ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Корзину роз? Ту самую, которую выгрузили из фургончика, когда я уезжала? Что за ирония судьбы: точно так же, но чуть раньше, я пыталась убедить Харви в своей любви, с горечью подумала Оливия. Впрочем, не исключено, что он в самом деле выбросил Аделайн Бидс из головы и сердца, но та все-таки продолжала бороться за него.

— По-видимому, ты дал ей повод думать… — начала Оливия.

— Нет-нет! — с жаром прервал ее Харви. — Люди часто принимают желаемое за действительное. Я был с ней любезен. Но не более того.

Да, конечно, теперь он пытается оправдаться, что ему еще делать?

— Но «Оберж де пирамид»…

— Аделайн постаралась описать эту гостиницу как можно привлекательнее. И тут она не солгала: лучшего места для работы не найти. Но мне не следовало соглашаться на проживание с ней в одном номере. Это слишком приблизило ее ко мне, сделало меня уязвимым. У меня могло быть много неприятностей, если бы ты не полетела с нами.

— Неужели? — с некоторой долей иронии сказала Оливия.

— Она подготавливала почву для шантажа. Для начала занялась тобой, попыталась ограничить твое влияние на меня, убрать тебя с дороги.

Оливия не верила своим ушам.

— А зачем Аделайн шантажировать тебя? — с недоумением спросила она.

— Все дело во власти. Есть люди, которые буквально помешаны на ней. Аделайн из их числа, — с горечью признал Харви. — Я связался с ее бывшим работодателем и рассказал, насколько ненадежной она оказалась. Тогда он фактически признался, что Аделайн пыталась оказать нажим и на него. После этого разговора я позвонил в Лос-Анджелес и строжайше запретил пускать Аделайн в офис.

Оливия была озадачена. Услышанное никак не вязалось с тем, что Харви еще совсем недавно рассказывал о своей помощнице.

— Но ты же говорил, что у нее блестящие рекомендации, — растерянно сказала она.

Харви презрительно фыркнул.

— Я выяснил, как ей удалось их заполучить. Работник она, конечно, толковый, но и интриганка отпетая! Оливия, у этой женщины нет никаких сдерживающих центров. Главная ее цель — победить любой ценой. Ничто иное ее не волнует.

Должно быть, так оно и есть, подумала Оливия, вспоминая радостный блеск в серых глазах Аделайн, когда та вела с ней свой оскорбительный двусмысленный разговор.

— Она очень опасная женщина, — подытожил Харви.

Да, зло — питательная среда всех пороков, Оливия всегда это знала.

Она вздрогнула, представив, что Аделайн Бидс и в самом деле могла бы манипулировать их жизнями, получи она такую возможность. Как ни горько это признавать, но интриганке все же удалось вогнать клин между ними. Правда, это свидетельствовало, что в их отношениях многое было не в порядке. От этой горькой истины не уйти.

А почему бы действительно не попытаться наладить свою семейную жизнь, теперь, когда нам обоим хочется этого и никто не стоит поперек дороги? — размышляла Оливия. Но насколько искренно желает этого Харви?

Оливия вопросительно взглянула на мужа.

Реакция Харви была мгновенной, будто все его существо было настроено на то, чтобы не пропустить первый, еще слабый росток надежды. Он наклонился вперед, положив руки на стол ладонями вверх и не сводя с Оливии горящего взгляда. Было видно, как ему хочется, чтобы Оливия поверила его взволнованным и страстным словам:

— Клянусь тебе, в мире существует лишь одна женщина, которая мне нужна. И эта женщина — ты.

17

С точки зрения Оливии, приход официанта, принесшего меню, оказался весьма кстати. Откровения и заверения Харви всколыхнули в ней целую бурю противоречивых мыслей и чувств. Ей требовалась передышка, чтобы прийти в себя. Она очень боялась сделать какой-нибудь неверный шаг, о котором впоследствии пришлось бы сожалеть.

Слишком много пережила она за последнюю неделю, чтобы сейчас свалить всю вину за это только на Аделайн Бидс. Или же счесть несколько пылких фраз, произнесенных Харви, неким чудодейственным средством, которое может в один миг все исправить. Вопреки ожиданиям Оливии ситуация складывалась не так уж плохо, но принимать окончательное решение было еще рано.

Оливия вовсе не собиралась тут же упасть в объятия мужа, позабыв о своих душевных ранах, о своем одиночестве, о глухом непонимании с его стороны. Есть ли надежда, что теперь Харви будет воспринимать ее по-иному?

Безусловно, их сексуальные отношения изменились за последнее время просто фантастически, а они сами стали ближе друг другу, но Оливии этого было мало. Больше всего она нуждалась в том, чтобы ее любили.

Занятая своими мыслями, Оливия вполуха слушала, как официант с энтузиазмом перечисляет фирменные блюда, которыми славился ресторан. Особенно экзотически звучали названия блюд из даров моря. В другое время Оливия не избежала бы соблазна досконально изучить меню, но сейчас ей было не до этого — в данный момент еда ее совершенно не интересовала. Она наугад выбрала два блюда и вернула официанту меню. Харви последовал ее примеру, и официант удалился.

Харви твердо решил снова завоевать ее расположение. Теперь, когда вопрос об Аделайн Бидс был снят с повестки дня, у него были основания надеяться на успех.

Он наклонился вперед, но Оливия тут же откинулась в кресле, не желая поддаваться его обаянию.

— Все не так просто, Харви, — предупредила она мужа, сердито глядя на него.

— Так чего же ты все-таки хочешь? — спросил он после некоторого молчания.

Оливии было трудно облечь свои мысли в слова. На каком-то этапе их семейной жизни Харви замкнулся в себе, отдалился от нее. Она чувствовала себя потерянной, словно путник, бродящий в одиночестве по незнакомой местности. Ей так хотелось, чтобы Харви взял за ее руку, сказал слова любви и помог обрести чувство уверенности. Но как можно спокойно жить, если не понимаешь, почему тебя бросили на произвол судьбы без всякой помощи, без поддержки?

— Ты сильно любил Далси Дуглас, Харви?

Неожиданный вопрос Оливии произвел эффект разорвавшейся бомбы. Харви резко откинулся назад, его лицо превратилось в маску, на которой застыло выражение сдержанного неодобрения. Весь его вид говорил о том, что, по его мнению, Оливия перешла границы дозволенного, нарушила правила хорошего тона. Холодный непроницаемый взгляд как бы воздвигал между ними стеклянную стену и предупреждал: нет смысла развивать эту тему дальше.

— Довольно, Оливия. С меня хватит, — сдержанно произнес Харви. — С этим давно покончено.

Как всегда категоричен. Как всегда, отметает все возражения. Но сегодня я не подчинюсь тебе, мрачно подумала Оливия и заявила:

— Нет, не покончено.

— Уверяю тебя… — раздраженно начал Харви.

— Будь с этим покончено, ты бы не стал оглядываться на нее, чтобы судить о моих действиях. — Оливия намеренно подчеркнула слово «моих». — Твое к ней отношение, ее поступки являются тем критерием, с которым ты подходишь ко мне, Харви.

— Ничего подобного. Мое прошлое никак не может определять наших отношений, — поспешно ответил он, нахмурившись: Харви явно не понравился собственный ответ. — Да пропади все пропадом! Ты совсем другое дело, Оливия.

— Тогда скажи, почему ты навязываешь мне правила, которые, совершенно очевидно, относятся к твоему первому браку? Вся эта чушь насчет «твоей» и «моей» территории, насчет разделительной полосы — разве не из прошлого? Кстати, а как обстоит дело с такими понятиями, как «отдавать» и «брать»?

Харви сардонически улыбнулся.

— Могу сказать, что Далси прекрасно освоила все, что связано с понятием «брать». Что же касается «отдавать», она так и не смогла понять, что это такое. Вероятно, мне показалось, что и ты не собираешься ничего отдавать, — произнес он извиняющимся тоном. — Вот я и ступил на проторенную дорожку.

— Ты любил ее? — спросила Оливия, которую давно волновал вопрос, куда же уходит любовь.

Харви явно не хотел отвечать, но после длительного молчания все же решился.

— Это было совсем другое, Оливия. И я тогда был другим. В тот период моей жизни только успех и быстрое продвижение по службе занимали мои мысли, кружили мою голову. Что ты еще хочешь знать?

29
{"b":"196236","o":1}