ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Послушай, – сказал я, – ты не обратила внимания… у этого грузовика водительская дверца на месте?

– Нет. Кажется, ее вообще нет, а что? Мерзкий старый мужичонка – это, конечно, Поппи.

– Нельзя ли мне как-то поговорить с водителем?

– Я же сказала, он ни за что не хочет вылезать из своего дурацкого грузовика. Впрочем, я могла бы отнести ему телефон…

– Сделай это, пожалуйста.

– Хорошо. – Я услышал, как она несет трубку на улицу, – услышал стук дверей и шорох холодного ветра, проносившегося сквозь сетку микрофона.

– Поппи? – спросил я, когда Элисон передала ему трубку.

– Это ты, Джей?

– Нет, это Билл, его адвокат. Помнишь меня?

– Я не собираюсь разговаривать со всякими темными дельцами.

– Никуда не уезжай, Поппи, я сейчас приду. – Я мысленно прикинул расстояние – от моего отеля до стейкхауса было кварталов пятнадцать. – Буду через несколько минут.

– Лучше приведи Джея. Или вот что: найди его и скажи, что я больше не могу!… Я скажу им то, что ему лучше бы не знать… – Голос его прервался, и Поппи издал какой-то странный звук, похожий на сдавленное рыдание. – Мне очень жаль, Билл. Я не хотел, я…

– Билл! – раздался в трубке встревоженный голос Элисон. – Этот тип, кажется, плачет!…

– Не дай ему уехать! – крикнул я. – Забери у него ключи от машины.

– Ха уже забрал.

Я пообещал, что сейчас подъеду, потом положил трубку и набрал номер нью-йоркского офиса Марсено. На звонок ответила мисс Аллана.

– Мне нужно срочно поговорить с мистером Марсено, – сказал я.

Марсено взял трубку почти сразу.

– Доброе утро, мистер У-айет, – услышал я его голос. – Я вижу, вы все-таки решили откликнуться на мою просьбу. Что вы можете мне…

– Выслушайте меня, Марсено, – перебил я. – Джей Рейни не. тает, что закопано на его участке, и я этого тоже не знаю. Зато мне стало известно, кто может ответить на ваши вопросы. Это один из работников семьи Рейни – маленький, старый…

– Вы имеете в виду парня, которого все зовут Поппи?

– Да.

Марсено презрительно хрюкнул:

– Мы его уже спрашивали.

– Вы лично?

– Нет, этим делом занимался один из наших представителей.

– Кто'?

– Это конфиденциальная информация, мистер У-айет.

– Если это была Марта Хэллок, то, боюсь, в этом вопросе ей доверять не стоит.

Мой выстрел попал в цель.

– Это еще почему? – обеспокоенно спросил Марсено.

– Потому что они родственники.

– Родственники?!

– Поппи – племянник Марты Хэллок.

– Мне никто не сказал… – медленно проговорил Марсено.

– С чего бы они стали вам говорить? – сказал я в тон.

– Значит, этот человек, Поппи… Он знает?

– Поппи сейчас в городе – в том самом ресторане, где мы с вами заключали сделку. Он ищет Джея Рейни, но сейчас это вряд ли возможно. Поппи утверждает, что должен сообщить Джею нечто важное. Я сейчас еду туда. Было бы неплохо, если бы вы тоже подъехали.

– Я рассчитывал получить интересующие меня сведения от вас или от мистера Рейни.

Я встал и, подойдя к окну, стал смотреть, как такси медленно ползут вдоль Пятой авеню.

– Бросьте, Марсено, не ломайтесь… Поппи сейчас здесь, в нескольких минутах езды от вашего офиса. И он готов говорить. Если вы не хотите его выслушать, что ж… Боюсь, больше я ничем не могу вам помочь.

– Это мы еще посмотрим, У-айет!

– Как угодно, Марсено, только не забудьте – не я, а вы можете потерять деньги. Все ваши сорок два миллиона…

Я быстро шагал к стейкхаусу, слушая, как мой телефон звонит в квартире Джея над гаражом. Трубку никто не брал. Когда вчера вечером мы прощались, он протянул мне руку в знак дружбы и примирения, и я с удовольствием ее пожал. Теперь, когда я знал, что за его необъяснимыми поступками стоит простое и вполне понятное с эмоциональной точки зрения желание видеть свою дочь, я мог только переживать за него.

В понедельник утром в городе вновь возобновилась деловая активность, и из подземки поднимались наверх сотни и тысячи мужчин и женщин, готовых решать вопросы, срочно урегулировать проблемы, отвечать на телефонные звонки. Уже завтра среди них наконец-то буду и я. Со вторника я приступал к работе в новой фирме Дэна Татхилла. Я уже решил, что сниму новую квартиру с настоящим портье, который не позволит хулиганам и головорезам подняться ко мне и перевернуть все вверх дном. А еще через несколько недель в Нью-Йорк вернутся Тимми и Джудит.

Еще за квартал до ресторана я увидел двухтонный грузовик Поппи, взгромоздившийся на тротуар и поваливший один из горшков с вечнозеленой туей. Глиняный обливной горшок раскололся, земля высыпалась, и аккуратное деревце валялось на боку, выставив на мороз обнаженные корни. Перед дверями бродил Ха; он собирал рассыпанные картофелины и по одной забрасывал назад в кузов. Холодный ветер трепал его редкие седые волосы.

– Привет, Ха! – окликнул я его.

Он повернулся в мою сторону и кивнул:

– А-а, друг мисс Элисон…

– Да, это я. Она мне звонила. – Я кивнул в сторону грузовика. – Этот маленький старик все еще там?

– В понедельник, перед самый обед… – пробормотал Ха. – Но Ха все равно работать и работать… Да, он есть там.

Но я и сам видел грубый, грязный башмак, торчавший из кабины со стороны отсутствующей водительской дверцы. К рулю по-прежнему была примотана изолентой старая перчатка. Сам Поппи наискось лежал на переднем сиденье, прижимая к груди полупустую бутылку виски.

– Привет, Поппи. Что-то ты скверно выглядишь.

– Я им ничего не сказал, – пробормотал Поппи в ответ и рассеянно облизнул губы. Я заметил, что лицо Поппи сильно распухло, словно его кто-то ударил. – Когда увидишь Джея, скажи – я ничего им не сказал.

Краем глаза я увидел, что из дверей ресторана вышла Элисон; руки ее были крепко сложены на груди, плечи приподняты, взгляд выражал тревогу.

– Кто это такой? – резко спросила она.

– Это Поппи. Он когда-то работал на ферме Джея.

– Он пьян?

– Д-да, я пьян… – Поппи заворочался на сиденье; при этом его рубашка задралась, обнажив поросший седыми волосами живот. – И не только пьян… Еще меня избили, а потом я пил кофе… – Он наклонился, и его вырвало в промежуток между сиденьями. – О, господи!… – простонал он.

Элисон, брезгливо морщась, отступила подальше от грузовика:

– И что мне теперь делать? Вызвать полицию?

– Не надо, – быстро сказал я.

– Почему?

– В ту ночь, когда мы заключали сделку по продаже недвижимости, этот человек приезжал сюда к Джею.

Элисон нахмурилась:

– Что-то я его не помню. Если бы он здесь побывал, я бы его не забыла – у меня хорошая память.

– Ты тогда уже праздновала с Джеем, – объяснил я. – Поппи привез важное известие. Джею нужно было срочно ехать на свой участок. Помнишь, ты еще просила меня съездить с ним на Лонг-Айленд?… Той ночью мы нашли на участке Джея мертвого старика негра, который примерз к трактору. До этого он много лет работал на семью Рейни. Очевидно, ему стало плохо, и трактор сорвался с обрыва. Поппи, Джей и я вытащили его, прицепив к этому самому грузовику. Джей считал, что со стариком случился сердечный приступ.

– У Хершела действительно был инфаркт! – рявкнул Поппи и, взяв себя в руки, сел прямо. Губы у него были мокрыми и блестели; кроме того, он то и дело ронял голову на грудь, потом снова поднимал. Со стороны казалось, будто Поппи важно кивает – точь-в-точь как свидетель на перекрестном допросе в суде.

– Долбаный инфаркт, вот и все!… Я видел это своими собственными глазами. Никто его не убивал.

Я схватил Поппи за руку:

– Ты же говорил, что только нашел его!…

– Нет, – прорычал Поппи в ответ. – Я видел, как он умер.

– Это ты убил его, Поппи? Как ты это сделал?

Казалось, мой вопрос заставил Поппи глубоко задуматься. Он рассеянно посмотрел на меня и ничего не ответил.

– Послушайте, сэр, – вмешалась Элисон, – в понедельник утром нам обычно доставляют продукты, а ваш грузовик перегородил дорогу. Вам придется передвинуть его на другое место.

98
{"b":"193","o":1}