ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Мальчики обступили Питера, чтобы прочесть заметку. Ее заголовок гласил: «В заброшенном доме в глуши Часового каньона умер загадочный человек». Юпитер быстро просмотрел заметку. Из нее он узнал, что Горацио Август, известный также под именем Гарри Вестона, приехал в Голливуд около двадцати лет назад, а до этого долгое время прожил в Вест-Индии. Очевидно, в те далекие годы он обладал изрядным богатством, нажитым в молодости торговыми сделками в южных морях и на Востоке.

Он купил большой дом в Часовом каньоне, среди уединенных холмов к северу от Голливуда, и прожил в нем двадцать лет с двумя слугами. Он ни с кем не водил дружбы, занимался собиранием старинных часов и книг, особенно написанных по-латыни. Он также собрал огромную коллекцию разных изданий произведений Артура Конан-Дойля. Мальчиком в Англии он однажды встречался с этим знаменитым писателем и на всю жизнь остался почитателем созданного его воображением сыщика Шерлока Холмса.

Он тихо-мирно жил под вымышленным именем до самой смерти, последовавшей после долгой болезни. Ложиться в больницу на лечение он отказался, заявив, что всю жизнь мечтал спокойно умереть в своей постели в собственном доме, и наконец его мечта была близка к осуществлению.

Он был высок ростом, имел красивые густые светлые волосы, но никогда не давал себя фотографировать. Единственные известные родственники мистера Августа проживают в Англии. После кончины врач, осматривавший тело, чтобы оформить свидетельство о смерти, обнаружил на нем шрамы от множества старых ножевых ран, полученных, видимо, во время его таинственных похождений в молодые годы. Больше о его загадочном прошлом ничего не известно.

— Да, — вздохнул Пит, — действительно, загадочный человек.

— Ножевые ранения! — заметил Гус. — Веселенькую жизнь он прожил. Уж не контрабандистом ли он был?

— От кого-то он скрывался, — догадался Боб, — это же ясно. Сначала в Вест-Индии, но потом испугался, что там его найдут, вот он и переехал сюда, в Часовой каньон. Он, наверное, рассудил, что в Лос-Анджелесе и Голливуде столько людей со всего света, что на него никто не обратит внимания.

— Как бы то ни было, — подвел итог Юпитер, — а умер он тихо и мирно в своей постели. А если он об этом мечтал, значит, он боялся насильственной смерти и опасность эта, судя по всему, исходила от смуглого человека с татуировкой в виде трех точек на лбу.

— Подождите, подождите! — закричал Гус. — Я что-то припоминаю. Это случилось лет десять назад, когда я был совсем маленьким. — Он задумался, наморщив лоб и пытаясь что-то вспомнить.

— Я уже засыпал в своей комнате наверху, когда услышал, что внизу раздаются голоса. Мой папа с кем-то разговаривал. Потом я услышал, как папа повысил голос. «Да говорю же я вам, что понятия не имею о том, где мой дядя! Насколько нам известно, он давно умер. А если он и жив, то я все равно не могу сказать, где его искать, хотя бы и за миллион фунтов стерлингов!»

При этих словах я окончательно проснулся, вылез из кровати и вышел на лестницу. Внизу, в гостиной, стояли мой папа и какой-то незнакомец. Незнакомец что-то сказал, я не расслышал что, а папа ответил: «Да мне-то что от того, что для вас это очень важно. Я в жизни не слыхал ни о каком огненном глазе. И от дяди не получал вестей уже очень много лет. Так что уходите и оставьте меня в покое».

После этих слов незнакомец поклонился и повернулся, чтобы взять свою шляпу. При этом он поднял глаза и заметил меня, но не придал этому никакого значения. Взяв шляпу, он еще раз поклонился и ушел. Отец мне ничего не рассказывал об этом посетителе, а сам я не спрашивал, потому что боялся, что папа рассердится, что я слушал их разговор, тогда как должен был уже давно спать. И все дело в том, — Гус понизил голос, — что этот посетитель был смуглый и на лбу у него были три точки. Я тогда не задумывался над тем, что это за метка, а теперь понимаю, что это была татуировка.

— Ага, — заметил Пит, — значит, этот Меченый пытался найти дядюшку через твоего отца.

— Да, и поэтому-то, наверное, дядюшка Горацио никогда нам не писал, — ответил Гус, — чтобы через нас его нельзя было найти.

— Так, значит, огненный глаз, — пробормотал Юпитер. — Скажите, мистер Двиггинс, Горацио Август когда-нибудь о таком упоминал?

— Нет, мой мальчик. Я знал его двадцать лет, но никогда о таком не слышал. Все, что я знал, написано в этой заметке. Я уже жалею, что все это рассказал репортеру, но тогда мне и в голову не приходило, что в этом может быть что-нибудь плохое. Могу добавить только одно — в последнее время ваш дядюшка стал особенно осторожен. Ему все казалось, что он окружен недругами, что за ним кто-то следит. Даже мне он не доверял. Так что вполне возможно, что он спрятал от этих воображаемых недругов что-то ценное и послал вам письмо, которое, как ему казалось, поможет вам найти спрятанное.

— Ясно, — отозвался Юпитер. — Мы пришли сюда, чтобы узнать побольше о мистере Августе, и, видимо, почерпнули все возможное из этой заметки. Теперь, я думаю, нам надо побывать в доме в Часовом каньоне, может быть, мы там еще что-нибудь обнаружим.

— Там ничего нет, кроме совершенно пустого дома, — заметил Двиггинс. — Как душеприказчик покойного я распродал всю его мебель и книги, чтобы рассчитаться с его долгами. Через несколько дней новый хозяин собирается сломать дом, чтобы построить на его месте несколько новых коттеджей. Если вы хотите побывать в доме, я даю вам на это разрешение и ключ от входной двери. Не знаю только, что вы там собираетесь обнаружить, потому что дом совершенно пуст. Там оставалось только немного книг и, конечно, еще скульптуры, точнее говоря, бюсты — гипсовые бюсты великих людей. Но они не представляли никакой ценности, поэтому я продал их за гроши старьевщику.

— Бюсты! — Юпитер подскочил как ужаленный. — Гипсовые бюсты из старого дома! Да это же те самые, что Титус Джонс вчера привез на склад утильсырья. Цезарь, Вашингтон, Линкольн и все прочие.

— Мистер Двиггинс, — быстро проговорил Юпитер, — извините, нам пора. Спасибо вам большое. Я понял смысл таинственного послания, но нам надо торопиться.

Он повернулся и быстро исчез за дверью. Очень удивленные, Боб, Пит и Гус последовали за ним. «Роллс-ройс» ждал их, а Уортингтон заботливо драил его вороненые бока.

— Уортингтон, скорее домой, — сказал Юпитер, садясь в машину. — Мы очень спешим.

— Хорошо, мастер Джонс, — откликнулся Уортингтон.

Он вывел машину со стоянки, и они понеслись в Роки-Бич на максимальной разрешенной скорости.

— Юп, что за спешка? — поинтересовался Пит. — Мы так летим, как будто у нас там все огнем горит.

— Именно, что огнем, — загадочным тоном ответил Юпитер, — на то он и «Огненный Глаз».

— Не понял, — озадаченно протянул Пит, зато Боб, кажется, догадался.

— Юп, — закричал он, — ты разгадал тайну письма! Правильно?

Юпитер кивнул, отчаянно стараясь скрыть распиравшее его чувство гордости.

Гус удивленно уставился на него:

— Что, в самом деле?

— Полагаю, что да, — ответил Юпитер. — Ключ к загадке — в пристрастии твоего дядюшки к рассказам о Шерлоке Холмсе и в гипсовых бюстах, про которые нам рассказал Двиггинс.

— Что-то я не пойму, — проворчал Пит. — Шерлок Холмс, гипсовые бюсты — какое отношение они имеют к письму?

— Подробности я объясню потом, — сказал Юпитер, — а пока припомните ту фразу из письма, в которой дядюшка говорит Гусу: «в августе твое счастье».

— Ну и что? — Пит пока ничего не понимал. Гус тоже. Боб отчаянно старался угадать ход мыслей Юпитера.

— А теперь вспомните про бюсты великих людей — Вашингтона, Линкольна и прочих. Среди них был и бюст Августа Сильного.

— «В августе твое счастье»! — взволнованно сказал Гус. — Здесь август — и там Август. Ты думаешь, что это что-то спрятано в бюсте Августа?

— Я в этом практически уверен, — ответил Юпитер, — все очень хорошо сходится. Мистер Август любил на досуге почитать рассказы про Шерлока Холмса, а один из этих рассказов называется «Шесть Наполеонов» — про то, как в бюсте Наполеона спрятали драгоценности. Этот рассказ, видимо, и подал твоему дядюшке мысль спрятать «Огненный Глаз» там, где его никто не догадается искать — в обычном гипсовом бюсте. А бюст Августа он выбрал потому, что это имя совпадало и с его собственным, и с фамилией Гуса, и он решил, что либо сам Гус, либо его папа догадаются, где искать. Заметьте, что «в августе» можно истолковать и как «внутри Августа». Ну, скоро мы все будем знать точно. Конечно, придется заплатить тете Матильде пять долларов, чтобы она разрешила нам разбить бюст, но, к счастью, она нам должна деньги за то, что мы починили стиральную машину и газонокосилку, которые дядя Титус купил на прошлой неделе.

6
{"b":"1943","o":1}