ЛитМир - Электронная Библиотека

— Что говорят? — живо поинтересовался я у Грега.

— Ничего не говорят, — хмуро буркнул шотландец. — Наставили оружие и жестами приказали выбираться наружу. Что тут говорить?

— Мандат показывал? — не теряя оптимизма, спросил я.

— Не дают, — сокрушенно пробормотал Грег. — Я в карман полез, а они меня — прикладом в спину… Вообще-то они меня раздражают — еще немного, и начну всем подряд лицо бить!

— Стойте спокойно, коллеги, — улыбчиво посоветовал Фил. — В такой ситуации нельзя нервировать бандитов, нужно беспрекословно выполнять все команды и ловить каждый жест, тогда степень агрессивности резко сходит на нет и между участниками ограбления завязываются своеобразные отношения, похожие на дружеские. Можете мне поверить — я специалист.

— Психолог херов, — неприязненно шепотнул я, осторожно озираясь по сторонам и оценивая обстановку.

Ограбление как ограбление — ничего особенного. Неподалеку на дороге стоит явно упертый в свое время у федералов «66», затянутый новехоньким тентом, — наиболее предпочтительное средство передвижения для ичкерского ратного люда. Трое бандитов обыскивают нас, пятеро страхуют, грамотно расположившись по обеим сторонам дороги и не путаясь друг у друга в секторах стрельбы. Еще двое — высокий симпатичный мужик с огромным породистым носом, в красивой папахе и импортном пиджаке и молодой парень в полумилицейской форме — стоят неподалеку и оживленно обмениваются мнениями по-чеченски. Так-так, о чем, бишь, они там калякают? Ага — соображают, за сколько можно толкнуть тачку и какую сумму запросить за голову каждого из пленников. Что ж, вполне деловой разговор. О том, что за нападение на иностранцев кто-то сильный и страшный может им пооткручивать головенки, никто даже и не задумывается. Нехорошо это, нехорошо… Должны же они кого-то опасаться! Ладно, попробуем покачать права.

— Господа — это недоразумение, — прочистив горло, солидно заявил я. — Мы — международная комиссия…

Плюх! — тот, что обыскивал меня, на миг прекратил заниматься своим делом и удостоил вашего покорного слугу сочной оплеухой.

— Стаиш, бляд, малчиш, твар! — лениво посоветовал агрессор, продолжая выворачивать мои карманы. — А то застрилит, на фуй, буду!

— Прекрати, Крис, — менторским тоном распорядился цэрэушник. — Рано или поздно они закончат свое грязное дело и сами приступят к переговорам. Тогда и… Ай!

Тип, который обыскивал Фила, залепил ему солидную затрещину и коротко посоветовал:

— Нэ русски — нэ нада! Русски гавары, пидзюк! Или чэчэнски! — и довольно заржал, приглашая соратников разделить веселье.

Определив в одном из пары, что стояла поодаль, главаря банды, — судя по поведению, им был высокий симпатичный мужик в папахе, — я вежливо сдублировал попытку, обращаясь к нему:

— Не надо бить, уважаемый, мы охотно выполним все ваши требования…

Высокий поднял руку, останавливая моего шмональщика, уже было размахнувшегося, чтобы залепить мне еще одну оплеуху, и подошел поближе.

— Мы международная комиссия — исследуем эпидемиологическое состояние в республике, — торопливо протараторил я. — Мы находимся под покровительством самого Аслана Баграева…

— Мнэ фуй палажит на тывой Аслан! — белозубо оскалившись, весело заявил главарь и представился:

— Я — Махмуд. Зыдэс я — самий главный. — Он широким жестом обвел рукой вокруг себя и по-детски склонил голову набок:

— Еще скажи?

— Аслан Баграев! У нас мандат есть — он подписал. Баг-ра-ев! Понимаешь? — терпеливо протянул я, дожидаясь, когда же наконец этот своенравный Махмуд допрет, на кого он «наехал», и коротко бросил Грегу по-английски:

— Покажи!

Опасливо покосившись на маячившего за спиной бандюгу, Грег осторожно достал из-за пазухи сложенный вчетверо лист и протянул его Махмуду. Приняв мандат, главарь несколько секунд изучал его, держа несколько на отлете и показательно хмуря брови. Присмотревшись, я чуть не взвыл от досады — Махмуд держал лист вверх ногами. Да он же читать не умеет! Вот, блин, влипли!

— Мы такой вот так делаим, — сообщил наконец симпатичный невежда, внезапно скомкав листок и мазанув им себя по заднице. — Жеп витират на фуй — больше нет!

Грег, улицезрев, как непочтительно обошлись с его универсальной охранной грамотой, побагровел и начал угрожающе раздувать ноздри.

— Спокойно, старина, — пробормотал я, лихорадочно соображая, как выкрутиться из этой дурацкой истории. До сих пор всесильная бумаженция срабатывала безотказно. В ходе путешествия нас неоднократно останавливали для проверки разнообразные наряды правоохранительных органов Ичкерии и несколько раз тормозили обыкновенные бандюги, мало чем отличающиеся от того отребья, что сейчас торчало на дороге и прикидывало, как им выгоднее распорядиться нашим имуществом. Никаких вопросов не возникало — достаточно было предъявить мандат. Аслана Баграева уважали все подряд — независимо от социальной принадлежности и рода деятельности.

А тут…

— Может, пригласим кого-нибудь из ваших, кто умеет читать? — как можно вежливее предложил я. — Там написано…

— Я что, бляд, читат нэ магу? — уязвленно вскинулся Махмуд. — Ты что, бляд, так подумал на фуй?!

— Нет-нет, что ты, что ты! — скороговоркой пробормотал я. — Просто там официальный стиль, так, может, не все понятно…

— Я тывой бумаг так делат! — не дослушав меня, торжественно провозгласил Махмуд и, мгновенно разодрав мандат пополам, швырнул его в дорожную грязь.

— Фак ю, порк!!! — взбешенно зарычал Грег, прыгая к Махмуду и классическим апперкотом бия его в челюсть. Мелькнули пятки — главарь шлепнулся в грязь, не успев сообразить, что же, собственно, произошло.

Щелк! Мгновенно сработала аналитическая система боевой машины по прозвищу Сыч: раз уж ситуация так обернулась, надо работать, бить локтем назад, отбирать автомат, кувыркнуться вперед и… Щелк! Аналитическая система, прогнав ситуацию, тут же выключилась, не обнаружив приемлемого варианта: слишком хорошо вышколены господа «индейцы», сориентировались на два счета! Бить локтем никого не пришлось. Как только Грег зарядил симпатичному Махмуду в челюсть, производившие обыск бандюги молниеносно отпрыгнули назад и оказались на линии группы страховки, держа нас под прицелом десятка стволов. Пока достанешь любого из них в тройном прыжке, в дуршлаг превратят, волки ичкерские!

— Лажис, бляд! — плаксиво крикнул Махмуд, удивленно таращась на могучего шотландца и кивая соратникам. С двух сторон воздух вспороли три экономные очереди. Я мгновенно плюхнулся в грязь, заметив краем глаза, что Фил также не заставил себя долго упрашивать. Опыт, знаете ли, он и в Африке опыт — когда заставляют лечь и пускают впритирку над головой очередь, в дискуссии пускаться бывает вредно для здоровья.

Пышущий гневом Грег не последовал нашему примеру. Он остался стоять неподалеку от медленно поднимавшегося Махмуда и, по всей видимости, не приняв всерьез угрозу оружием, намеревался продолжить экзекуцию.

— Падай! — крикнул я, чувствуя, как нехорошо закололо в груди от дурного предчувствия — «индейцы» разом наставили на рыжего великана все стволы и косились на главаря, ожидая команды.

— Я его этот мандат сожрать заставлю, — серьезно пообещал Грег, игнорируя опасность, и сделал шаг по направлению к успевшему подняться Махмуду. — Такие вещи у нас не проходят…

— По ногам цельтесь, — по-чеченски предупредил Махмуд, внимательно наблюдая за шотландцем. — Не убейте, смотрите — за него, думаю, хорошие бабки дадут. Еще шаг — стреляйте!

— Они, несомненно, убьют тебя, коллега, тогда ты не сделаешь то, ради чего сюда приехал, — флегматично пробурчал из-под колеса «Мицубиси» Фил. — Ложись!

Напоминание Фила заставило Грега на миг остановиться.

— Переведи, — обратился он ко мне, раздувая ноздри в боевом азарте. — Я желаю драться с ними всеми сразу. Я их… эмм… как это ваша идиома гласит? А черт, это не так важно! В общем, я буду их бить, пока они не совершат тотальный акт дефекации, а потом буду бить за то, что они совершили этот самый акт, а потом я их заставлю жрать их же дерьмо! Ну а если они победят, буду подчиняться. Только я сомневаюсь, что они победят. Эти койоты в два раза слабее своего главаря, которого я могу убить одним ударом. Переведи — слово в слово!

88
{"b":"196406","o":1}