ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Теперь несколько слов о винограднике «Чайка»… По-моему, худшего названия и не придумать – так и кажется, будто какая-то чайка накакала в вино. Хойты – его владельцы – были первыми, кто стал разводить на острове виноград. Теперь у них очень хорошая лоза, которая дает отличные ягоды, но название все портит. Я бы на их месте давно его сменила. Право на застройку они продали округу лет десять или пятнадцать назад, так что теперь этот участок можно использовать только для выращивания сельскохозяйственных культур. В настоящее время виноградник потихоньку приходит в упадок, гак как у миссис Хойт уже давно рассеянный склероз, а ее муж страдает частыми депрессиями.

К востоку от виноградника находится бывшая земля Джея. Узкая полоска между ними была в свое время специально оставлена для возведения фермерских построек и может быть продана только как самостоятельный участок. Как вам, вероятно, уже известно, бывшая собственность Рейни представляет собой весьма лакомый кусочек. На плане видно, что она тянется от Северной дороги до самой воды и имеет почти правильную геометрическую форму. Местность по большей части ровная; на участке также имеется колодец, который отстоит довольно далеко от океана, поэтому вода там совсем не соленая и может использоваться для полива и хозяйственных нужд. Почва на участке всегда была плодородной, а теперь, после того как она несколько лет фактически не использовалась, она, несомненно, способна давать отличные урожаи без применения удобрений. Семейству Рейни эта земля принадлежит уже давно, хотя она и передавалась по наследству по материнской линии. Хочу обратить ваше внимание, мистер Уайет, что участок Рейни находится в самом центре карты, занимая, так сказать, ключевую позицию. К северо-востоку от него, на берегу бухты, находится федеральный заповедник или, точнее, заказник. Некогда эта территория тоже принадлежала семье Рейни, была частью их участка. Должна сказать – место очень красивое, хотя и непригодное для сельскохозяйственного использования из-за сильной заболоченности почв. Там гнездятся самые разные птицы, растут охраняемые виды растений, а п море водятся крабы, которых можно ловить с небольшой весельной лодки. Году этак в шестьдесят пятом или шестьдесят шестом Рейни продали этот участок штату Нью-Йорк, однако согласно договору за владельцем прилегающего участка – то есть за теми же Рейни – сохранялось право прохода через заповедник по проселку, соединявшему их землю с побережьем бухты. Запомните это, мистер Уайет. Кто владеет участком Джея, тот имеет законное право прохода к воде через заповедник – то есть доступ к болотам и прочему, а также к…

– Там, вероятно, есть небольшой пляж?

– Да, чудесный песчаный пляж на губе при входе в бухту. Это тоже очень красивое, уютное и уединенное место. От заповедника его отделяет роща норсролкских араукарий, посаженных больше столетие назад. Я бы сказала, что на побережье пролива это один из лучших пляжей.

– Джей никогда мне об этом не говорил.

– Должно быть, он об этом просто не задумывался. – Марта показала мне на небольшой залив, названный на карте бухтой Краболовов. – Вокруг этой бухточки стоит несколько шикарных особняков, добраться до которых можно по дороге, оканчивающейся тупиком. Участки довольно большие – от полутора до трех акров. В начале восьмидесятых, когда особняки только строились, эта земля шла примерно по девяносто тысяч.

– А сколько она стоит теперь?

– Теперь, я думаю, как минимум тысяч по четыреста за акр.

– Ничего себе!…

– Не понимаю, чему вы так удивляетесь, мистер Уайет. Цены растут, стабилизируются на какое-то время и снова растут. Взгляните-ка лучше сюда… – Она показала на участок с надписью «Лодочная мастерская». – Этой землей владел Кайл Лортон, который приходил домой таким грязным, что жена заставляла его раздеться донага и мыла из шланга на заднем дворе. С дороги было хорошо видно, как она это делает. Сзади Кайл был похож на перезрелое яблоко, оставленное на солнце; впрочем, и спереди вид был не лучше. Занимался он ремонтом и прокатом лодок для ловли омаров и с обычными людьми почти не общался, зато ловцы его очень любили. Кайл всегда был грязен; зубы у него были гнилые, и воняло от него, как от козла, зато он был, что называется, на все руки мастер и мог починить все, что угодно.

– Насколько я знаю, омаров здесь больше нет.

– Это верно. Ваш бывший мэр Джулиани – тот самый, который больше всего боялся, как бы избиратели не пронюхали, что он лыс, как моя коленка, – распылил над всем Нью-Йорком яд для борьбы с комарами – переносчиками нильской лихорадки.

– Яд, который оказался совершенно неэффективным.

– Да, он не действовал ни на кого, кроме стариков и омаров. Как и следовало ожидать, с берегов инсектицид смыло в пролив Лонг-Айленд-Саунд, и все омары погибли. Если хотите знать мое мнение, следовало спасти омаров, а старикам дать умереть спокойно, но правительство, как всегда, поступило наоборот. Теперь ловля омаров как вид бизнеса перестала существовать; кроме того, Кайл сливал в воду отработанное масло и в конце концов попался Департаменту охраны окружающей среды. Теперь он почти банкрот, однако его участок – единственный на побережье бухты может быть использован в коммерческих и мореходных целях. Этот статус он получил в незапамятные времена; сейчас добиться права на такое использование земли уже невозможно. Ко всему прочему, Кайл углубил дно бухты до девяти футов, прокопав под водой своего рода канал; это, разумеется, совершенно незаконно, зато в его канал может зайти достаточно большая лодка.

– Значит, в игре участвуют все эти владения, – сказал я, разглядывая карту. – И тот, кто выкупит их у владельцев и соберет воедино, может стать очень богатым человеком. Вы это хотели сказать?

– Да, – кивнула Марта. – Капустное поле тоже продано под застройку – должно быть, в наше время капуста больше никому не нужна. Вот эти небольшие участки площадью около десяти акров каждый, которые я обозначила буквами А, В, С и D, сданы в долгосрочную аренду с правом последующего выкупа. До последнего времени здесь сажали сладкую кукурузу и картофель – настоящий крупный картофель, который теперь даже у нас на Норт-Форке не часто увидишь. А вот на этом участке владелец выращивал на продажу новогодние елки. Он тоже балансирует на грани банкротства, потому что сейчас этим бизнесом занимается слишком много народу, к тому же Америка давно перестала быть христианской страной. Мы – язычники, мистер Уайет, и с каждым годом погружаемся в язычество все глубже; я твержу об этом вот уже почти сорок лет.

А теперь, мистер Уайет, взгляните, чего хочет добиться, мистер Марсено… – И Марта Хэллок протянула мне еще одну карту, которая выглядела так:

Кубинский зал - map3.jpg

Я внимательно рассмотрел ее.

– Как видите, у него на уме не просто виноградник.

– Это просто колоссальный проект, – проговорил я. – Неужели Марсено уже скупил все участки?

– Все, за исключением полоски земли, обозначенной буквой Л. Владелец этого участка пытается выторговать несколько большую сумму денег, которую он, конечно, получит. Остальная земля или уже продана, или, как я говорила, взята в долгосрочную аренду.

Я задумался. Трудно было представить себе более наглядный пример того, как в современных условиях воплощается древний принцип «Разделяй и властвуй». Марсено тайно собирал из кусочков огромное земельное владение. Чтобы не привлекать внимания, он действовал через разные риелторские агентства и приобретал участки в такой очередности, чтобы между покупкой двух смежных участков пролег более или менее значительный временной отрезок. Вместе с тем действия его были максимально быстрыми, чтобы цены на землю не успели взлететь до небес. Даже упомянутая Мартой долгосрочная аренда, к которой прибегал Марсено, была одной из распространенных форм приобретения земельных наделов под застройку. Кстати, если кто не знает, участок земли под Рокфеллеровским центром тоже в свое время образовался после того, как двести двадцать девять полуразрушенных, ветхих кирпичных домишек были куплены одной компанией. В начале своей карьеры я сам участвовал в подобной «сборке» весьма большого земельного надела в районе Восточных Шестидесятых улиц; помнится, необходимо было выкупить у владельцев девять разных участков земли, самый маленький из которых имел каких-нибудь шестнадцать футов ширины. Моя фирма поручила мне эту работу в значительной степени из-за того, что тогда я выглядел очень молодо и вполне безобидно. Я со своей стороны был в восторге от этого задания. Благодаря моим усилиям донять продавцов продали свои участки девяти разным юридическим лицам, одно из которых носило название, смутно напоминающее корейское, в названии другого фигурировала еврейская фамилия, и так далее, и так далее. Я уверен, что даже если бы продавцы сравнили свои контракты, они бы, скорее всего, ничего не заподозрили. Излишне упоминать, что в действительности каждое юридическое лицо представляло собой лишь пакет уставных документов и находилось в полной и безраздельной собственности нашего клиента – крупного голландского банка.

85
{"b":"193","o":1}