ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Я молча ждал объяснений.

– Четыреста тысяч наличными плюс обмен объектами недвижимости, – сказал Джей.

– Кто из вас платит четыреста тысяч?

– Они. Продавец.

Три миллиона минус четыреста тысяч, быстро подсчитал я, равняется двум миллионам шестистам тысячам. Не зря, выходит, Элисон, готова была пасть перед Джеем ниц.

– Что представляет собой второй объект?

– Участок земли на Лонг-Айленде, на Норт-Форк, в девяноста милях отсюда и к тому же – в сельской местности Эго старая ферма, которая находится практически на берегу пролива Лонг-Айленд-Саунд. Чудесное место и достаточно уединенное. Покупатель собирается развести там виноградники и оборудовать площадки для гольфа.

Я кивнул:

– Хорошо бы взглянуть на контракт.

– Элисон говорила, вы дока по части всяких мелочей.

– Можно сказать и так.

– Вы бываете здесь каждый день? – спросил Джей.

– Почти каждый.

– Вы что, отошли от дел?

– Похоже, что так… Ладно, Джей, я думаю, в ваших интересах будет кое-что узнать. – Я посмотрел ему прямо в глаза. – Во-первых, явиться в ресторан за час до полуночи – далеко не лучший способ найти себе адвоката. Откуда вы знаете, может быть, я вообще не адвокат? Вам повезло, я действительно адвокат, но суть в том, что я мог им не быть, понимаете? Во-вторых, вы ничего обо мне не знаете. Дело в том, что я не занимался делами уже… словом, достаточно долгое время, поэтому я могу быть не в курсе самых последних постановлений и правил. Кроме того, я давно не сталкивался со специалистами из титульных компаний и растерял все связи в департаментах муниципалитета. Наконец, я не следил за возможными изменениями в формулировках, не знаю, как теперь заполняются налоговые формы и так далее и тому подобное… Я потерял квалификацию, Джей, – вот что я хочу сказать. Или, иными словами, я недостаточно компетентен, чтобы представлять ваши интересы в этой сделке. Если бы эта ваша ферма была где-нибудь в глухомани, на Аляске или в Аризоне, я бы, пожалуй, справился. Но в вашем случае речь идет о двух больших и весьма недешевых объектах недвижимости, поэтому я…

– Сколько вы хотите? – напрямик спросил Джей. Он, похоже, чувствовал себя не в своей тарелке – постоянно ерзал, поводил плечами.

– Вы меня неправильно поняли, Джей, я не набиваю себе цену, – сказал я. – Я просто хотел, чтобы вы знали, с кем имеете дело.

Он сердито нахмурился:

– Ерунда!

– Что-что?

– Я сказал – все это ерунда.

– В каком смысле?

Он нетерпеливым жестом поднял ладони вверх.

– Элисон сказала, что когда-то вы занимались крупными сделками по купле-продаже недвижимости, в частности – продажей помещения банка на Сорок восьмой улице. Сколько там за него заплатили?… Кажется, около трехсот миллионов, верно? Помнится, там еще были всякие сложности с объединенной корпоративной собственностью…

Он был совершенно прав, вот только Элисон я ничего об этом не рассказывал – ни единого словечка. Впрочем, информацию об этой сделке легко было выудить из Интернета.

– Ну так как?

Это Элисон проверила меня по компьютеру, сообразил я.

– Ну…

– Что – «ну»? Послушай, Билл, я попал в чертовски сложное положение; мне позарез нужен юрист, а ты пытаешься убедить меня, будто ты недостаточно квалифицирован для этой работы. – Он наклонился вперед. – Если дело в деньгах, так и скажи. Я могу заплатить хороший гонорар. – Он вытащил из бокового кармана пиджака чековую книжку. – Итак, сколько?

Я поднял руку, призывая его не торопиться.

– Послушай, Джей… (На «ты» – так на «ты», решил я.) Позволь мне сначала задать тебе несколько вопросов.

– Выкладывай.

– Кому принадлежит здание, которое ты покупаешь?

– Чилийской винодельческой компании.

– Почему переговоры так затянулись?

– Я не знаю. Сначала они предложили слишком маленькую цену.

– Значит, они покупают участок земли на Лонг-Айленде?

– Конечно, почему бы нет? Это очень красивый участок на берегу океана. – Джей улыбнулся широкой располагающей улыбкой. – В наших краях таких больше нет и не будет. Чилийцы намерены пустить его под лозу.

– Ты имеешь в виду промышленные виноградники?

– Точно.

– Как сложилась нынешняя цена земли?

– Я уже давно знал, что она стоит что-то около трех миллионов. А потом чилийцы вышли на меня, мы немного поторговались и ударили по рукам.

– И ты не захотел получить все деньги за участок наличными?

– Нет.

– Почему?

– Потому что мне… Я подумал – так будет лучше. Иными словами, он подумал – это не мое дело.

– Значит, ты мог получить всю сумму наличными, но предпочел смешанный вариант. Это необычно.

Джей куснул соломинку, торчавшую из бокала с коктейлем.

– Мне было необходимо это здание. Несмотря на то, что там написано, – он кивнул на акт осмотра, – оно еще в очень хорошем состоянии. Кроме того, я получу четыреста «кусков» наличными – поди плохо?…

– Кто вел переговоры от твоего имени?

– Я сам.

– Разве ты раньше занимался подобными сделками?

Он уставился на меня, потом снова вцепился зубами в соломинку.

– У меня такое ощущение, что покупатель здорово занизил стоимость земли, – пояснил я. – В конце концов, этот участок для них – настоящий подарок судьбы.

– Да, – с несчастным видом согласился Джей. – На черном рынке за него можно было бы выручить миллиона четыре, но мы остановились на трех.

– Почему ты не запросил больше?

Джей Рейни медленно, тяжело вздохнул.

– Может, у тебя просто не было адвоката, который взялся бы вести эти переговоры от твоего имени?

– Дело не в этом…

Я снова посмотрел ему в лицо – открытое, приятное.

– Эти южноамериканцы могли ободрать тебя как липку, – сказал я.

– Три миллиона – тоже неплохие деньги, – проговорил он успокаивающе. – Все в порядке, Билл.

– У тебя есть с собой копия контракта?

Он снова вздохнул:

– Нет. Контракт привезет покупатель.

– Похоже, тебе действительно нужен адвокат, приятель.

– Вероятно… – Джей Рейни слегка наклонил голову. – Я знаю, что это необычно, Билл… Если хочешь, я заплачу тебе больше обычного гонорара – сколько скажешь, столько и заплачу.

Деньги мне пока были не нужны, так что заработок меня не особенно интересовал. Но прежде чем я успел объяснить Джею, как опасно подписывать контракт, которого ты никогда не видел, в Кубинском зале появилась Элисон. Она вела за собой двух мужчин в костюмах.

– А вот и я, мальчики… – Она представила нам старшего из мужчин – мистера Герзона, адвоката владельца здания. Герзон принес с собой сразу два «дипломата». Вежливо пожав мне руку, он назвал своего спутника, мистера Баррета из титульной компании. Насколько мне было известно, в Нью-Йорке служащим титульных компаний не приходится особенно утруждаться; единственное, что они делают, это роются в городских актах регистрации собственности, выданных за последние триста лет. Эта работа необходима, чтобы убедиться – на недвижимость, переходящую из рук в руки, больше никто не претендует, она не заложена, не находится под арестом, и в каждый конкретный период своего существования имела официально зарегистрированного владельца. Сомнительные случаи встречаются крайне редко, так что по большей части сотрудники титульных компаний просто собирают вознаграждение за труд и за страхование против дефектов правового титула.

Герзон повернулся к Рейни:

– А где ваш адвокат?

Джей махнул в мою сторону:

– Вот он.

Моя мятая рубашка и далеко не профессиональный вид вызвали у Герзона улыбку.

– О, простите, – сказал он.

Сам мистер Герзон был одним из тех мужчин, которые любят давать своим портным самые подробные указания. Костюм служил своеобразным фундаментом его тщеславия. Огромные часы мистера Герзона выглядели довольно вульгарно, зато запонки и перстень были подобраны друг к другу, воротник сорочки накрахмален, а узел галстука из мягкого шелка представлял собой настоящее произведение искусства. Накладка из искусственных волос на макушке тоже выглядела почти естественно; впрочем, такие вещи никогда и не бывают достаточно хороши.

24
{"b":"193","o":1}