ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Тут никого не было, — проговорил Дин успокаивающе. — Только я.

Откуда-то из глубины гнезда возник Кэл. Огни были притушены — я поняла, что под землей это означало ночь. Лицо у Кэла вытянулось.

— Опять кошмар? Так безумие не отступило?

— По крайней мере хоть некровирус ты перестал поминать, — чуть улыбнулась я.

— К чему? — Язык Кэла мелькнул между губами, вперед-назад. — Это же вранье, так ведь? Ты не представляешь, как мне поперек горла было изображать, что я напуган баснями прокторов. Народ гхул появился не от какого-то там вируса — мы всегда существовали здесь, под шкурой вашего мира.

— Мне от того, что это ложь, легче не становится, — ответила я. — Все в моей семье и правда сходят с ума, из-за чего бы там ни было. Я чувствую себя, как будто передо мной пропасть, а в спину дует ветер…

— Аойфе… — Кэл обхватил себя длинными, скелетообразными руками. — Неважно, что с тобой случится, ты все равно останешься собой. Я буду навещать тебя в сумасшедшем доме, если придется, но не покину тебя. Научусь принимать форму другого мальчишки — Девран сроду меня не поймает.

— И почему я не могу просто вернуться обратно? — прошептала я, не слушая его утешений. — Начать бы все с чистого листа, снова стать студенткой, самая большая проблема которой — чересчур сложный чертеж.

— Потому что тогда, — ответил Дин, — ты бы потеряла все, что приобрела с тех пор — истину, магию… Даже настоящее лицо своего противного маленького дружка.

— Это меня-то ты называешь противным? — фыркнул Кэл. — На себя бы посмотрел.

Я выдавила смешок:

— Ну хоть что-то не изменилось.

— Я все тот же Кэл, которого ты знала, — проговорил он. — Я понимаю, ты не доверяешь мне, но внутри я такой же. Я пойду с тобой. И если я не доберусь до конца или меня опять схватят прокторы…

— Не говори так, — оборвала его я, оторвавшись от Дина и выпрямившись. — Ты с нами не пойдешь.

Кэл вздохнул:

— Я больше не работаю на Деврана, клянусь тебе.

— Я имею в виду, — ответила я, — нужно ведь, чтобы кто-то встретил дирижабль. Чтобы кто-то мог спасти нас с Дином, если мы опять попадемся. — Я улыбнулась Кэлу уже как следует, пусть даже и только для того, чтобы смягчить его. Кажется, кое-чему я у Дина научилась. — На кого еще я могу так положиться? — А если он все-таки передумает, по крайней мере мы не будем вместе в самом сердце Движителя, когда это случится.

Кэл уполз в свое гнездо, но Дин задержался.

— Я останусь с тобой, — сказал он. — Если я тебе нужен.

Я подвинулась, давая ему место в гамаке. Дин был мне нужен, очень. Я не хотела расставаться с ним, никогда.

— Да, пожалуйста.

Он выскользнул из кожаной куртки и тяжелых ботинок и улегся рядом. Я вновь уютно устроилась у него на груди, его рука обняла мою талию, подбородок касался макушки, и я чувствовала его дыхание у себя на волосах. Я боялась пошевелиться, боялась нарушить этот чудесный покой, который мог лопнуть в любой момент, как мыльный пузырь.

Спустя некоторое время Дин заговорил.

— Значит, сны? — прошептал он мне в ухо. — Плохие?

— Хуже некуда, — ответила я. — С самого детства.

— Ну-ну, — мягко проговорил он. — Теперь я с тобой. Все плохое должно сперва пройти через меня. — Его пальцы скользнули по моей щеке, по шее, по руке, и, поцеловав меня ниже линии волос на затылке, он опустился на подушку. — Сладких снов, принцесса.

Я знала, что никому, даже Дину, не под силу удержать в узде кошмары, но постаралась, хоть ненадолго, уверить себя в обратном и постепенно вновь погрузилась в рваный, напоенный дымом огней сон.

Проснулась я одна, поеживаясь от холода, — огни потухли, и пепел легонько носило по воздуху, словно, пока я спала, пошел подземный снег.

— Дин? — позвала я, протирая глаза. Я лежала скрючившись, и мышцы одеревенели, так что все тело болело, но спала я долго и крепко. Откуда-то сверху, с высоты падал свет, оставляя на грубом земляном полу перекрещивающиеся полосы теней.

— Он вышел покурить, — донесся утробный голос Тоби из угла комнаты. — Не понимаю, для чего вам специально вдыхать дым — ваш город и так им наполнен.

— У всех свои дурные привычки, — ответила я.

Тоби оскалился в улыбке, его голубоватая шерсть в свете раннего утра отливала серебром.

— Я обещал присмотреть, чтобы ты не стала чьим-нибудь завтраком. Хоть я и сам голоден.

Я перевалилась через край гамака, шлепнувшись на ноги.

— Мы оба знаем, что ты ничего мне не сделаешь, пока Кэл рядом, поэтому лучше помалкивай в тряпочку.

Тоби рассмеялся. Я начинала понемногу различать гулей — Кэл, какой бы облик он ни принял, оставался тощим, одни мослы, Тоби же был покрупнее и потемнее. От голоса Кожедера мурашки бежали по спине, эти двое тоже говорили странно, но так, что мне даже хотелось вслушиваться.

— Теперь я понимаю, почему Резун взялся защищать своих мясных друзей, — проговорил Тоби. — Ты не такая как другие люди. Ты больше похожа на одну из нас.

— Хотела бы я, чтобы так и было, — ответила я, нисколько не кривя душой. Умей я охотиться и сражаться, стань я кем-то, кого боятся, я могла бы избегнуть всех своих злоключений.

Тоби вытащил что-то из-за спины — застенчиво, словно обычный мальчишка.

— Резун сказал, твой саквояж остался во Вранохране. Я знаю — люди не могут без вещей, даже когда те просто свисают, позвякивая, с их голых костей.

С этими словами он сунул что-то мне в руки. Я чуть не вскрикнула, увидев голубые окуляры, которые дал мне Тремейн.

— Откуда они у тебя?!

Тоби ухмыльнулся:

— Те люди, что гнались за тобой, Резуном и эрлкином, — несколько наших отправились на охоту за ними. Эта штука была на поясе у толстяка.

Квинн. Не могу сказать, что испытала жалость.

Натянув окуляры на глаза, я огляделась вокруг. Фигура Тоби стала зыбкой, призрачной, четко был виден только его скелет — хищный изгиб позвоночника, позволявший ему, распрямляясь, бросаться на добычу или изворачиваться в воздухе, удлиненная челюсть, полная зубов, и кинжалоподобные когти. Повсюду вокруг мир подземелий раскрывался передо мной, заброшенные трубы и туннели тянулись во всех направлениях. Непосредственно над нами проходил канализационный коллектор, вода из которого стекала прямо в реку: видела я и треснувший, разветвлявшийся в разные стороны паропровод, обогревавший жилье гулей.

Я подняла окуляры на лоб, и Тоби, засопев, почесал длинным когтем за скругленным ухом.

— Ну что, честный обмен? За жизнь Резуна?

— Да, Тоби, — ответила я. — Более чем. Спасибо тебе. — Я снова бросила взгляд сквозь очки. — Теперь я знаю, каково быть Дином — когда видишь все, что скрыто.

Дин просунул голову в проход, ведущий наружу:

— Я слышал свое имя?

— Дин! — Я помахала очками. — Смотри, что нашел Тоби!

Он едва посмотрел через линзы и тут же сдернул повязку:

— Это штучки Народа — у меня от них голова раскалывается.

— Прости, — ответила я. — Но они помогут нам пробраться сквозь вентиляционный туннель — я буду видеть движение пара и смогу рассчитать время.

— Если мы преодолеем ту решетку, — заметил Дин.

Тоби со звуком вытаскиваемого из ножен кинжала распрямил когти:

— Это оставьте нам.

36

Внутри Движителя

Тоби и Кэл вошли в трубу первыми: один — легко опустившись на четвереньки, другой вновь в своем человеческом облике, на двух ногах. Дин оставался со мной. К моей радости, Кэл прекратил огрызаться на него — теперь, задним числом, я поняла смысл этих нападок: Дин олицетворял собой все, от чего Девран стремился держать меня как можно дальше.

Одет Кэл был в сущее тряпье — блузу с эмблемой Движителя и обтрепанные внизу штаны. Ноги оставались босыми.

— Я решил, что тебе будет попроще воспринимать меня в таком виде, — сказал он.

— Не стоит так печься обо мне, — ответила я. — Тоби и так пребывает под впечатлением, что я спасла тебе жизнь и теперь он у меня в долгу.

87
{"b":"196398","o":1}