляешь, разве не старался бы он прежде всего убедить меня, что влюблен? Кроме того, когда он ухаживал за мной, он явно уже знал, что ты этого не одобришь, потому что все это было уже после разговора с Мариньи.

— Если вы этого не заметили, Зэн, — вступил Саймон, — то напомню, что ваша племянница — весьма красивая женщина. Только сумасшедший может не желать ее. Поверьте, мне не нужны были ни вы, ни ваш бизнес, чтобы оправдать мои ухаживания.

Камилла вспыхнула, а Зэн сжал зубы. Он вздернул упрямый подбородок и посмотрел на Саймона долгим мрачным взглядом.

— Тогда зачем вы на ней женитесь? Человек, который ради выгоды предает закон, не женится на женщине только потому, что он ее хочет. Он попытается соблазнить ее, да, но не жениться.

— Я предложил ей руку потому, что Фонтейн сказал, что иначе он пошлет ее в монастырь или отлучит от семьи, от тети, кузин. И поскольку я знаю, что она ни под каким видом не согласилась бы пойти в монастырь, то она потеряла бы семью, которую, как я знаю, она очень любит. Я не хотел, чтобы мои слишком поспешные действия послужили причиной этого.

Пока Зэн думал, как отнестись к его объяснению, Саймон добавил:

— Разве не может человек быть честным в одном и не совсем честным в другом? Разве вы не слышали о кодексе чести среди воров? Мы ведь, кажется, в кругу своих и можем себе позволить быть честными. Или у вас иные представления о морали?

Зэн посмотрел на Саймона тяжелым взглядом. Не мог же он признать перед лицом обожающей его племянницы, что у него нет представления о морали.

— Да черт с тобой. Наверно, нужно признать, что даже вор может быть галантным с красивой женщиной. — Он усмехнулся. — Но если собираешься жениться на моей племяннице, держи ее подальше от наших дел, понял? Я ее не уберег, но я откладывал для нее деньги не для того, чтобы ты…

— Ты откладывал для меня деньги? — прервала его Камилла.

Его лицо смягчилось, он кивнул.

— Конечно же. А откуда, по-твоему, взялось это твое приданое? Я, может, и распугал неподходящих молодых людей, но я никогда не говорил, что ты не должна вообще выходить замуж. — Он указал на Саймона пальцем. — Но я не для того старался, чтобы какой-то негодяй вроде этого майора воспользовался этим и сорвал свой куш… или воспользовался тобой ради своих целей.

— Мне не нужно ее приданое, — возразил Саймон. — Честно говоря, я вообще не хотел, чтобы она ввязывалась в наши с вами дела. — Вот это истинная правда. Он бы сейчас многое отдал, чтобы Камилла оказалась кем угодно, но не племянницей Зэна. — Моя свадьба с Камиллой никогда не будет иметь к нашим делам никакого отношения. И когда эти самые наши дела принесут мне доход, достаточный для покупки дома и земли, я прерву наше соглашение. — Может, Зэн смирится с этой свадьбой, если будет знать, что их деловые отношения — не навечно.

Зэн скрестил руки на груди.

— Серьезно?!

— Абсолютно! — Поскольку Зэн ничего не ответил, Саймон добавил: — Договорились? Вы благословите нас, если это не будет влиять на деловые отношения? — Он не столько нуждался в одобрении Зэна, сколько хотел убедиться, что все это не заставит пирата расторгнуть договор.

Вместо ответа Зэн повернулся к племяннице:

— Он нравится тебе, да? Нравится тебе этот проклятый майор? Ты действительно хочешь выйти за него замуж?

Когда она посмотрела на него, Саймон затаил дыхание. Ему вдруг показалось, что невидимая рука сжала его сердце. Только она могла даже в этот неподходящий момент пробудить в нем такое.

«Глупо», — подумал он про себя. Почему ему так важно, хочет она выйти за него или нет? Он женится на ней только ради того, чтобы спасти. Если она хочет пойти в монастырь или быть отлученной от семьи, ему-то что за дело? Лишь бы сохранить связь с Зэном. Ему даже выгоднее, если она от него откажется.

Но что толку врать себе, этого он не хотел. Может быть, то было вожделение. А может, обыкновенная глупая гордыня. Он не знал почему, но ему не хотелось, чтобы она его отвергла. Ни сейчас, ни потом.

Камилла смотрела на него, будто пыталась прочитать мысли, скрытые в его сердце, и наконец распрямила плечи и перевела взгляд на дядю.

— Да, он мне нравится. И я хочу стать его женой.

Саймон облегченно вздохнул. Она хочет выйти за него замуж. Спасибо Тебе, Господи. Он обернулся к Зэну.

— Это не повлияет на наш договор, так ведь? Вы удовлетворены тем, что я не вынуждаю ее делать что-то, чего она сама не желает?

Он заметил, что Камилла притихла, но в этот момент ему было не до нее. Он хотел убедиться, что они с Зэном до сих пор партнеры.

Зэн вздохнул.

— Ничего не изменилось. — Глаза его сверкнули. — Но если я когда-нибудь узнаю, что ты обижаешь мою племянницу, я порежу тебя на мелкие кусочки и разбросаю их, понятно?

— Иного я бы от вас и не ожидал, — ответил Саймон, не кривя душой. Он действительно считал Зэна убийцей. Он сказал, обращаясь к Камилле: — Мне неприятно прерывать ваш визит, Принцесса, но мы должны поспешить обратно, к вашему дяде Августу, пока он не выслал за нами городскую полицию.

— Пресвятая Мария! Я совершенно забыла о дяде Августе! — поспешно чмокнув Зэна в щеку, воскликнула Камилла. — До свиданья, нонк Жак. Нам пора. Ты ведь придешь на свадьбу, правда?

— Ни за что не упущу возможности натянуть нос американцам, — улыбнулся тот. — Приду обязательно.

Саймон прикусил язык, чтобы сдержать возмущение. Дни этого негодяя сочтены. Скоро Зэн уже никому не сможет натянуть нос, уж это точно.

Выйдя из магазина и оказавшись за пределами чуткого уха Зэна, Камилла спросила:

— Зачем ты пришел сюда, Саймон? — Впервые за это утро она заговорила по-английски. — Что-то сомневаюсь, чтобы дядя Август послал тебя за мной. Все равно он не дал бы мне ни слова сказать по поводу брачного контракта.

— Но без тебя я не стал бы разговаривать, — сказал Саймон, глядя прямо перед собой. Это было правдой, хотя не поэтому он отправился на ее поиски. — Уж коли мы женимся, я хочу, чтобы ты принимала участие в обсуждении.

Он помолчал. Потом набрал в грудь побольше воздуха и спросил то, о чем хотел спросить весь этот час:

— А ты почему пошла к Зэну? Получить его благословение на свадьбу? Или по какой-то другой причине?

Он кинул на нее взгляд, но она не повернула головы.

— Я не хочу, чтобы все случившееся дошло до него в виде слухов, чтобы он чего-то недопонял. Я подозревала, что он и так может рассердиться, что ты меня скомпрометировал… мог скомпрометировать.

Губы его тронула удивленная улыбка:

— Так ты за меня беспокоилась?

Она смотрела себе под ноги.

— Ну да, конечно. Ты… был более чем добр ко мне, помогал найти любовника Дезире и вообще…

Но что-то в ее тоне насторожило его. Она не выглядела ни довольной, ни спокойной. Она сказала Зэну, что хочет за него выйти замуж. Так что же ее пугает? Что расстраивает?

Может, она все еще волнуется насчет кузины?

— Послушай, насчет того, как найти этого любовника Дезире… Вчера вечером мне пришло в голову, что мы все равно можем осуществить план, который придумали. Я приглашу этих солдат на свадебный обед, и ты сможешь посмотреть, не выдаст ли себя Дезире.

Она поглядела на него пытливо и недоверчиво.

— Неужели тебя все еще заботит моя кузина? Я уже было подумала, что после всего, во что обошлась эта забота, ты не захочешь иметь с ней никакого дела.

40
{"b":"19262","o":1}